Дело разведенной кокетки - Эрл Стенли Гарднер

– Я редко бываю на работе после пяти, – объяснил Мейсон. –Обычно стараюсь закончить работу раньше. Конечно, иногда остаюсь вечером, ноклиентов в это время никогда не принимаю, чтобы не было дурного прецедента и…

– А вы и не могли быть здесь, потому что поехали к ЛюсильБартон, – прервал Трэгг. – Вы были там, когда Питкин вошел в гараж. Во всякомслучае, пришли вскоре после него. Послушайте, Мейсон, я откровенно скажу, чтодумаю. Есть веские доказательства, что Питкин шел не с добром. Быть может, оннапал на вас или на мисс Бартон. У одного из вас был револьвер, и этотревольвер выстрелил. Таким образом кончилась карьера Хартвелла Питкина. Долженпризнать, что он не был образцом добродетели. Шантажист и мошенник.

Если он там, в гараже, кого-то поджидал, то, наверное, скаким-то злым умыслом. И поэтому хочу дать вам шанс для защиты. Если вы неоткроете мне сейчас, как было дело, придется рассказать суду. Хочу, чтоб выхорошо меня поняли. Если это была самозащита, то я готов к снисхождению. Нохочу это выяснить до конца, и поскорее.

– Понимаю вас, лейтенант, – сказал Мейсон. – Знаю, что выхотите быть беспристрастным.

– Кроме того, – настаивал Трэгг, – Люсиль Бартон призналась,что была с вами.

– В самом деле?

– Да. Сначала утверждала, что была с Анитой Джордан. Анитадолжна была обеспечить ей алиби на весь вечер. Но когда мы стали выяснятьподробности, от алиби ничего не осталось.

Люсиль Бартон поспешила вмешаться:

– Я не говорила, что была с мистером Мейсоном в шесть часов.Во-первых, я сказала, что виделась с ним до того, как встретилась с Анитой, и…

– Сейчас говорю я, – прервал Трэгг.

– Лейтенант не хочет, чтобы вы что-нибудь выболтали, –обратился к ней Мейсон. – Поэтому я, как ваш адвокат, настоятельно советуюмолчать.

– Ничего не получится, – сказал Трэгг Мейсону. – Яразговариваю с вами.

– А я со своей клиенткой, лейтенант.

– Когда вы вчера встретились с миссис Бартон?

– Я уже говорил. Утром.

– А потом?

– Не могу припомнить.

– Но вы виделись с ней второй раз?

– О да.

– Не будем играть в прятки, Мейсон. Мне нужны отпечаткиваших пальцев.

– Пожалуйста, – согласился Мейсон. – Я в самом деле хочупомочь вам в меру своих возможностей. Только поймите, не могу обмануть довериясвоей клиентки.

Трэгг кивнул полицейскому, который, вынув из кармананебольшой ящичек, подошел к столу.

– Прошу встать.

– Могу и сидя, – улыбнулся Мейсон, протягивая полицейскомуруку.

– Это не тот человек, – внезапно произнес Гошен. – Тот былне очень крепкого сложения и…

– Пожалуйста, выйдите на минуту, – вмешался Трэгг. – Выдолжны увидеть его в плаще, стоящим и идущим. Сейчас, когда он сидит за столом,опознать не сумеете.

– Предупреждаю, лейтенант, что, если вы собираетесьпредъявить меня для опознания, следует придерживаться правил.

Гошен встал, не зная толком, что делать. Наконец вышел вприемную.

– Можете упрямиться, мистер Мейсон, и создавать затруднениякороткое или долгое время. Я хотел закончить дело побыстрее, но придетсяповозиться.

– Вполне логично, – отозвался Мейсон. – Куда нужно приложитьпальцы? К клочку бумаги? О, я знаю, нужно каждый палец.

Люсиль Бартон не отрываясь смотрела на адвоката. АртурКолсон тоже взглянул на него, но быстро отвернулся.

Молчаливый полицейский взял отпечатки пальцев у Мейсона.

– Теперь следует вымыть руки, – сказал Трэгг.

Мейсон улыбнулся:

– Нет, благодарю. Ваш свидетель может внезапно войти. Делла,принеси сюда бумажную салфетку, хочу стереть чернила. Нет смысла пачкатьраковину.

– Что ж, сидите, если вам так нравится, – заметил Трэгг. –Но вечно ведь вы сидеть не можете. Понадобится куда-нибудь выйти, и свидетельувидит вас идущим по коридору. Постараюсь, чтобы он смог осмотреть вас с разныхсторон, а если отпечатки пальцев подтвердят то, о чем я думаю, мы пригласим васв зал опознаний.

Делла подала Мейсону коробку с бумажными салфетками ибаночку крема.

– Кремом легче оттереть, шеф.

– Спасибо.

Полицейский подал Трэггу лист с отпечатками пальцев Мейсона.Тот вынул из кармана фотоснимок, сравнил. И не смог удержать довольноговосклицания. Вынув лупу, начал более тщательно изучать отпечатки и фотоснимок.

– Мейсон, – сказал он, – на револьвере отпечаток вашегопальца.

– В самом деле?

– Как вы это объясните?

– Никак.

– Мейсон, теперь я вынужден действовать только какполицейский. Из этого револьвера застрелен Хартвелл Питкин. Могу утверждать,что на нем отпечаток вашего пальца. Что скажете?

– Ничего, – ответил Мейсон. – Я не могу обмануть довериямоей клиентки.

– А что общего между доверием и объяснением, каким образомотпечаток вашего пальца оказался на оружии, которым совершено убийство?

– У меня иное мнение, – ответил Мейсон. – Однако, Делла,лейтенант ничего не спросил о втором письме. Мисс Бартон о нем не сказала,потому что не знала. Она написала первое письмо, но второе должен был написатькто-то другой и без ее ведома.

– О каком письме речь? – спросил Трэгг.

– Делла, принеси второе письмо, где был ключик от секретера.

Делла Стрит еще раз подошла к шкафу с документами, досталавторое письмо и подала его Трэггу.

– Его принес посыльный, – пояснил Мейсон.

Трэгг прочел письмо и зловеще спросил:

– И в этом письме был ключ?

– Да, – подтвердил Мейсон, – ключик от секретера.

– Где он?

– Оба ключа у меня, лейтенант. Хотите на них взглянуть?

Трэгг взял ключи и посмотрел на них внимательно.

– Теперь понимаете? – спросил Мейсон. – Я подумал, миссБартон хотела, чтобы я сам нашел доказательство. Не желала брать на себяответственность и передать мне лично. Поэтому, когда она вчера днем пришла комне в бюро с присутствующим здесь Артуром Колсоном, я воспользовался случаем,чтобы войти в ее квартиру и открыть секретер. Ключ подошел прекрасно, и вправом верхнем ящике я нашел блокнотик и револьвер. Лейтенант, если вы отыщетечеловека, написавшего второе письмо, вы здорово продвинетесь в поисках убийцыПиткина. Конечно, если ваши предположения верны и он в самом деле убит.