За гранью тьмы - Михаил Викторович Гречанников

– Как? И как много у вас времени?

– У нас, – поправил меня Виктор, – а не «у вас». Не знаю точно, да и никто не знает.

– А как вы его найдёте? – повторил я свой вопрос. – Он сейчас где-то в море-океане, хрен найди.

– Об этом я бы пока… – начал было Виктор, но его перебил Антон:

– У тебя всё ещё есть связь.

Виктор резко развернулся в кресле и неуловимым движением врезал Антону по уху. От удара тот упал рядом с камином, вопя от боли.

– Я же сказал тебе закрыть рот, – с досадой сказал Виктор.

Потом он повернулся ко мне и, не обращая внимания на шипящего от боли Антона, который заползал обратно в кресло, продолжил:

– Прости. Антон такой несдержанный. Молодой совсем.

– Что он имел ввиду, когда сказал про связь? – спросил я.

Виктор снова откинулся в кресле, сцепил пальцы рук и вздохнул.

– Я уже сказал, что искатель поймал вас – всех вас – как рыбак, забрасывая удочку, – начал он. – В роли удочки выступает сильная ментальная связь искателя со своей жертвой. Она может и не ощущаться, но она есть. Искатель может никак себя не проявлять, но может и натянуть, скажем так, леску. Думаю, именно это и случилось с Кристиной перед… перед её исчезновением. Она бросилась к воде, потому что искатель велел ей это сделать. То же самое он мог проделать и с тобой, и с тем канадцем.

– Но теперь ему это не нужно, – поспешил сказать я. – Так ведь? Не нужно?

– Нет. Однако подобная связь не пропадает бесследно. И если она у тебя сохранилась, мы сможем её использовать, чтобы найти искателя.

– Как именно? Что нужно для этого сделать?

– Об этом я бы пока не хотел говорить, – он предостерегающе глянул на Антона. – Но не волнуйся: убивать тебя никто не собирается. А для самой этой процедуры нам нужно проехать в одно место.

– Что ещё за место?

– Увидишь. Я не могу сказать тебе всего. Да ты и сам всё скоро увидишь.

Разговор стремительно переставал быть томным. Не успел я довериться этим людям, как они сказали, что хотят меня куда-то увезти.

– Я не хочу никуда ехать, – решительно заявил я, поглядывая в сторону двери и понимая, что этот взгляд не остался незамеченным.

Чёрт, а ведь дверь, через которую я попал в этот зал, не ведёт на улицу, вдруг осенило меня. Должна быть другая, но где она? Из-за темноты её видно не было.

– Придётся, – мягко настаивал Виктор. – На кону жизни миллиардов людей, а у нас есть шанс их спасти.

– Знал бы я, что вам можно верить, тогда бы, наверное, другое дело, – возразил я. – Но я вас не знаю. И понятия не имею, правду вы мне говорите, или нет. Хотите вы спасти людей или укокошить меня, это ещё большой вопрос.

– Ты ведь сам побежал за Антоном, – продолжал Виктор, глядя на меня с лёгким огорчением. – У нас не было планов везти тебя туда сегодня.

– А на когда были планы?

Внутренне я весь напрягся, готовый к прыжку. Вскочить, бежать, выбираться отсюда – вот только куда бежать? Мои намерения, готов поспорить, слишком явно читались по моему лицу, потому что даже Антон перестал держаться за распухшее красное ухо и как-то удивлённо взглянул на меня.

– Эй, не тупи, – сказал он. – У нас нет других возможностей остановить этих тварей. Ты что, хочешь, чтобы наш мир стал как один из тех, из твоего сна? Только потому, что ты боишься поехать с нами?

– Я вам не верю, – процедил я, внимательно следя за обоими собеседниками. – Может, вы говорите и правду, а может, и нет. Я не готов отдавать себя в руки первых встречных только потому, что мне что-то рассказали.

– Мы – единственные, кто может его остановить, – настаивал Антон. – Мы. Ни ты, ни армии всего мира, ни кто угодно другой ничего не смогут сделать, а мы можем.

– Антон, – устало перебил его Виктор, – перестань его убеждать. Не видишь? Он нам не верит.

– А нам-то какое дело, – возмутился Антон, – верит он или нет? Мы его ещё и убеждать должны, видите ли! Слушай, ты, – обратился он ко мне уже откровенно раздражённо, – хватит уже думать только о своей шкуре! Либо ты пойдёшь с нами по-хорошему, либо…

И в этот момент раздался стук в дверь. Громкий, настойчивый – по лицам моих хозяев было понятно, что гостей они не ждали.

– Открывайте! – раздался приглушённый стенами мужской голос.

– Помогите! – заорал я.

Не успел я закрыть рот, как Виктор очутился рядом и двинул мне кулаком в челюсть. Я слетел на пол, как недавно это проделал Антон – в ушах зазвенело, в голове помутилось, перед глазами поплыли чёрные круги, но сознание я не потерял. Лёжа на спине, я пнул подоспевшего Антона в живот и снова заорал:

– По-моги!..

На этот раз даже договорить не получилось – Виктор накрыл мне лицо диванной подушкой, откуда-то появившейся в его руках. Я извивался, пытаясь лягнуть его, но он надавил мне коленом на грудь, и я уже ничего не мог сделать.

Послышался грохот, крики, а потом с меня слезли. Я откинул подушку с лица и увидел четверых военных в камуфляжной форме, с автоматами в руках, в масках-балаклавах и даже с касками на головах. Виктора и Антона я не увидел, да и своих спасителей толком не разглядел, потому что один из них направлял на меня дуло автомата, и оно завладело всем моим вниманием.

– Лицом вниз! – скомандовал солдат. – Живо!

Без лишних слов я поспешил исполнить приказ. Мне чем-то связали руки за спиной, обыскали, потом подняли на ноги и толкнули к выходу. Теперь я увидел, где была эта чёртова дверь – в углу. Виктор и Антон лежали лицами в пол, их обыскивали.

На улице стояли два военных внедорожника, спереди и сзади от них дежурили солдаты с оружием. Меня подвели ко второй машине, открыли дверцу сзади – там, где у нормальных машин багажник, подумалось мне – и велели забираться. Вперёд меня в кузов запрыгнул солдат, а вот у меня это получилось не сразу – пороги были куда выше, чем у обычных гражданских авто, поэтому сперва я даже ногу на ступеньку не смог поставить. На помощь пришёл уже сидевший в кузове человек, который одной рукой схватил меня за куртку на груди и быстро втащил внутрь. Я буквально упал на сиденье напротив своего конвоира – сиденья стояли вдоль стен салона. Следом за мной