Гардемарин в юбке - Ирина Хрусталева

Вероника смотрела во все глаза на Николая, пока он говорил. Когда он закончил разговор, она онемевшими губами пролепетала:

– Твоя собака покусала моего мужа?

– Вроде того, – пожал плечами Николай. – А моя жена вообще приняла его за вора, который забрался к нам в квартиру. Как нарочно, она сегодня раньше вернулась с работы. Представляешь, еще и милицию вызвала! Ну и денек сегодня, нарочно не придумаешь. Сколько лет я тебя не видел и жил совершенно спокойно, но стоило тебе появиться на горизонте, и вот, пожалуйста, на голову посыпался водопад проблем, – нервно захохотал доктор. – Помнишь, мы с тобой лет семь назад встретились, когда уже студентами были? Так вот после этого у меня в метро «дипломат» сперли, а там было все – и документы и деньги. Набегался я после этого, как савраска, пока документы восстановил. И вот сейчас все снова-здорово! По-моему, ты неисправима, Ника. Не представляю, как твой муж с тобой живет, ведь ты ходячее недоразумение!

– Сам ты недоразумение, а я, между прочим, целых пять лет была образцово-показательной женой, крутила борщи и варила котлеты… ой, то есть наоборот, – фыркнула Ника.

– Верится с трудом! От вашей троицы все учителя стонали и, наверное, устроили банкет по случаю вашего окончания школы. А ты вспомни, кто во всех делах был заводилой? Что нос сморщила? Правильно, атаманом была Виктория Белоусова! Кстати, фамилия Королева – это первого мужа или второго?

– Первого, – сморщила нос девушка. – Пока не могу менять, у нас с ним общий бизнес, документы замучаешься переделывать. И потом, Королева звучит лучше, чем Реброва.

Пока Вероника с Шевцовым болтали, вернулся Роман. Прихрамывая, он вошел в комнату. Вероника посмотрела на него испуганными глазами, а потом не выдержала и расхохоталась. Брюки свисали с задницы мужчины лохмотьями, а на лице была такая мученическая гримаса, что создавалось впечатление, будто человек вырвался из клетки с тигром. Николай, ничего этого не замечая, подскочил к Роману и в первую очередь выхватил у него из рук крохотный футлярчик с набором серебряных иголок. Уже раскладывая иголки по размерам, он начал говорить:

– Я же предупреждал, что Кузя любит сладости и не любит резких движений. Почему он вас покусал?

– Конфеты он сожрал с аппетитом, но, пока их жевал, не дал мне сделать ни шагу по комнате. Он спокойно пропустил меня туда, а вот выпустить обратно отказался наотрез. И когда я уже решил идти напролом, он схватил меня вот за это место… Когда мне все же удалось прорваться в прихожую, дверь открылась, и перед моим носом материализовалась ваша жена. Но укусы Кузи – ничто по сравнению с визгом вашей супруги. Я буквально оглох минут на пять. Когда я попытался что-то объяснить ей, она не стала меня слушать, а посадила собаку рядом со мной и приказала сторожить. Пес с удовольствием принял пост и, по-моему, злорадно ухмылялся, глядя в мою сторону.

– Николай, а какая у тебя собака, я имею в виду, какой породы? – поинтересовалась Вероника.

– Дог, совершенно безобидный, как комнатные тапочки, – усмехнулся доктор.

Вероника вспомнила Маркиза, и у нее все похолодело внутри, когда она представила, что пришлось пережить бедному Роману. Николай тем временем приготовил иголки, распорядился, чтобы Вероника опять перевернулась на живот и начал ввинчивать их в нужные места. Когда закончил, повернулся к Роману и сказал:

– Теперь займемся вашим задом.

Не переставая ворчать, он сделал укол и обработал рану.

– Надо же, Кузьма такой смирный, и что на него нашло? Вроде ничего страшного нет, рана не очень глубокая, быстро заживет. Я вам мазь оставлю, она быстро затянет все дырки.

– У меня что, там их несколько? – удивленно спросил Роман.

– Так у собак же не один зуб во рту, – засмеялся Николай.

Опять зазвонил мобильный доктора. Он взял трубку и стал слушать, что ему говорят. Потом коротко бросил:

– Сейчас приду. – И, повернувшись к Роману, сказал: – Ровно через двадцать минут снимите иголки и протрите спиртом те места, откуда сняли. Я через некоторое время вернусь.

– Что-то случилось?

– Да, опять жена позвонила. Приехала милиция и собирается взламывать дверь. Она решила последовать моему совету и не открывать им, чтобы подумали, будто это был просто ложный вызов. Но так как в панике она наговорила им, когда звонила, что в доме бандит и, наверное, хочет ее убить, они решили, что ее уже прикончили.

– Так пусть скажет из-за двери, что она жива и здорова.

– Нет уж, пусть сидит и молчит, а то еще что-нибудь не то ляпнет. Я сейчас пойду и во всем разберусь.

Он посмотрел на Веронику, сокрушенно покачал головой и молча вышел за дверь. Плечи его сотрясались от смеха.