Принц в неглиже - Елена Логунова

Стараясь не привлекать к себе внимания, Серж отвернулся и неторопливо зашагал прочь. Отошел подальше, свернул за угол и остановился, якобы рассматривая витрину овощного магазина, а на деле просто собираясь с мыслями. Что-то случилось. В толпе он мог бы подойти к полковнику поближе, но незаметно передать ему дискету не представлялось возможным.

Серж обнаружил, что все еще держит в руке влажный носовой платок, и, вместо того чтобы убрать его в карман, туго прижал прохладную ткань к пылающему лбу и вискам. Цокающие каблучки за его спиной заскрежетали, тормозя.

– Ой, мама! – громко произнесла кузина Зина, не веря своим глазам и своей удаче. Надо же, она опять без хлопот нашла то, что другие потеряли!

Зина поспешно достала из сумочки распечатку полароидного снимка и сверила искомое с найденным объектом. С карточки мученически скалился молодой человек с забинтованной головой. Сочный цвет соседствующих с зеленоватым лицом апельсинов подчеркивал бледность мужчины. Зина перевела взгляд на отражение в витринном стекле: та же белая повязка на голове, тот же страдальческий оскал, даже апельсины есть – вот, лежат на витрине за стеклом!

– Простите, вы не из Екатеринодара будете? – вежливо спросила Зина, обходя Сержа сбоку.

Агент Шило замер. Плечи его сначала окаменели, а потом расслабились. Он понял: это связной. Вопрос о контакте решился сам собой.

– Из Екатеринодара.

Зина еще раз внимательно посмотрела на Сержа, сверилась с фотографией и удовлетворенно кивнула.

– Ну так чего мы стоим, как неродные? – любезно сказала она, убирая снимок в сумочку. – Пойдемте скорее, а то мне придется доплачивать за парковку.

Привезя Монте к себе домой, Зина позвонила не мне, а Ирке: спешила сообщить радостную весть самому заинтересованному лицу. Поэтому меня разбудила не телефонная трель, а раскатистый гул: Ирка во дворе колотила в чугунную сковородку. Она подвесила ее на грушевое дерево неделю назад, изобретя таким образом средство экстренной связи между нами.

– Ба-м-м-м-м-м-м!

– Чтоб тебе провалиться! – досадливо выругалась я, спуская ноги с дивана, аккурат на спящего кота. Тоха взвыл, хлестнул меня по ноге пушистым хвостом и ретировался под диван.

– Ну, прости, прости, – пробормотала я, торопясь выйти из комнаты.

Прошла на веранду, распахнула тяжелую металлическую дверь, стряхнув с высокого крыльца спящего Томку.

– Вперед! – Я выпустила собаку и побежала к Иркиному дому, надеясь успеть раньше, чем пожарная команда.

Ирка стояла во дворе. В одной руке у нее была шариковая ручка, в другой дуршлаг с макаронами. Макароны курились паром, подпрыгивая в дырчатой емкости всякий раз, когда Ирка ударяла дуршлагом в раскачивающуюся сковородку. Раздавалось громкое «Ба-м-м-м-м!», Ирка морщилась и пыталась заткнуть свободное ухо, попадая в него шариковой ручкой. К другому уху она плечом прижимала телефонную трубку и что-то кричала в нее, выплевывая дымящую сигарету. Сигарета падала, Ирка ловила ее в дуршлаг, подбрасывала, хватала правой рукой, роняла ручку, ловила ее, возвращала на место сигарету, закусывала ручку и замахивалась дуршлагом.

– Отдай! – Оценив ситуацию, я шагнула к Ирке и вырвала у нее телефонную трубку.

– Подавись, сволочь! – в сердцах бросила она.

– Сама дура, – беззлобно ответила я. В трубке стало тихо. – Это я не вам. Извините. Алло?

– Я не тебе, – объяснила Ирка. – Твой Томка сейчас все макароны стрескает!

Пес крепко вцепился зубами в дуршлаг и помчался по газону, поминутно роняя неудобный груз и наматывая на узкую морду длинные макаронины.

– Слушай, поймай его, – попросила я Ирку. – А то тебе же хуже будет: он всю лужайку испоганит!

– Ваш Монте испоганит мой газон? – ожила трубка. – Но почему? Зачем ему это?

– А, Зинка, это ты? – узнала я голос кузины. – Нет, про газон это я не тебе, тут у нас Том по лужайке летает.

– Том?

– Моя собака. Портит лужайку. Рвет макароны.

– Какая собака? Почему летает? И какие макароны? Они что, растут на лужайке? – живо заинтересовалась кузина.

Сейчас еще попросит выслать ей пакетик макаронных семян!

– Собака овчарка, – торопливо пояснила я. – Немецкая. Нелетучая, просто быстро бегучая и резво скакучая. Трава зеленая, канадская. Макароны итальянские. На лужайке они не растут, они там валяются. Их ест собака – та, которая овчарка. Что еще тебя интересует?

– Про Монтика спрашивай! – заорала Ирка, занятая на газоне перетягиванием дуршлага с Томкой. Макароны уже ушли частично в траву, частично в Томкин желудок.

– Зина, ближе к делу: что с нашим парнем? Нашла?

– А как же! – оживилась кузина. – С вас премия за срочность!

– Нашла?!

Ирка, что твой кенгуру, прискакала с газона в три прыжка.

– Но-но. – Я уклонилась, не позволяя ей отнять у меня трубку. – И где он сейчас?

– Здесь, – сказала Зина. – Совсем рядом, на диване.

– Он с Зинкой на диване, – пересказала я Ирке.

– Что-о?! – взревела ревнивая Ирка.

– Спокойно! Зина, что он делает у тебя на диване?

– На диване он сидит, – продолжила вредная кузина. – Съел рыбу фиш и тупо смотрит телевизор. Вид у него какой-то очумелый. Что вы в нем нашли, а?

– Не твое дело, – отмахнулась я. – Ирка, перестань сопеть! Монтик на диване не спит, он там тупо ест телевизор и смотрит рыбу фиш. Зина, а документы какие-нибудь при нем есть?

– Сейчас поищу! – Кузина стукнула трубкой.

– Только без рук! – рявкнула Ирка.

– Уймись, – сказала я подруге. – У тебя все равно преимущество: право первого мешка. И первого кирпича.

– Алло? – Зина вернулась. – Российский загранпаспорт на имя Максимова Сергея Петровича.

– Точно, это наш парень. Зина, мы его берем. Купи ему билет до Москвы. Ирка все оплатит, и твои премиальные тоже. Дату вылета и рейс сообщи.

– Велл, – коротко ответила американская кузина, экономно сворачивая разговор. – Привет!

– Пока! – Я отклеила ухо от трубки и потрепала по могучему плечу радостно всхлипывающую Ирку. – Знаешь что, дорогуша? В Москву полетим вместе. Я тебя одну не отпущу.

Мы отыскали в траве пустой дуршлаг, выругали сыто улыбающегося Томку и пошли в дом, глупо смеясь и ежеминутно поздравляя друг друга с Зинкиным успехом. Через некоторое время пришли в сознание, спохватились и решили сварить новую порцию макарон, благо у Ирки в доме всегда есть стратегический запас продовольствия. Макароны уже вовсю кипели, и тут дотошная Зина перезвонила, чтобы сообщить, когда Монтик будет в российской столице.

Мы сразу же забыли об обеде. Ирка начала названивать в авиаагентство, чтобы заказать себе и мне билеты на подходящий по времени рейс Екатеринодар – Москва.