Убить легко - Агата Кристи

– Совершенно верно. Мы с вами просто беседуем и говорим о том, что думаем или предполагаем. Мы с вами подозреваем, что Эми Гиббс была убита. И кто, по-вашему, мог убить ее?

Мисс Уэйнфлит покачала головой. Она выглядела крайне озадаченной.

– Или скажем так: у кого имелись причины убить ее? – наблюдая за ней, спросил Люк.

– Кажется, – медленно произнесла мисс Уэйнфлит, – она поссорилась со своим молодым человеком, механиком из гаража. Но Джим Харви – замечательный, уравновешенный юноша. Я читала в газетах, что молодые люди порой убивают своих возлюбленных из ревности, но я ни за что не поверю, что Джим способен на такое.

Люк согласно кивнул.

– Кроме того, – продолжила мисс Уэйнфлит, – я не верю, что он стал бы действовать подобным способом: забрался в окно, поменял местами бутылочки с микстурой и ядовитой краской. Я хочу сказать, что это не похоже…

Она замялась, и Люк пришел ей на помощь:

– На месть оскорбленного возлюбленного? Согласен. Мне кажется, Джима Харви следует сбросить со счетов прямо сейчас. Эми убил (а мы согласились, что ее убили) тот, кому она мешала и кто планировал убийство девушки настолько тщательно, что оно сошло за несчастный случай. Есть ли у вас какая-то мысль, хотя бы малейшее подозрение, кто бы это мог быть?

– Нет. – Мисс Уэйнфлит вздохнула. – Правда. Никакой мысли.

– Вы в этом уверены?

– Д-да.

Люк задумчиво посмотрел на нее. Ему показалось, что старая леди не совсем искренна.

– А какое-либо предположение о мотивах?

– Тоже ничего.

Тут она, видимо, не кривила душой.

– Ведь Эми служила во многих домах Вичвуда?

– Да. Перед тем как поступить к лорду Уитфилду, она больше года пробыла у Хортонов.

Люк произвел быстрый подсчет в уме.

– Кое-что вырисовывается. Кому-то понадобилось убрать эту девушку. Из имеющихся фактов мы можем сделать вывод: во-первых, это был мужчина, к тому же придерживающийся старомодных взглядов (что следует из истории с краской для шляпок), и, во-вторых, он должен быть достаточно ловким физически, чтобы влезть в окно девушки. Вы согласны?

Мисс Уэйнфлит кивнула.

– Вы не станете возражать, если я попробую проделать то же самое?

– Разумеется, нет. По-моему, это неплохая идея.

Она провела Люка через черный ход на задний двор. Ему удалось без особого труда добраться до крыши пристройки в задней части дома, откуда он, приложив некоторые усилия, чтобы приподнять сдвижную раму окна, забрался в бывшую комнату Эми. Несколько минут спустя Люк вернулся к мисс Уэйнфлит, вытирая ладони носовым платком.

– Это даже проще, – сказал он, – чем кажется на первый взгляд. Немного усилий – вот и все. А на подоконнике не обнаружили никаких следов?

Мисс Уэйнфлит покачала головой:

– По-моему, нет. К тому же констебль влез в комнату тем же путем.

– Так что если следы и оставались, то он их уничтожил. Вот как полиция помогает преступникам. Ладно, теперь ничего не поделаешь!

Мисс Уэйнфлит провела его обратно в дом.

– Эми Гиббс трудно было разбудить?

– По утрам я не могла ее добудиться, – сердито сказала мисс Уэйнфлит. – Порой мне приходилось стучать и звать по нескольку раз, прежде чем она откликалась. Но, как говорят, мистер Фицвильям, самый глухой тот, кто не желает слышать.

– Это точно, – согласился Люк. – Ну а теперь, мисс Уэйнфлит, мы вплотную подошли к вопросу о мотиве убийства. Начнем с наиболее очевидного: как вы считаете, существовала ли связь между этим типом Эллсворти и Эми? – И Люк поспешно добавил: – Я прошу вас высказать лишь собственное мнение. Только и всего.

– Если вы хотите знать мое мнение, то я скажу – да.

Люк кивнул:

– Как по-вашему, могла ли Эми оказаться замешанной в шантаже?

– Если вас снова интересует мое мнение, то я не исключаю, что это так.

– А вы, случайно, не знаете, много ли у нее было денег?

– Не думаю, что много. Если бы это была значительная сумма, я бы об этом узнала.

– И она не делала никаких необычных покупок накануне смерти?

– Нет.

– Все это говорит против версии с шантажом. Обычно жертва вымогательства сначала платит и лишь потом решается на крайние меры. Но есть и другая версия – девушка могла что-то знать.

– Что именно?

– Она могла узнать кое-что. И это угрожало бы кому-то из обитателей Вичвуда. Рассмотрим чисто гипотетический случай. Она служила во многих домах. И предположим, узнала что-то такое, что могло навредить с профессиональной точки зрения, ну, скажем, мистеру Эбботу.

– Эбботу? – удивленно спросила мисс Уэйнфлит.

Но Люк продолжил:

– Это могло касаться небрежности или некомпетентности доктора Томаса.

– Но ведь… – начала мисс Уэйнфлит и осеклась.

– Эми была горничной в доме у Хортонов, когда умерла хозяйка, – так вы говорили?

Наступила короткая пауза, после чего мисс Уэйнфлит сказала:

– Послушайте, мистер Фицвильям, а при чем тут Хортоны? Ведь Лидия умерла больше года назад.

– Да, и Эми тогда служила у них горничной.

– Но при чем тут Хортоны?

– Не знаю. Я просто размышляю. Кажется, миссис Хортон умерла от острого гастрита?

– Да.

– Ее смерть была для всех полной неожиданностью?

– Для меня – да, – медленно ответила мисс Уэйнфлит. – Понимаете, ей стало гораздо лучше, казалось, она выздоравливает, а потом внезапное обострение… и смерть.

– Доктор Томас был поражен?

– Не знаю. Думаю, да.

– А сиделки?

– По моему опыту, больничных сиделок не удивишь ухудшением состояния больного, скорее – выздоровлением!

– Но ее смерть поразила вас?

– Да. Я была у нее всего за день до этого, и она выглядела значительно лучше. Болтала и шутила, что ей не было свойственно даже здоровой.

– А что она сама думала о своей болезни?

– Она жаловалась, что сиделки ее травят. Одну она даже отослала обратно и утверждала, что оставшаяся ничуть не лучше!

– Видимо, вы не обращали на ее слова особого внимания?

– Нет, конечно. Я считала, что это обыкновенная мнительность больного человека. Она никому особенно не доверяла и, хотя о покойниках не принято говорить дурно, любила быть в центре внимания. Ни один доктор так и не разобрался в ее болезни. Сама она считала, что это совершенно особый, никому не известный случай. Впрочем, Лидия не раз говорила, что кто-то пытается убрать ее с дороги.