Деньги для киллера - Татьяна Полякова

— Ты что? — начал паниковать Гоша. — Увидят.

Я стащила плащ и сунула ему в руки:

— Жди в машине.

— Спятила совсем, — начал Гоша, но я уже стояла наподоконнике, а еще через пару секунд в чужой кухне. Для начала прошла к входнойдвери. Здесь меня ждал приятный сюрприз: на тумбочке телефон, старый, запластиком карточка с номером.

Сняла трубку, телефон работал. Я набрала Сонькин номер.

— Да, — голос мужской.

— Здравствуйте, Софа дома?

— Одну минуту…

— Софа, кто это у тебя? — бодро поинтересоваласья.

— Знакомый.

— Возлюбленный, что ли? — Черт его знает, может,он рядом стоит.

— Да нет, зашел человек…

— Условия прежние: да и нет. Говорить можешь?

— Могу.

— Я тебе номер продиктую, только записывать не вздумай:это его телефон. Соберется уходить, позвони, запоминай! Запомнила? А тызадержать его сможешь?

— Ага.

— Зачем пожаловал?

— Что, вот прямо сейчас и рассказывать? —разозлилась Сонька.

— Но угрозы твоей жизни и здоровью нет?

— О своей думай.

Я положила трубку и занялась квартирой.

Вид она имела совершенно нежилой. Старая мебель, нибезделушек, ни посуды в шкафу.

Большой комнатой, как видно, вообще не пользовались, и япрошла в спальню. Если честно, я совершенно не представляла, что хотела найти.Начала с тумбочки возле кровати. Ни писем, ни бумаг. Трудно поверить, что здесьвообще кто-то жил. На нижней полке газета, я равнодушно швырнула ее в сторону,из нее посыпались фотографии.

Я чертыхнулась и, сидя на полу, принялась их разглядывать.На первой был запечатлен Рахматулин. Место знакомое: мой собственный дом, ирядом с Витькой мы: я и Сонька.

Опять мы, идем по улице. Следующая фотография сделанараньше: на ней у Витьки другая стрижка. Он в каком-то ресторане в обнимку сдвумя мужчинами: широко улыбающимся брюнетом в очках и толстяком вгалстуке-бабочке. Последняя фотография поначалу ничем не заинтересовала:черно-белая фотография двух мужчин, очень похожих друг на друга. Если они неблизкие родственники, значит, меня подводит зрение.

Мне показалось, что один из этих типов мелькнул на другойфотографии, я еще раз их просмотрела: точно, его лицо отчетливо было видно заспиной веселой троицы в pecторане.

Еще бы понять, что все это значит, Я продолжила обыск, неочень надеясь на удачу. И не ошиблась: ничего, что могло бы менязаинтересовать. Я положила фотографии на место, намереваясь прикрыть ихгазетой, и только тогда заметила, что одна из заметок обведена фломастером. Яторопливо прочитала заметку. В ней речь шла о фирме «Вега-люкс», глава которойМаурин Сергей Петрович 12 апреля был убит у дверей своего дома. Ни имя, ниместо, где он работал, мне ни о чем не говорили, а вот фотография, помещеннаяпод заметкой, показалась примечательной: лысый толстяк с бабочкой ипредставительный очкарик. На фотографии из тумбочки они красовались рядом сРахматулиным. Внизу мелким шрифтом значилось: «На презентации фирмы„Вега-люкс“: Маурин С.П. (слева) и коммерческий директор фирмы Каховский П-В.».

Что Рыжий имел в виду, обводя эту заметку фломастером? Норазмышлять лучше в другом месте.

Обшарив шифоньер, постель и пыльные углы, я окинула комнатувзглядом, а потом взглянула на часы. Пора сматываться, обыск я вроде быпровела, где искать еще — в ум не шло. На мой взгляд, никаких следов вторжения.Квартиру я покинула стандартным способом вышла и дверью хлопнула, замокщелкнул, а я к Гоше направилась. Он бегал вокруг машины и выглядел невероятнонесчастным.

— Наконец-то! — кинулся он ко мне. — Ну, что?

— Ничего, — ответила я.

— Что, зря лазила?

— Может, зря, а может, и нет. Поехали.

— Куда?

— К Соньке.

По дороге я пыталась размышлять. Говорят, некоторым людямэто вредно, боюсь, я из их числа. Чем больше я размышляла, тем безнадежнейзапутывалась.

Толстяк с бабочкой Маурин погиб 12 апреля. Кто-то уложил еговыстрелом из винтовки. Лично я думаю — Оборотень. То самое заказное убийство,из-за которого весь сыр-бор. В заметке сообщалось, что буквально на следующийдень после убийства главы фирмы исчез и коммерческий директор господинКаховский. Исчез или убит? Пока не найден труп — исчез. Очень туманноговорилось, что вместе с ним исчезли и деньги фирмы, предусмотрительно снятыесо счетов. Человек с убогой фантазией, вроде меня, может предположить толькоодно: Каховский, обворовав родную фирму, избавляется от Маурина и исчезает.

Глеб говорит, на Багамах шикарные пляжи.

Каким боком здесь Рахматулин — более-менее ясно: он зналобоих, и Маурина, и Каховского, и по просьбе последнего, надо полагать,организовал убийство. Он через Илью Большакова связывается с Оборотнем, и тотубийство совершает. Версия мне нравится. Логично, понятно, а вот дальше —черт-те что… Кто-то хватает Илью Большакова и зверски пытает его. Оборотень неполучает своих денег и портит жизнь Витьке.

Появляется рыжий мент. Человек со стороны, не очень ловкий,если дал себя засечь таким воронам, как мы. Его появление было для меня совершеннонепонятным. Я напрягала мозги без особого толка и тут вспомнила о фотографиидвух братьев, или кто они там. На Рыжего ни один вроде бы не похож. Хотя…Черно-белая фотография, в полный рост, широкая улыбка, глаза прищурены, лицо неочень-то разглядишь.

Одно точно: этот тип — брюнет. А Сонька говорит, что уРыжего волосы крашеные.

Перекрась волосы, измени прическу, носи то, что никогда ненадевал, и узнать тебя будет достаточно сложно.

— Вот он, — вдруг сказал Гоша, и я отнеожиданности вздрогнула.

— Кто?

— Этот рыжий проехал.

— Давай к Соньке быстрее.

Сонька встретила нас чрезвычайно недовольная.

— Звоню, трубку никто не берет, я ж нервничаю, а ну,как он тебя застукает?

— Не шуми. О чем говорили?

— Все о том же. Про Славку, про медальон и про Витьку.Говорит, нас видели в его обществе, в Витькином то есть. Я, натурально,поведала историю своей юности.

Красочно. Минут двадцать старалась. А все ради чего?