Искатель, 1998 №5 - Даниэль Мусеевич Клугер

— Вы не путаете? — недоверчиво спросил Натаниэль. — По-моему, у него на столе — идеальный порядок. Я уже обратил на это внимание.

— Я тоже. Потому и обратил, что вчера он, перед уходом, начал вдруг активно все убирать. Я онемел. Представляете, наш Геночка — и вдруг каждую бумажечку обследовал, все аккуратненько сложил и…

— Выбросил? — быстро спросил Натаниэль.

— Унес! — с удовольствием сообщил Саша. — Унес, как юный пионер на сборе макулатуры.

Натаниэль озабоченно нахмурился.

— Эго после моего второго возвращения его обуяла любовь к чистоте? — спросил он. — Ах да, вы же… Он говорил, что я возвращался?

— А вы возвращались? — Саша удивился. — Зачем?

— Забыл телефон астролога… Значит, он вдруг полюбил порядок. Хорошо. Что-нибудь еще можете рассказать о нем?

— А зачем вам? — подозрительно спросил Саша. — Я как-то сразу не сообразил: вы же сыщик. Генка что, куда-то влип?

Натаниэль молча пожал плечами. Саша поджал губы.

— Мы с ним не были близкими друзьями. И я о его привычках и образе жизни не могу сказать ничего определенного, — сухо произнес он.

Розовски скривился как от зубной боли.

— Господи, Саша, ну что за советские комплексы… Сыщик, ничего не знаю. Что я — офицер КГБ? И выясняю, не рассказывал ли ваш товарищ анекдоты о Владимире Ильиче Ленине? — Он покачал головой. — Черт-те… Неужели вы не понимаете, что тут произошло серьезное преступление? Неужели вы не видите, что ваш Гена что-то об этом знает? Что он вчера смертельно испугался чего-то? После моего визита.

— Испугался? — задумчиво переспросил Саша. — Да, пожалуй… Мне тоже так показалось. Хорошо, попробую рассказать.

Только учтите, я действительно, знаю о нем не так много… — он замолчал, исподлобья посмотрел на детектива.

Розовски взял стаканчик с кофе, сделал глоток. Снова отставил стаканчик в сторону.

— Он производит впечатление человека, во-первых, не очень устроенного и, во-вторых, — неконтактного, — сказал Саша. — По-моему, он трудно сходится с людьми. Ни разу не слышал от него, что у него есть друг или друзья. Впрочем, говорят, многие художники такие.

— Он художник?

— Говорят, раньше был совсем неплохим художником. Даже выставлялся. Еще в Союзе. Здесь я о таком не слышал. У нас он просто подбирает материалы из российских газет для дайджест-разворота в еженедельном выпуске. Иногда делает оформление. На подхвате.

— Понятно. Что-нибудь еще вспомнили?

Саша немного помедлил, прежде чем продолжить.

— Как-то раз я видел его вечером не одного. В районе старой автостанции. Но компания, с которой он там гулял, меня не очень вдохновила, так что я даже не окликнул его.

— Он был пьян? — спросил Розовски. — Вообще, он злоупотреблял спиртным?

Саша покачал головой.

— Случалось.

— Скажите, а есть ли у Гены родственники?

— Здесь?

— Здесь или в России.

— Насчет России не знаю, а здесь нет. Это точно. Живет он один.

— А подруга?

— Подруга есть. Зовут ее, по-моему, Лиора. Точно, Лиора.

— Живет в Тель-Авиве?

— Нет, в Холоне. Он несколько раз звонил ей при мне. А один раз звонил ей я, — Саша помрачнел. — Лучше бы не звонил. По его же просьбе, кстати говоря. Ему зачем-то надо было, чтобы я передал, будто он очень занят на работе и не сможет к ней приехать.

— Ну и как? Передали?

— Лучше бы не передавал. Получил по полной программе. До сих пор, как вспомню, уши горят.

Натаниэль с интересом посмотрел на его уши. Поскольку сидел Саша как раз напротив окна, уши его действительно горели ярко-рубиновым светом в солнечных лучах. Розовски хмыкнул и тут же посерьезнел.

— Адрес знаете? — спросил он.

— Сейчас найду. И адрес, и телефон. Но учтите: ей я звонить не буду, — предупредил Саша. — Вы ведь хотите позвать к телефону его? Дамочка с темпераментом, у меня трубка в руках разлетится… Вот, пожалуйста. Астрологу звонили?

— Астрологу? Нет, пока не звонил. Что ж, спасибо за помощь. И за кофе. — Розовски посмотрел на сегодняшнюю газету, лежавшую на столе. — Передайте господину Когану мою самую искреннюю благодарность за статью.

— Что дальше? — спросил Илан, когда Розовски вернулся из редакции в машину. — Куда поедем?

Натаниэль, не отвечая, закурил, с наслаждением затягиваясь. В редакции ему было неловко курить — может, от обилия бумаг вокруг, а может быть, оттого, что у Саши на столе не видно было пепельницы. Докурив, он извлек из поясного футляра телефон и набрал номер инспектора Алона. Тот отозвался сразу же. Розовски даже подумал, что Ронен только и ждал его звонка. Он неза-медлил сообщить об этом бывшему сослуживцу.

— Вот еще… — буркнул инспектор. — Больше мне делать нечего: сидеть у телефона и ждать от тебя весточки.

— Жаль, — сказал Розовски. — Мне было бы приятно. Скажи, а почему у тебя всегда такой неприветливый голос, когда говоришь по служебному телефону? А вот когда по домашнему — совсем другое дело.

— Ты только для этого позвонил? — спросил инспектор. — Других вопросов ко мне нет?

— Есть, как не быть… Послушай, Алон, у меня есть сведения, что покойный Шломо Меерович вдень убийства навещал тещу в Димоне, — сказал Розовски, оставляя шутливый тон.

— С какой целью?

— За пару дней до этого он крепко поскандалил с женой, — ответил Розовски.

— Откуда сведения? — поинтересовался инспектор.

— Из глубины подсознания, — сообщил Натаниэль.

Инспектор фыркнул.

— Нет, серьезно?

— О скандале — от соседки, — честно признался Натаниэль. — От пожилой соседки по имени Циппора. А о посещении тещи — от нее самой.

— Ты что, успел побывать в Димоне? — удивился инспектор.

— Нет, конечно, мне и тут дел хватало. Маркин ездил.

— Ну хорошо, а мне ты зачем рассказываешь? — подозрительно спросил Алон. — Чтобы я пришел в восторг: ах, какой ты энергичный? Ты делаешь свое дело, за которое тебе платят, а я делаю свое.

— За которое тебе тоже платят, — заметил Натаниэль. — Послушай, что ты такой злой сегодня? Сам понимаешь, я звоню не для того, чтобы похвастаться. Сообщаю тебе эти сведения: вдруг пригодятся. Поскольку я, в отличие от тебя, занимаюсь отнюдь не поисками убийцы. Моя задача куда скромнее: найти свидетельницу. Прекрасную незнакомку, которая вызвала вас в тот вечер. Кстати, о дамах. Далия Меерович не ночевала дома с момента ссоры.

— Представь себе, я так и предполагал, — произнес инспектор. — Только не надо рассказывать мне сказки. Он не ищет убийцу! Ну ладно, сообщил ты мне сведения. Спасибо. Это все?

— Нет, не все, — серьезно сказал Розовски. — Мне нужна твоя помощь. Дело в том, что Шломо Меерович звонил из Димоны своему партнеру. И назначил ему встречу у себя в квартире в семь часов вечера.

На этот раз