Все стороны злосчастной медали - Иван Дмитриев

Я не стал расспрашивать о подробностях, но оставил пистолет на ноге. Через пять минут мы свернули в лес, и я немного нахмурился, потому что поездка вечером в темный лес не входила в мои планы. Долгое время мы ехали почти на ощупь: свет фар упирался только в деревья, уворачиваться от которых Кристоф умел хорошо. Наверно, не первый раз тут. Мы ехали, а дорога почти не изгибалась. Наконец, через несколько минут, машина замедлила ход, и мы буквально вылетели на двухполосную пустую дорогу. Вскоре оказалось, что и она вела в город. Мы въехали в старый район, и я не сразу сообразил, где находился въезд на эту трассу. Впереди справа приветственными огнями горела вывеска "Бар", и Кристоф направил автомобиль туда.

— Заглянем? — спросил он, наполовину уже покинув салон.

— Хорошо, — ответил я, убирая пистолет в карман куртки.

Мы вошли в помещение бара, где было заметно теплее и пахло специями и спиртом. Выбрав места в глубине зала, подальше от окон, мы сделали заказ, и мой новый знакомый закурил.

— Не так давно я стал задумываться, — начал он, — что людей, которым можно доверять, не так много.

Он сделал длинную затяжку и продолжил:

— Таким человеком был ваш брат. Дела, которыми мы занимались, требовали полного доверия.

Он отвлекся, чтобы сделать глоток принесенного пива, а я воспользовался этой паузой, чтобы задать ненужный вопрос:

— Какие дела?

Он посмотрел на меня оценивающе и поставил бокал.

— Теперь я уже могу говорить об этом открыто, потому что мне одна дорога. Вам же не советую болтать об этом и надеюсь, что сможете закончить нашу… партию. Отомстите за Карла.

— Что-то вы заигрались, — теперь уже я принялся за горчащий напиток, — С чего бы вдруг мне вам верить?

— Стал бы я вытаскивать нас из тех рядов, будь мне нужен ваш труп? Хотя да, понимаю. Я ведь и сам мог разыграть спектакль с проколом шин и прочим.

— Да, аргументов ни за, ни против нет.

— Значит, остается поверить, — его глаза улыбнулись (да, такое бывает) на этой фразе, — В любом случае, пистолет у вас.

Внутри меня перемешивались мысли о том, кто этот человек и какую цель он преследует. Жизнь в условиях рынка научила продумывать все версии происходящего, прежде чем рисковать. Что ж, посмотрим. Я решил узнать больше.

— Я могу попросить вас рассказать о себе? — спросил я.

— Едва ли это интересно, но хорошо, — он откинулся назад, — Я расскажу. Потом перейду на то, как мы работали с Карлом.

Принесли горячее. Я начал есть, а Кристоф оставался в старом положении, затем начал:

— Меня зовут Кристоф Юнц. Я немец польского происхождения и родился в Познани. Долгое время, до последних событий, я проработал на таможенном посту, номер которого не нужно называть — я думаю, мы оба понимаем, о каком идет речь.

Я кивнул наугад.

— Карл был посредником в транспортировке наркотиков в Восточную Германию, — он пододвинулся к еде и стал резать мясо.

— Не самое благодарное занятие, — смог сказать я.

Мы некоторое время помолчали.

— Как и в любом бизнесе, в этой сфере тоже есть люди, стоящие во главе всего. Они называют свою организацию картелем. Моя роль была в том, чтобы стабильный поток наркотических веществ шел через границу. Роль Карла — перевозить.

Не хотел я это узнавать, и в это дерьмо лезть не хотел.

— Интересно. Так может и не нужно ни за кого мстить? — спросил я, — Риск не оправдался, получили то, что могли получить.

— Схема была налажена. Я хотел расширить сеть и увеличить масштаб, для этого стал пододвигать Карла ближе и посвящать в курс дела.

— Выходит, он знал про картель?

— Да.

— И не вышел из игры?

— Не вышел.

Ох, братец, дурак.

— Как замешан Бранн? — я вспомнил, с чего начинался разговор.

— Он давно метил в кресло Карла, как я понял. А получив доступ к его подработке (причем я не знаю, каким образом), решил, судя по всему, нажиться на этом деле. Всё, что я сам теперь понимаю, — за нами с Карлом шла охота. Картель наступает на пятки. Раз они не убрали Бранна, значит, видят в нем партнера, — сказал Кристоф и снова закурил.

— Значит, — я отпил пива, — те, кто стрелял там, были из картеля?

— Вероятнее всего. Никогда не знаешь, кто хочет тебя убить.

Я закончил с мясом, а Кристоф — с пивом.

— Но какие-либо доказательства ваших слов есть? Любые.

— Нет. Хотя, если бы сейчас с нами за столом сидел Бранн, он бы спустил курок в мою сторону. Самое показательное доказательство. Потом, правда, в вашу, так что не лучшая это идея.

— Он говорил, что у Карла есть долг перед ним…

Кристоф посмеялся и слегка помотал головой.

— Он хотел вытянуть из вас денег, — сказал Кристоф, — Просто так.

Я немного позлился.

— Зато это хороший повод для встречи, — ответил я.

— Не-е-ет, теперь Бранн не вылезет из укрытия. После встречи с ним за вашей машиной и следят. Логично, что ему не стоит появляться перед вами.

— Но ведь он якобы не знает, что всё это происходит.

— Да, но он знает меня. И он понимает, что вы — второй Карл, который не отступит, пока не вцепится в его глотку.

Мы просидели в том баре еще около часа. Расплатившись, я спросил:

— Какие действия далее?

— Завтра я свяжусь с вами, и мы обдумаем, как загнать Бранна в ловушку. У меня почти не осталось связей, потому что на бумагах я мёртв, — он посмеялся и добросил чаевых.

Мы вышли в ветреную ночь этого старого маленького города. Я поднял ворот, и мы подошли к машине.

— На самом деле, всё зави…

Он не успел договорить, потому что громкий выстрел прочертил воздух. Кристоф упал на спину, а я пригнулся и подскочил к кузову его машины. От головы Кристофа быстрыми струйками потекла кровь.

— Мистер Фишер, настоятельно рекомендую вам вернуться в Штаты, — прозвучал незнакомый голос непонятно откуда, — Иначе вам придется повторить опыт мистера Радича.

Я прижался к двери машины и попытался понять, где находится снайпер.