Ледяной урожай - Скотт Филлипс

– Что ты сказала?

– Я сказала, что ты говнюк и глупый старый осел.

Старик фыркнул и продолжал сливать бензин.

– Извините, что не приглашаю вас в фургон погреться – у нас там беспорядок. К тому же он уже заканчивает.

– Ничего страшного. Как ваша машина ведет себя в гололед?

– Ужасно. По крайней мере, когда за рулем Гюнтер. У вас порез на шее, вы знаете?

Чарли потрогал место, где отметился филейный нож Ренаты. Порез уже подсох, но на пальцах все-таки осталось немного свежей крови.

– Порезался, когда брился.

Гюнтер наполнил канистру и пошел перелить бензин в свой бак.

– Этого нам не хватит, – заметила Дот, – надо возвращаться на заправку.

– Гюнтер, – крикнул Чарли, – отлейте еще канистру, если нужно.

– Большое спасибо, – ответил Гюнтер и снова направился к «линкольну» с пустой канистрой в руках.

– Вы очень добры, мистер, – Дот поежилась, – прямо не знаю, что на нас нашло, что мы пустились в дорогу ни свет ни заря в Рождество.

Сзади на шоссе появилась машина. Когда она приблизилась, Чарли едва не сразил приступ медвежьей болезни – это была патрульная машина, которая замедляла ход.

– Что у вас случилось? – спросил коп, опуская стекло.

– Уже все в порядке, офицер. Вот этот молодой джентльмен поделился с нами бензином.

– А тут разве не дизельное топливо?

– Нет, эта модель ездит на бензине. Дизельное топливо днем с огнем не сыщешь.

Коп на пассажирском сиденье посмотрел на Гюнтера, держащего шланг в зубах, кивнул и дал отмашку своим товарищам, показывая, что все в порядке и можно уезжать.

– Ну хорошо, веселого вам Рождества.

Чарли и Дот заулыбались, кивая, и патрульная машина уехала.

Гюнтер перелил вторую канистру в бак своего кемпера и полез за руль. Когда он включил двигатель, тот чихнул, застучал и заглох.

– Видела? А я что говорил? Бензин тут ни при чем.

– Почему ты такой тупой? Плесни немного в карбюратор.

Гюнтер вылез, повозился, открывая карбюратор, и вылил туда остатки бензина из канистры.

– И этот тип служил в полиции, – сказала Дот, обращаясь к Чарли, – представляете? Он ведь хуже младенца!

Гюнтер снова забрался в кабину и включил зажигание. На этот раз двигатель завелся и ровно заработал с первого оборота. Старик недоверчиво смотрел на капот, будто ждал, что машина вот-вот заглохнет.

– Заработало! – наконец признал он.

– Поздравляю.

– Пусть сначала немного прогреется.

– Примерно через милю будет разворот, – сказал Чарли, – он вам пригодится.

– Большое спасибо еще раз.

Дот зашла с правой стороны и тоже села в кабину.

Чарли удовлетворенно наблюдал, как они там препираются. Он сделал что-то важное, помог людям и теперь может двигаться дальше. Но по пути к своей машине он задержался, почувствовав, что нужно в туалет. Поскольку делать лишнюю остановку ему не хотелось ввиду потраченного времени, Чарли обогнул кемпер сзади и направился в придорожную лесополосу.

За деревьями простиралось поле, вдали виднелась крыша дома и амбар. Чарли отлил на ствол дерева, глядя, как парит холодная темная кора. Теперь, когда он обрел свободу, все вокруг изменилось. Острые запахи мочи, мокрой коры и древесного дыма кружили голову. Застегнув ширинку, он повернулся и увидел, что из трубы на крыше фермы валит дым. На обратном пути, проходя мимо кемпера, он заинтересовался надписью, напечатанной сзади большими готическими буквами: