Четвертая подсказка - Кацухиро Го

– Подожди…

– Вот почему чудища с человеческим лицом страшнее. В конце концов, человек – это лицо. Форма глаз, носа и рта – вот то, что делает людей людьми. Конечно, такого уродливого типа, как я, никто не считает одним из людей. Никто не замечает меня и не общается со мной. Мне просто дают пинок под зад, и на этом все кончается. Но вот, думаю, если б мое тело было телом быка, людям было бы страшно. Я бы привлекал к себе их внимание. Кроме того, у меня иногда бывает мистическое озарение. Не думаете, что оно немного похоже на способность предсказывать будущее?

– Может, ты прекратишь этот балаган? – возмутился Киёмия. Одновременно с этим Судзуки поднял два пальца правой руки в форме пацифика. Его глумливый вид был невыносим…

– Можно считать, что это и был вопрос? Мне ответить, похоже это или нет?..

– Господин Киёмия, – раздался сзади резкий голос. Непроизвольно Киёмия обернулся. Жестом ладони Руйкэ показывал, что надо держать себя в руках. Глаза его смотрели на Судзуки. А серьезный вид взывал: «Слушайте его молча».

– Я могу продолжать?

Когда Киёмия вновь повернулся к Судзуки, его вдруг охватило странное чувство страха. Полузверь-получеловек… Киёмия вместе со слюной проглотил эти слова.

– Я иногда задаюсь одним вопросом. Говорят, люди всех времен и народов перепробовали на вкус самые разные вещи. Но вот интересно: а каковы на вкус оборотни и чудища? И какие части их тел вкусны? Мясо диафрагмы или тазобедренный отруб? А как насчет внутренних органов?.. Но если выбирать по моему вкусу, то хотелось бы попробовать язык. Язык – слишком деликатесная часть, и почти нет возможности попробовать его, однако… Однажды – не помню, когда это было – меня по какому-то стечению обстоятельств взяли в ресторан якинику [26] высокого уровня. Человек, пригласивший меня, первым делом положил на блестящую металлическую сетку язык. Я был удивлен и подумал: «Неужели при жарке мяса есть какая-то очередность?» Но этот язык… Я не смогу даже ни на йоту описать своими корявыми словами, насколько этот язык был вкусен. Он был и упругим, и сочным, и чувствовалось, что я его по-настоящему ем. Э-э-х, если было бы возможно, хотелось бы еще разок поесть тот язык, пока я жив.

Судзуки поднял третий палец. Киёмия затаил дыхание.

– В том городе, на который смотрит господин сыщик, тоже есть ресторан якинику. Поднимается дым. Но если присмотреться, понимаешь, что дым идет не от ресторана якинику. Дым в другом месте. И тут господин сыщик замечает: «Странно, ведь это уже скоро должны доставить». Тогда господина сыщика осеняет. Вот, оказывается, в чем дело! Слова Бога – только мать и сын? Поэтому дым и подымается в этом месте. Итак, где это место?

– Постой! – сказал Киёмия Судзуки, поднявшему четвертый палец. – Не мог бы ты рассказать об этом чуть подробнее?

Ответ на эту мольбу был огорчительным:

– Извините, но это непросто. Небеса всегда капризны.

Киёмия пристально посмотрел на Судзуки, который развел руки и пожал плечами. Боль пронзила кожу на тыльной стороне ладони, там, где в нее впились ногти.

Теперь ясно. Это не вопрос. Это загадка. Судзуки загадал загадку о следующей бомбе.

– Пока вы, господин сыщик, не ответите, я больше не буду говорить. Буду молчать. Я немного передохну, перекусывая сэндвичем.

11

Поручив Исэ и сыщику первого cледственного отдела, приехавшему на подмогу из Штаба по расследованию присматривать за Судзуки, Киёмия перешел из комнаты для допросов в зал для совещаний. Здесь с десяток сотрудников занимались разбором материалов, связанных с Юко Хасэбэ. В стороне от них Цуруку выдвинул стол, на котором была разложена карта Токио. Цуруку обвел отделение Ногата красной ручкой, аналогичным образом обвел Акихабару и стадион «Токио доум». Далее – «Син-Окубо» и «Синагаву», а также станции по всему пути следования Судзуки, включая «Синдзюку», «Ёёги» и «Харадзюку».

– Он четко обозначал свои подсказки поднятием пальцев.

В зале находились Цуруку, сыщики из полицейских отделений Мансэйбаси и Томисака, пришедший из Главного управления человек из отдела охраны, опытные следователи, выглядящие как главари криминальных группировок, и прочие… Руйкэ, стоя перед ними, воспроизводя жест Судзуки, поднял указательный палец.

– Вначале были «Тайгерс», – он продолжил поднимать пальцы. – Второй палец – чудище, полузверь-получеловек. Третий палец – язык в якинику. И последнее – «Слова Бога – только мать и сын».

– Ни черта не понятно, – проревел человек из отдела охраны. – При чем тут «Тайгерс»?

– Подсказка была в том, что он говорил не про «Дрэгонс», а про «Тайгерс», хотя с самого начала заявлял, что является фанатом «Дрэгонс». А дальше перешел к вымышленным существам. Казалось бы, нет причин, чтобы для этого рассказа не подошли «Дрэгонс». Тем не менее он выбрал «Тайгерс». Потому что именно они были ему нужны.

– Если он таким образом указывал место, то это Тораномон [27], – произнес мужчина из отделения Мансэйбаси.

– Я слышал, что и в Токио есть места, где собираются фанаты «Тайгерс», – вмешался мужчина из отделения Томисака. – Но ведь не это, наверное, имеется в виду?

Руйкэ кивнул.

– Вот его слова: «Начинается матч “Тайгерс”». Слово «начинается» указывает на момент времени. Судя по контексту, в этом, пожалуй, нет сомнений.

– И если так, то что это значит? – строго спросил мужчина из отдела охраны.

Руйкэ, ничуть не робея, ответил:

– Зодиакальные часы.

– А-а! – визгливо подхватил Цуруку. – Те самые, где час Собаки и час Свиньи?

– Именно. Это старый способ исчисления времени, который делит двадцать четыре часа на двухчасовые отрезки, каждый из которых соответствует двенадцати знакам зодиака. Он специально перед этим уточнил время и исправил «два часа ночи» на «третью четверть часа Быка».

Это тоже, получается, было подсказкой?

– Крыса, Бык, Тигр, Заяц… Соответствующий «Тайгерс» час Тигра – это время с трех до пяти часов утра, – сверяясь со смартфоном, не переставал говорить Руйкэ. – Середина между началом и концом отрезка называется истинным часом, в это время бьют в колокол. Для часа Тигра истинный час – четыре утра, в колокол бьют семь раз. Скорее всего, это наиболее вероятное время взрыва.

Все, будто притянутые магнитом, посмотрели на настенные часы. Стрелка перевалила за два часа тридцать минут.

– Далее разъясню его подсказку про оборотней. Говоря о полузверях-полулюдях, он делал особый упор на человеческом лице. Сказал, что хотел бы иметь тело быка. Говоря про мистическое озарение, упомянул «способность предсказывать» и спроецировал это