Смерть надевает маску - Эшли Уивер

Надо сразу же воплотить этот план в жизнь.

Я нашла в шкафу платье, которое в свое время почему-то не отдали нуждающимся. Ему было семь лет, и его фасон и цвет уже давно вышли из моды. К тому же я немного похудела, и сидело оно на мне плохо, что должно было только усилить нужный эффект.

Я сняла обручальное кольцо — кольцо, подаренное мне во время помолвки, нашла в шкатулке маленькое рубиновое колечко и бросила его в карман.

У меня не было особого опыта в маскировке, но я решила, что лучше воспользоваться всеми возможными способами: я щедро нанесла макияж и растрепала волосы в надежде выглядеть еще более безвкусно. А затем шагнула назад и посмотрела в зеркало.

Винельда наблюдала за моими приготовлениями с возрастающей тревогой.

— Ой, лучше не надо, мадам, — повторила она несколько раз.

— Винельда, говорю тебе, все будет в порядке.

— Возьмите хотя бы Маркхема, — попросила она. — Он крепкий парень и защитит вас, если что-то пойдет не так.

— Я поймаю такси, — отозвалась я. — Личный автомобиль привлечет слишком много внимания.

— Ну не знаю, мадам, — проговорила Винельда. — Простите меня, пожалуйста, но, по-моему, это слишком рискованно.

— Не волнуйся, я не собираюсь делать ничего опасного.

— Наверное, я должна пойти с вами, — предложила она. Но, судя по виду, очень надеялась на мой отказ. Не стоило ей об этом волноваться — Винельда так нервничала, что выдала бы меня с головой.

— В этом нет необходимости, — сказала я. — Просто наведу кое-какие справки. Еще раз говорю, все будет в порядке.

Это ее не успокоило.

— Надеюсь, вы правы, мадам, — произнесла она печально.

Меня не отпугнули ее опасения, и вскоре я покинула квартиру.

Я взяла такси до Уайтчепела и уже в машине поняла, насколько убог мой план. Как, скажите, я собиралась найти драгоценности миссис Баррингтон в океане лондонских ростовщиков? Все равно что искать иголку в стоге сена, хотя для стога сена это весьма уничижительное сравнение… Нет, это поистине Гераклов подвиг. Но попытка не пытка. У Геракла-то, в конце концов, все получилось.

Уайтчепел-Хай-стрит запрудили машины, и такси тащилось очень медленно. Наконец водитель посмотрел на меня через зеркало заднего вида и спросил:

— Вы едете к какому-то конкретному ростовщику?

Я решила, что узнавать, какой из них пользуется самой дурной репутацией, было бы слишком подозрительно, а потому попросила остановиться у первого попавшегося.

Машина притормозила у тротуара, и я попросила водителя подождать. Я вышла и сразу обратила внимание на огромное количество отвратительно выглядевших магазинов. Я подавила в себе растущее чувство неуверенности и направилась к ближайшей лавке, над входом в которую висели три золотых шара, что по традиции и обозначает ломбард, а также выцветшая вывеска «Акерман и Хит. Украшения и прочие товары».

Когда я открыла дверь, прозвенел, как мог, плотно увитый паутиной колокольчик. Лавка соответствовала моим представлениям: это было темное помещение с затхлым воздухом. Несколько длинных стеклянных витрин, покрытых пылью, были наполнены украшениями и безделушками всевозможных разновидностей. Интересно, сколько из них приобретены нечестным путем?

Когда я вошла, мужчина за прилавком поднял на меня оценивающий взгляд — видимо, сразу прикидывал, что от такой дамы можно ожидать.

— Добрый день, — поздоровалась я с сознательной неуверенностью. Я решила, что лучше всего будет вести себя так, словно я с подобными заведениями имею дело впервые (что, как ни крути, чистая правда). Но как я ни надеялась преуспеть в собственном представлении, Сарой Бернар я не была. Естественно, я не могла изобразить матерую преступницу — гораздо легче притвориться приличной женщиной, только ступившей на скользкую дорожку.

— Чем могу помочь? — осведомился он, пристально глядя на меня.

— Мистер Акерман… Или обращаться к вам как Хит?

— Ни то ни другое.

— О, ясно… — произнесла я. — Понимаете, я… Вы покупаете драгоценности?

— Смотря какие.

— От чего это зависит?

— От того, что это за украшения, где вы их достали и сколько за них хотите.

— У меня есть кольцо, которое я хотела бы продать, — сообщила я. — Рубиновое кольцо.

— И как оно к вам попало в руки? — поинтересовался ростовщик.

Я сделала вид, что нервничаю, — это было не сложно…

— Кое-кто сделал мне подарок.

— В самом деле?

Тут я услышала, как открылась дверь в лавку, но не стала оглядываться. Я уже начинала входить в роль. Хотелось, чтобы моя история прозвучала сомнительно.

— Да, мне подарил его мой работодатель.

— А чем вы занимаетесь? — спросил продавец.

— Я горничная.

Я не умела хорошо врать и, более того, не любила. Утешала мысль, что это роль, которую необходимо сыграть. Оставалось надеяться, что у меня получается.

— Что ж, почему бы вам не показать колечко?

Я сняла перчатку и достала из кармана кольцо. Ростовщик протянул свою грубую волосатую руку, и я положила кольцо ему на ладонь. Он подержал его перед глазами, пристально изучая, а затем снова взглянул на меня.

— Так вот куда ты запропастилась.

Я обернулась на знакомый голос, не веря собственным ушам.

Это был Майло.

Да как ему удалось найти меня здесь?! Я подавила ужасное раздражение, вызванное его непрошеной компанией.

— Я боялся, что ты выкинешь что-нибудь подобное, Мэри, — сказал он разочарованно.

Мэри. Значит, он принял правила игры. Я не имела понятия, что Майло намеревается предпринять, но мне ужасно не понравилась эта попытка влезть в мои дела.

— Я следил за тобой, как ты уже успела понять. — Тут Майло обратился к ростовщику: — Она украла кольцо из шкатулки моей жены.

— Тогда вызывайте полицию, — спокойно откликнулся мужчина за прилавком. — Только разбирайтесь с этим где-нибудь в другом месте.

— Вызывать полицию нет нужды, — сообщил Майло снисходительно. — Что делать, если я испытываю к Мэри нежные чувства.

Глаза мои округлились, но я прикусила язык.

— Надо признать, горничная из нее ни к черту, — продолжал Майло, — держу ее больше для красоты, если вы понимаете, о чем я.

Я сжала кулаки, чтобы сдержаться и не схватить с полки какой-нибудь тяжелый предмет и не ударить его, чего он как никогда заслуживал.

— Мы не покупаем ворованные вещи, — заявил ростовщик.

— Нет, разумеется, нет, — любезно сказал на это Майло. — Очень рад, что сумел найти Мэри прежде, чем она пришла в лавку, где опускаются до покупки ворованных вещей. Не хочу, чтобы она сделала какую-то глупость. Я позабочусь о том, чтобы впредь подобное не повторилось. Извините, что доставили вам беспокойство. Мэри, пойдем.