Хитра - Самюэль Бьорк

– О, этот чудесный р-р-р, – улыбнулась мама. – Моя сестра много лет прожила в этом городе Швеции, и произносить это слово всегда казалось мне так забавно. Словно язык щекочет. Р-р-ронделлен.

Синтия улыбнулась и тихонько похлопала ее по плечу.

– Но нет, наш Ронделлен – это круглый гостевой дом в глубине сада. Беньямин иногда пользуется им, когда он дома.

Она всплеснула руками и показала гостям их места за столом.

– Значит, будем только мы, ну и хорошо. Пойду проверю последний раз, как дела на кухне, и начинаем.

– А что начинаем-то? – прошептала мама, когда все расселись.

– У нас будет пробное меню. Для свадьбы, – тихо сказала Лисси.

– А-а, хорошо, – ответила мама и посмотрела на папу, которого, похоже, больше занимала живопись на стенах.

– Это копия Веренскиолда? Очень красиво.

– Нет, это оригинал, – вежливо ответил Александр, положив салфетку на колени.

Мама посмотрела на него и сделала то же самое.

– Ну и ну. – Папа погладил себя по подбородку. – Однако. Как будто в Национальный музей попал.

Лисси ждала, что прозвучит язвительный комментарий, но ничего подобного не случилось.

Папа сказал это чуть ли не с гордостью.

– Начинаем, – произнесла вошедшая в салон вместе с официантами Синтия.

Она встала у края стола, пока официанты расставляли на скатерть различные закуски.

– А меню?

Синтия махнула одной из девушек, та поспешила на кухню и вернулась с меню для всех.

– Вот так, теперь все на месте.

Она обвела рукой стол, показывая на подносы с блюдами.

– Как видите, мы решили отдать предпочтение традиционным блюдам национальной кухни. Мы же на прекрасном острове Хитра, и это должно быть отражено в том, что мы подаем. Вся еда выращена и приготовлена здесь, нашим поваром, вы, конечно, сможете познакомиться с ней и всей командой после того, как мы закончим.

Хозяйка дома улыбнулась и продолжила:

– Сперва блинис с вяленым бараньим окороком, икрой и креветками. А это севиче с свежемаринованным палтусом в яблочно-огуречно-цитрусовом маринаде. И наконец мы выбрали тартар из внутреннего филе оленины на подушке из брюквенного пюре. Приятного аппетита.

Синтия села за стол и стала ждать, когда гости приступят к еде.

– Попробую вот это, – осторожно сказала мама и положила себе на тарелку блинис.

– Берите все блюдо, – улыбнулась Синтия. – После мы, конечно, протрем скатерть, но так будет удобнее для всех.

– Извините. – Мама подобрала оранжевую икринку, упавшую по пути.

– Ничего страшного. Так удобнее. И особенно оленину – пюре может быстро прилипнуть.

Она посмотрела на Лисси.

– Может, сразу вычеркнем ее? Чересчур?

Лисси отрезала кусочек и попробовала.

– Нет, почему же? Как по мне, очень вкусно.

Синтия охнула и схватилась за лоб.

– Господи, что же это я. Хорошо, что не каждый день выходят замуж. Так много всего нужно проконтролировать. Извините. Вино конечно же.

Трое официантов вынесли из кухни две бутылки с белым и одну с красным вином.

– Не будем же мы пить все? – удивилась мама. – Боюсь, я не смогу.

– Вина уже выбраны заранее. – Лисси накрыла руку матери своей. – Повар подобрал вино для каждого блюда, нам надо только попробовать их сочетание.

– А, да, – сказала мама, когда перед ней поставили разные бокалы.

Она подняла один из них.

– Это к чему?

– К блинис, – улыбнулась Синтия.

Папа уже выпил полбокала красного, попробовал все и похлопал себя по животу.

– Не знаю, как тут что называется, но голосую за то, что к этому вину, – сказал он с улыбкой.

– Правда? – спросила Синтия удивленно. – Вам что, не понравилось?..

Она кивнула на блюда.

– Что? Очень понравилось. Все. Давайте дальше.

Он махнул одному из официантов, тот налил еще вина в бокал отца.

– Так что решим? – обратилась к гостям Синтия. – Подождем, пока попробуем все блюда или уже сейчас озвучим мнения? Это, конечно, нелегко, в каждом свой шарм, но все должно идеально сочетаться. Какие мысли?

– Извините, мне придется ответить.

Александр взял телефон со стола и кивнул на дверь.

– Возвращайся скорее. – Лисси поцеловала жениха.

– Конечно, – проговорила Синтия. – Через несколько минут будет новое блюдо, так что если кто-то хочет размять ноги…

Мама и папа с бокалами в руках остались сидеть за столом.

– Полагаю, я воспользуюсь случаем.

Лисси улыбнулась и вышла в туалет в коридоре.

Она закрыла защелку, села на унитаз и перевела дух.

Все же прошло нормально?

Намного лучше, чем она ожидала.

Папе, кажется, даже нравится?

Невероятно.

Лучше и быть не могло.

Она встала и пошла помыть руки.

Вдруг с улицы через приоткрытое окно до Лисси донеслись чьи-то голоса.

Александр?

Он же вышел поговорить по телефону?

Она выключила воду и неслышно пробралась к окну и спряталась за шторой.

– Твою мать, Беньямин, возьми же себя в руки.

Беньямин?

– Ну что теперь еще?

Оба говорили тихо, но она все равно хорошо их слышала.

– Обязательно было тащить ее домой, у меня гости, ты же знаешь.

– Кого, Наталие? Она же моя девушка.

– На этой неделе, да. Черт, по крайней мере держи ее трезвой, ты всю округу перепугаешь.

– Какую еще округу?

– Ты знаешь, о чем я. Зачем ты меня позвал? Ты же знаешь, что я на ужине.

Стало тихо.

Они отошли подальше?

Нет, снова голос Беньямина.

– Кажется, я вляпался.

– Что на этот раз?

– Здесь сегодня была полиция.

– Полиция? Черт побери, Беньямин. Мама их видела?

– Нет-нет. К счастью, я встретил их на выезде отсюда. Поговорил с ними через окно машины.

– Что они хотели?

Снова тишина.

Довольно долго.

Лисси чуть отодвинула штору и увидела их, они отошли дальше к площади.

Александр активно жестикулировал.

Беньямин кивал, смотря в пол.

Александр ткнул брата пальцем в грудь, развернулся и, раздраженный, пошел к дому.

Лисси выскочила в коридор и быстро дошла до двери.

– О, привет.

– Забежала в туалет, – улыбнулась Лисси. – Как все прошло?

– Э-э, что прошло?

– Звонок? С кем ты говорил?

– А, да. Это просто был Кюрре. Не знает, успеет ли к субботе, но все нормально.

– Он приедет?

– Э-э, да.

Вдруг в противоположном конце коридора возникла Синтия.

– Мы готовы, вы идете?

– Идем, – улыбнулся Александр.

И прошел вперед невесты в салон.

41

Низкое солнце предвещало приближение вечера, когда Миа на своем мотоцикле свернула на узкую гравиевую дорожку, раздраженная тем, что никак не могла понять, что же не дает ей покоя в схеме с временны́ми отрезками, висевшей у нее дома на стене. Она еще раз съездила в Свинген и прошла по аллее Бьёркелунд туда и обратно. Побывала на пристани, где нашли