Четвертая подсказка - Кацухиро Го

– Не будет. – Ногти пальцев вонзились в кожу. – Люди не следуют такой дурацкой логике. Месть не равна любви.

– О! – Судзуки откинулся назад и выпрямил спину. – Так ли? Так ли это? Предположим – чисто гипотетически, – что существует закон о мести. Предположим, существует закон, который позволяет жертвам и семьям тех, кто был убит, делать с преступниками то же самое, что было сделано с ними. Предположим, господин сыщик, что вашу жену и детей зверски убили, изнасиловали, что их избили, превратив в месиво, и изрубили на мелкие куски. Если вы, господин сыщик, не отомстите, если оставите преступника в живых, тогда ваша семья и ваши друзья и вообще многие люди в мире, которые в слезах и гневе сочувствовали смерти ваших жены и детей, никогда не простят вас. Они обязательно закричат: «Почему ты не отомстил?!»

– Ну хватит.

– Все ведь так думают. Бывает же, что человека оправдывают за дорожно-транспортные происшествия, за смерть из-за жестокого обращения, за изнасилование и так далее. Есть такая вещь, как условный срок. Говорят, не было намерения убивать. Или: не доказано, что жертва оказала упорное сопротивление. Или что нет оснований однозначно утверждать, что убийцей не мог быть кто-то другой, кроме обвиняемого. Или на то, что этот человек невменяемый. Все, абсолютно все понимают, что с законами что-то не так. Все думают, что эти законы неправильные.

– Хватит уже, отвечай на вопрос. В Син-Окубо есть бомба?

– Это можно считать седьмым вопросом?

– Может, ответишь наконец?!

– В Син-Окубо нет бомбы, – произнес Судзуки и поспешно добавил: – Скорее всего.

В Син-Окубо ее нет…

– Раз так, то где…

– Не пойдет, не пойдет. Пожалуйста, успокойтесь. Остыньте, пожалуйста. Когда на меня так сердятся, мне становится страшно. А когда мне страшно, у меня притупляется работа мозга. Мистическое озарение хуже работает… – Прежде чем Киёмия открыл рот, Судзуки опередил его: – Который сейчас час?

– Скоро будет два часа.

– То, что называют «третья четверть часа Быка»? Знаете? Точнее говоря, так называют время с двух часов до двух часов тридцати минут ночи.

«Да какое мне до всего этого дело?!» У Киёмии чуть не вырвалось ругательство, но в эту секунду раздалось:

– Не беспокойтесь. Время еще не наступило.

Киёмия поборол желание сжать кулаки. Словно забавляясь этим, Судзуки произнес:

– Скорее всего.

Раздался зловещий треск. Фрагменты пазла занимали свои места.

Судзуки расхлябанно ухмылялся. Абсолютно черные волосы, стриженные ежиком, густые брови и круглые зрачки. Большой нос и губы, круглая проплешина. Мясистое тело немного сгорблено, внешне выглядит достаточно безобидно. Но этот человек гнилой. Он самый настоящий сумасшедший ублюдок.

– Ну что, теперь моя очередь… Наконец-то восьмой вопрос, наконец-то последний раунд…

Волнение не оставляло подавшегося вперед Судзуки. Из его тела словно хлынул черный вонючий воздух, и со лба Киёмии скатилась капля пота.

– Вы готовы, господин сыщик? Слушайте внимательно. Господин сыщик поднялся вверх по склону. Он стоит на вершине холма, по которому шел долгое, долгое время. Это очень приятное место. Это безопасное место. Люди вокруг – все – сплошь союзники господина сыщика. Маленькие птички, красивые растения и цветы и все такое. А если вам не нравятся природные объекты, можете заменить их на компьютер, смартфон, кровать, диван или спортивный автомобиль. Это может быть и женщина. Или член семьи или близкий друг. Так или иначе, это место, где есть все для удовлетворения.

В словах Судзуки звучало какое-то восхищение. Он говорил так, словно сам был очарован.

– Иногда господин сыщик смотрит вниз с холма. Вдали раскинулся город. Люди усердно работают. Кто-то готовит еду, кто-то притворно плачет. Возможно, есть даже такие, кто смотрят бейсбольный матч. Начинается матч «Тайгерс» [20]… – Судзуки поднял указательный палец правой руки. – И все же не кажется ли вам, что среди профессиональных бейсбольных команд есть какая-то мешанина сильных и слабых существ? Тигры, наверное, сильные, в ястребах [21] есть что-то мужественное, но вот чтобы ласточки [22] и карпы [23]… я плохо понимаю, почему их выбирают. Даже гиганты [24] производят серьезное впечатление. И если так посмотреть, драконы – довольно страшные чудища, а их реальные результаты совсем не такие. Меня это выводит из себя. В любом случае, думаю, вместо карпа лучше было бы выбрать Пегаса, Минотавра или какого-нибудь Феникса. В мире есть еще много вымышленных существ. Минотавр, например, кажется сильным. Говорят, это быкоголовый человек, то есть у него голова быка и тело человека. Кентавры – их противоположность: верхняя часть тела человеческая, а нижняя… нет, не как у быка, а, если не ошибаюсь, как у лошади. В прошлом меня часто дразнили. В моем детстве был очень популярен мультфильм «Гэгэгэ-но Китаро», и люди смеялись надо мной, так как я был вылитым чудищем из него. Разумеется, от этого товарищей по играм у меня больше не становилось. Со мной другие дети не общались, дело чуть ли не доходило до издевательств. Я сам не знаю никого, кто так подходил бы для того, чтобы над ним издевались.

– Господин Судзуки…

– Вот, а самому мне сказочные чудища очень даже нравились. Что-то типа товарищеского чувства было к ним. Я чувствовал, что это не чужие мне персонажи. Иногда вытаскивал с полки школьной библиотеки иллюстрированный сборник чудищ и читал его вплоть до закрытия школы. Но домой я книги из библиотеки не брал. Тогда я был еще более застенчивым, чем сейчас, и даже заговорить с ребятами из библиотечного комитета было для меня большим делом. Для этого мне требовалась такая же смелость, как для того, чтобы спрыгнуть с террасы храма Киёмидзу [25].

– Господин Судзуки…

– Кстати, в Японии тоже есть оборотни, которые наполовину звери, наполовину люди. Их довольно много. Вообще, чудища существуют ведь для того, чтобы пугать людей, не так ли? И если у зверя будет морда зверя, ты при виде него, конечно, испугаешься, но, каким бы страшным он ни был, это не будет – как бы сказать? – пробирать тебя до глубины души. Это будет не больше чем другое живое существо. А вот если, например, встретить дракона, тогда, наверное, от ужаса волосы дыбом встанут. Но это такой же ужас, как и от землетрясения или падения метеорита. Или от грозы и смерча. А вот полузвери-полулюди – это ведь уже немного другое, правда? Они страшны потому, что имеют сходство с людьми, то есть с нами самими. Он вызывают ужас потому, что у них есть части тела, схожие с человеческими. Их вид как бы говорит: «Ты сам не