Все стороны злосчастной медали - Иван Дмитриев

— … И в общем всё. Сегодня только эти остались, из "Тетра-уотчин".

— Через сколько они приедут? — спросил я по телефону, из которого раздалась первая реплика.

— Уже ждут в конференц-зале. Знаешь, там проект на пару сотен тыщ. Думаю, мы можем выиграть.

— Нужно в любом случае сначала посмотреть, — я потёр правый висок пальцами, — Был у нас один агроном, если помнишь…

— Да, да, цветы на луне и всё такое, помню. Ты скоро?

— Еду с другого конца города. Здесь авария, — сказал я, разглядывая пробку в окно, — Развлеките их пока презентациями что ли, пусть кредитуются по полной.

— Окей, ждём тебя.

Я отложил телефон на сиденье и запрокинул голову назад. Тяжелый день.

В этот же момент телефон снова оповестил меня о входящем звонке. Водитель спросил:

— Может, по встречке?

— Езжай, — сказал я, отвечая на звонок, — Да.

— Лео?

— Привет, папа. Ты как?

— Я хочу, чтобы ты приехал, — его голос при этом звучал тяжело и размеренно-грустно.

— У меня пока много работы, я не…, — начал было я.

— Карл погиб, — со вздохом прервал меня отец.

Мой младший брат. С тех пор, как я перебрался в Штаты, мы почти не поддерживали связь. Я слышал кое-что от отца, но вряд ли даже он знал всё. Карл не любил меня за то, что я всегда старался учить его жизни. Время показало, что мои советы были кстати. Пока он менял работу за работой, не слушая меня, я смог пробиться в международную кредитную компанию. Затем все ориентиры сошлись на Штатах, и с тех пор контакты с семьей — это редкие разговоры с отцом. Но Карл… Что же случилось?

— Как? — разбил я тишину, глядя на облака, проносившиеся мимо.

— Его убили, доигрался, — ответил отец и продолжил, — Я знаю, что вы… не общались долгое время, но он твой брат, и нужно приехать.

— Да, я понимаю, — сказал я, уставившись в одну точку.

Через три секунды я вернулся в этот мир.

— Я вылечу ближайшим рейсом.

— Хорошо.

— Держись.

Я услышал, как старик вздохнул, и убрал телефон.

Во что же ты там ввязался, Карл? Я знал о его жизни эпизодами. Слышал, что он даже неплохо обустроился в итоге. Он всегда сохранял лёгкую ребячливость в характере, которую во мне убили цифры и проекты. Я стал прокручивать в памяти все картинки из детства и юности, проведенные с семьей. Наверно, так и делают, когда кто-то близкий уходит. Карл был авантюристом, это уж точно. Как же так вышло? Этот и подобные ему вопросы перебивали воспоминания.

Через пару минут мы подъехали к небоскребу нашей организации.

— Дэниэл, — обратился я к водителю, — Найди мне в Берлине "Мерседес" S-класса. Сделай так, чтоб к полуночи он был в аэропорту.

— Водитель нужен?

— Нет.

Дав указания, я вошел в здание и стал прикидывать, сколько времени и денег потребуется для поездки в Германию.

Через пять минут я оказался в конференц-зал, где меня ждали те, кто хотел получить кредит на какой-то проект.

— Добрый день. Леонард Фишер, глава отдела кредитования крупных проектов, — представился я, — У меня не так много времени, поэтому давайте сразу приступим к делу. Вас угостили кофе?

Задавая этот вопрос, я наткнулся взглядом на пустые чашки и сказал:

— Ага, хорошо.

— Мистер Фишер, — обратился ко мне один из заёмщиков.

— Да?

— Наш проект…

О Боже, все они начинают одинаково.

— У вас есть видеоролик? Обязательное условие, — прервал его я.

— Да, конечно, — ответил тот, кто хотел много зеленых бумажек, и посмотрел на моего ассистента, который с секундной задержкой включил его.

Я сел в мягкое кресло, ругаясь про себя, что заднее сиденье "Кадиллака" намного приятнее.

Концом двухминутного ролика была пафосная фраза: "Тетра-систэм. Ваше боковое зрение." Это была презентация системы парковки больших грузовиков и автобусов.

Как обычно и бывает, заёмщики тут же вопросительно взглянули на меня. Хотите денег? Послушайте вот что. И я начал рассказ, повторявшийся в этих стенах, увы, не раз:

— Политика нашей компании обязывает меня оценить все риски данного проекта. Первичная стадия — это диалог с клиентом. Вторичная — бухгалтерская проверка.

Кое-кто отсеивается сразу после первой стадии, — сказал я и посмотрел на заёмщика так, чтобы он понял, о ком речь, — Скажите, какой объем средств вам нужен?

— Для начала, — он замешкался, — Трис… Двести тысяч.

— Ого, даже не триста, — дал я понять, что слышал оговорку, — Хорошо, какова себестоимость продукта?

Вопрошатель средств полез в бумажки, и, кажется, на третьей нашел ценник. Подняв голову, он покраснел и сказал:

— Шесть тысяч.

Понятно стало, что это нереально, и я занял позицию агрессора в диалоге. Как часто мне будут попадаться идиоты?

— Вы слышали что-нибудь о парковочном радаре? — не дожидаясь ответа, я продолжил, — Примерная стоимость одного радара с датчиками — семьдесят долларов. Это я еще не самый дешевый беру. Как я понимаю, ваша система — это четыре радара, вкоряченных с разных сторон. Вопрос: почему система за двести восемьдесят долларов стоит шесть тысяч?

Едва заёмщик попробовал открыть рот, а его партнер надулся, я добавил:

— Лично мне, увы, всё ясно. В кредитовании отказано, — я демонстративно бросил на стол ручку, которая до этого крутилась в моих руках.

— Мы будем жаловаться, — ляпнул партнер, на которого я поднял серьезный взгляд.

— На что? Справку можете получить на третьем этаже. Не забывайте, что мошенничать нужно умело. Есть люди, готовые доказать, что ваше дело — обман. Я бы на вашем месте покинул здание как можно быстрее. Всего доброго.

Эффект речи был таков, что оба недопартнера быстро встали из-за стола и, откланявшись, вышли вон. Я откинулся назад, пытаясь выпрямить спину. Мой ассистент похлопал и сказал:

— Браво. Как всегда, на высоте.

— Спасибо, — я слегка качался в кресле, — Такими аферами в свое время баловался мой брат…