Искатель, 1998 №5 - Даниэль Мусеевич Клугер

самый, когда его убили, — объяснил Маркин. — Насколько я мог понять, теща у них в семье имела решающий голос — по всем вопросам. Ну, это чувствуется с первого взгляда. Весьма серьезная дама… — Алекс издал короткий смешок. — По ее словам выходит, что Шломо примчался к ней попросить о содействии в восстановлении семейного очага. То есть чтобы она переговорила с дочерью. По возвращении последней.

— А что — дочь приезжала после ссоры к ней?

— Да. И жила у нее все эти дни, до отъезда. Так что пожилая дама знала об их ссоре.

— Понятно. Значит, на вопрос, где провела эти дни Далия Меерович, мы получили ответ, — сказал Натаниэль. Он еще не решил, устраивает его этот ответ или нет. — Что еще?

— Ты спрашивал у меня — есть ли у Мееровича партнеры?

— Спрашивал.

— Есть. И звонил он своему партнеру из Димоны, при теще. В день убийства. Судя по разговору, партнер — мужчина. И Меерович назначил ему встречу у себя в квартире на семь часов вечера.

— На сколько?

— Ровно на семь. Кстати говоря, по мнению тещи, разговор был достаточно напряженным. Нервным. Суть пожилая дама не поняла, но точно помнит, что в конце разговора зять сказал: «Хорошо, это мы утрясем». И дальше назначил время встречи. Ну как?

— Замечательно, — мрачно ответил Натаниэль. — Просто здорово. Лучше не бывает. Версия номер тысяча четыреста тридцать два. По количеству версий мы скоро сравняемся с количеством резолюций ООН. Ну это ладно. Лишь бы результативность хоть немного отличалась. Дай-ка мне номер домашнего телефона тещи Мееровича. Надеюсь, ты не забыл поинтересоваться этим?

— Не забыл. — Маркин продиктовал Натаниэлю номер.

— Ладно, спасибо, Алекс. Ты молодец. Отдыхай, — Розовски положил трубку. — Итак, Зеев, — сказал он послушно молчащему Баренбойму, — чему обязаны визитом? То есть я очень рад, но ты же не приезжаешь без дела?

— Я просто решил, что утром наш разговор получился скомканный, — объяснил Баренбойм. — Вот, решил поздравить тебя по-человечески.

— С чем? — спросила Сарра, подозрительно посматривая на сына.

— А он вам не сказал? — Баренбойм был страшно удивлен. — О нем же написали в газете!

— Да, — сказал Розовски. — Спасибо, что напомнил… — он быстро нашел в записной книжке номер домашнего телефона стажера.

— Илан? Забыл сказать: нужно, чтобы ты заехал завтра за мной в восемь тридцать. Нам с тобой нужно нанести визит в редакцию «Ежедневной почты». На Швуот, 29.

— Ну вот, — сказал Розовски удовлетворенно. — А теперь поедем громить редакцию. Обожаю скандалы.

Конечно, он вовсе не собирался всерьез устраивать скандал Михаэлю Когану. В конце концов, его бывшие коллеги не читают газет на русском языке. Да и в статье ничего предосудительного сказано не было. Исключение составлял идиотский заголовок.

Но Розовски воспользовался поводом нанести еще один визит в редакцию газеты.

Когана на месте не оказалось, что несколько разочаровало Натаниэля. Он хотел дать относительно безобидный выход негативным эмоциям.

Стоя с разочарованным видом посередине редакции, Розовски заметил Сашу, который приветственно махал ему рукой. Детектив ринулся к нему, стремясь как можно быстрее преодолеть безумный лабиринт.

— Привет, как дела? — спросил Саша, когда Натаниэль наконец ввалился в его закуток. — Садитесь, я вас угощу кофе. Если вы к Михаэлю, так его сегодня уже не будет.

— Собственно, я скорее к вам.

— Опять гороскопы? — спросил Саша, включая чайник.

— Н-нет… А где ваш коллега? — спросил Розовски, оглядываясь по сторонам. — Такой приятный молодой человек, как его… Гена!

— Генки сегодня нет, — ответил Саша.

— Выходной?

— Да нет, вообще-то он должен был прийти. Но почему-то не пришел.

— Вот как? А что, это похоже на него?

— Вообще-то нет, — Саша в упор посмотрел на Натаниэля. — Вам нужен Гена?

— Допустим.

— А зачем — это вы, конечно, не скажете.

— Не скажу.

— Хорошо. Сейчас я позвоню ему и скажу, что есть срочная работа.

— Только…

— Не волнуйтесь. О вас я не буду говорить, — Саша снял трубку. — У нас всегда может случиться что-нибудь экстренное. Он не удивится… Странно, — сказал он, послушав некоторое время. — Похоже, его нет дома.

— А вы не знаете, где он может быть?

Саша пожал плечами.

— Ну, мало ли… Потом, я бы не сказал, что мы с ним близкие друзья. Видимся только на работе. — Он замолчал, сосредоточившись на приготовлении кофе.

— Сегодняшний день для него рабочий? — спросил Натаниэль, принимая пластиковый стаканчик. — Спасибо… Так он в принципе должен был находиться здесь или нет?

— В принципе? — Саша задумался. — В принципе — нет, не должен. У него вообще-то свободный график. Он сам решает, когда ему приходить, а когда — нет… — он снова задумался, сосредоточенно глядя перед собой. Потом вдруг засмеялся: — Странно, вы не первый, кто задает мне такие вопросы!

— Вот как? — Натаниэль осторожно поставил стаканчик на стол. — А кто же был первым?

— Один господин, вчера. Приходил сюда, часов, по-моему, в пять — начале шестого. И очень интересовался рабочим графиком Гены.

— В начале шестого? — переспросил Розовски. — Интересно… А кем был этот господин? Он представился?

— Представился, — Саша кивнул. — Сказал, что они старые друзья, но обычно встречались дома, а вот сегодня… — он нахмурился. — Стойте, выходит, его и вчера не было дома! Так?

— Да, возможно… — неожиданная мысль возникла у Натаниэля. — Скажите, Саша, а вы сами бывали у него дома?

— Я? Один раз, по-моему. Или два. По делам. А что?

— То есть вы знаете, где он живет?

— Н-ну-у… — протянул Саша. — Примерно… А вот я сейчас узнаю у секретаря! — Он вскочил, едва не опрокинув чайник, и пулей вылетел из комнатки.

Натаниэль с удовольствием выпил кофе, осмотрелся. Стол исчезнувшего Геннадия был девственно чист. Видимо, перед уходом с работы парень позаботился.

«А почему исчезнувшем? — подумал Натаниэль. — В конце концов, парень мог просто загулять».

Вернулся Саша.

— Есть! — сказал он торжественно. — Улица Мигдалей-Кнаа-ним, 18, квартира 8.

«Они долго ругались, не выходя из машины, — вспомнил Розовски слова Илана. — Потом она ушла, а мужчина вошел в подъезд и поднялся в квартиру 8. В квартире никого не оказалось…»

— Что-то случилось? — озабоченно спросил Саша.

— Что? — Натаниэль непонимающе посмотрел на него. — Ах, да… Нет, надеюсь, что нет. Скажите, а этот вчерашний посетитель… вы могли бы его описать?

— Ну, можно попробовать. Словесный портрет, да?

— Да. Сколько ему лет, по-вашему, как одет? Не было ли особых примет, бросившихся в глаза?

Выслушав ответ, Розовски поблагодарил парня. Описание сходилось с тем, которое Натаниэль уже слышал от Илана. Знать бы еще, кто это…

Розовски вздохнул.

— Вы могли бы мне рассказать о Геннадии? Хотя бы в общих чертах: что он за человек, с кем общается, какие имеет привычки.

— Привык не убирать