Прогноз гадостей на завтра - Дарья Донцова

Оставив Люсю в прихожей, я дошла до Катюшиной спальни, заперлашкаф, где хранятся бутылки, и положила ключ к себе в сумку. Иван не похож наалкоголика, а Люська может надраться, береженого бог бережет.

Боярский выслушал просьбу и вздохнул:

– Лампа Андреевна, мой вам совет, не ездите на бомбистах, ненадо. Люди разные встречаются, шубка у вас красивая, сумочка кожаная, заменьшие вещи людей убивали… Да и сами вы девушка хорошенькая, не ровен часзавезут куда…

– Ну, Андрюша, какая же я девушка? Четвертый десяток катит!

– На каждый возраст любитель найдется, – философскизаметил участковый, – вон позавчера в сводке читал, бабулю семидесяти пятилет изнасиловали…

– Спьяну небось…

– Уж не с трезвых глаз, – вздохнул Леша, – тольконе надо вам машины ловить, на метро спокойней…

– Сама знаю, просто опаздывала и вот ведь, дурочка, оставилау него на сиденье пакет из химчистки. Сережка меня теперь убьет!

– Ща попробуем, – улыбнулся Андрюша и забубнил втрубку: – Слышь, Надюха, пробей номерочек, двести шестьдесят семь… А буквыкакие?

– Не заметила.

– Ладно, по цифрам ищи, цвет светло-серый или нежно-голубой,ну ждем-с.

Минут пять мы обсуждали, какую сложную программу придумалидля детей, посещающих музыкальную школу, затем Андрюша произнес:

– Ага, понятно, спасибо, Надюха, век не забуду.

Повесив трубку, он радостно улыбнулся:

– Ну нашелся ваш бомбист. Гостев Валерий Иванович. Адреспишите, улица Вилиса Лациса, дом девять, корпус семь, квартира двести сорокодин.

– Где же это?

– В Тушине, – ответил Боярский. – Поедете поВолоколамке, под шлюзом, на первом светофоре направо и по улице Свободы вперед,ну а там спросите.

– Скользко, – вздохнула я, – лучше на метро.

– Ни боже мой, – отсоветовал участковый, – жутконеудобно. Придется до метро «Планерная» тащиться, а потом на трамвае долго, ещепешком от остановки переть. Улица Лациса очень неудобно расположена.

– Гололед…

– Так потихонечку, иначе вовек зимой ездить не научитесь.

Может, и впрямь послушать его? Сметя с «копейки» снег, япрогрела мотор и тихонько покатила в сторону Тушина. Первая часть дорогипромелькнула спокойно, приключения начались, когда я оказалась на улицеСвободы. Погода была ужасной, липкий снег пригоршнями летел в лицо, прохожиепопрятались, на тротуарах никого: ни молодых мамаш с колясками, ни подростков ссобаками, только около трамвайных путей переминался с ноги на ногу мужик впуховике. Я поравнялась с ним и спросила:

– Где тут улица Фучика?

– Фучика, Фучика, – забубнил парень, – и не слыхалпро такую… Хотя, погоди, чего тебя в Тушино занесло? Фучика в самом центре,где-то возле гостиницы «Пекин».

– Не может быть, – твердо заявила я, – сказали доСвободы доехать…

– Не-а, Фучика у Маяковки… Здесь такой никогда небыло, – мямлил парень.

С грохотом подъехал трамвай. Мужчина влез в вагон. Я судивлением глянула в бумажку. Улица Вилиса Лациса! Господи, надо же быть такойдурой! Перепутала двух литераторов! Фучик написал «Репортаж с петлей на шее»…Или это был Гашек? Нет, Гашек вроде придумал «Бравого солдата Швейка»… А чтоиздал Лацис? Или он вообще не прозаик? Тут вновь с грохотом подкатил трамвай, изнего вышла женщина и быстро пошла вдоль дороги.

– Будьте добры, – заорала я, – где тут улицаГашека?

Аборигенка притормозила:

– Кого?

– Гашека!

– Всю жизнь в Тушине прожила, а про такую не слыхала!

– Ой, – опомнилась я, – Фучика! –Кого? – вновь удивилась тетка.

Понимая, что опять сморозила глупость, я достала бумажку ипрочитала:

– Вилиса Лациса.

Уж не знаю, что подумала обо мне дама, но она ответила:

– Ах, Лациса! Это раз, два, три… Восьмая остановка натрамвае.

Пришлось ехать и считать стеклянные будочки. На восьмой ивпрямь покачивалась табличка «Улица Вилиса Лациса». Обрадовавшись, я проехалачуть вперед и глянула на дом. Туристская. Так, отлично, следуем дальше. Наконецвозникло здание, на углу которого стояло: Лациса, 42. Ликуя, я свернула вправои порулила вперед – 40, 38, 36, 34…

«Копейка» уперлась в пустырь, дальше дороги не было, тупик.

В полном отчаянии я вылетела на проезжую часть и замахаларуками. Остановились обшарпанные «Жигули», и высунулась женщина:

– Что случилось?

– Где дом девять?

– Тут.

– Где?

Дама завела мотор и уехала. Снег валил уже не хлопьями, аклочьями, «копейку» мигом занесло.

– Мамаша, – раздался хриплый голос, – тебе домдевять, а корпус какой?

– Семь.

– А я в пятом живу, довезешь, покажу, самой ни в жизнь несыскать, – сказало странное существо, больше похоже на куль.

– Садись, – велела я.

Тюк устроился на переднем сиденье, дохнул на меня перегароми велел:

– Дуй назад.

– Зачем?

– Дуй, говорю.

Решив не спорить, я тихонько поехала в указанномнаправлении, ощущение было такое, словно катишь по очень жидкой манной каше.Пару раз «копейку» начинало крутить, и я, повизгивая от ужаса, отчаянно вращаларулем. Куль сидел спокойно, как удав. Проклиная погоду, участкового Андрюшу, посоветовавшегообучаться экстремальной езде, Тушино и собственную глупость, я добралась вновьдо Туристской улицы.

– Налево, – приказал тюк, – вон там тормозни,сойду.

– Ты меня обманул, – обозлилась я.

– Ни на секунду, – ответил тюк, открывая дверь.

– Я только что здесь была, это Туристская.

– Ехай вперед.

– Но…

– Ехай вперед и прямиком к нужному дому попадешь, –приказало существо и, громко матерясь, исчезло в пурге.

Чувствуя жуткую усталость, я повиновалась и, понимая полнуюбесперспективность такого поведения, поехала по дороге… Туристская, 5, 7…Лациса, 9!