Магический камень апостола Петра - Наталья Александрова

Перченок поблагодарил Варвару Михайловну за помощь и уже направился к дверям, но на пороге остановился.

– Вот еще какой вопрос… вы сказали, что время смерти у этих двух покойников разное. А который из них умер раньше?

– Тот, что в машине обгорел, – не задумываясь, ответила Варвара Михайловна. – Он умер, по крайней мере, на сутки раньше второго.

– Тот, который обгорел, – раньше? – удивленно переспросил Перченок. – Вы уверены?

– Петя, ты меня удивляешь! – поморщилась Варвара Михайловна. – Я когда-нибудь говорила то, в чем не была уверена?

– Вообще-то нет.

– Ну, так и незачем переспрашивать!

– Извините, Варвара Михайловна, – смутился капитан, – я понимаю, что вы зря не скажете, просто я думал…

– Ты думал, – перебила его женщина, – ты думал, Петя, а я точно знаю! Патологоанатомия – это точная наука, такая же точная, как математика или физика!

– Спасибо! – повторил капитан и наконец вышел из сырого холода прозекторской.

То есть только собирался выйти, мечтал об этом. Но не вышло, потому что Варвара Михайловна схватила его за рукав.

– Чуть не забыла! Пойдем-ка…

– Ну что еще… – невольно поворчал капитан, топая вслед за судмедэкспертом.

– Вот, хорошо, что ты не ушел, – говорила Варвара Михайловна на ходу, – помнишь того покойника, ну, который в камере умер?

– Как не помнить, – вздохнул Перченок, – следователь Уткин дело закрыл, а там ведь еще неясностей столько…

– Вот и я о том же. В общем, вроде бы все там нормально было, а что-то мне неспокойно, – призналась Варвара Михайловна, – и вот, сделала я такую вещь. Есть у меня один человек…

Капитан Перченок вскинула глаза в полном удивлении – в голосе Варвары Михайловны послышались ему совершенно не свойственные ей нежные нотки.

– Большой человек, мы давно с ним знакомы. И есть у него в организации лаборатория… Не спрашивай меня, что за контора, все равно не скажу, – прервала саму себя Варвара Михайловна, хотя капитан и не думал спрашивать. – Так вот, отправила я ему кровь того трупа, Лапникова… У них возможностей больше, если уж в той лаборатории не выяснят, то больше не к кому и обратиться.

– И что? – Капитан шагнул ближе. – Что они выяснили?

– Тут такое дело… В общем, выяснили они, что был в кровь рекордный выброс адреналина, сердце у него и не выдержало. Ну, если бы человек вдруг сильно испугался. Ну, к примеру, идет человек по лесу – и вдруг встречает медведя. Бывалые люди орать начинают, шуметь, так медведь и сам убежит. А кто-то от страха может и помереть. Как раньше говорили – разрыв сердца.

– Но Лапников-то умер во сне, ночью, при чем тут медведь…

– Вот именно. Есть такое вещество, изобрели его где-то в Гонконге. Состав его еще не изучен. Если в малых дозах, то действует этот препарат как допинг. Причем он замедленного действия. То есть принять можно раньше, не перед самыми соревнованиями. А если в большой концентрации, то вызывает он огромный выброс адреналина, и сердце останавливается. Вот так вот мне объяснили. Но, конечно, как доказательство привести этот анализ я не могу…

– Это все или еще что-то есть? – спросил Перченок, помолчав.

– Есть. Значит, Ляля тут обследовала труп Лапникова очень тщательно на предмет следов уколов.

– И что? – Перченок повернулся к Ляле, появившейся рядом.

– Следов укола не нашла, – сказала она, – но в одной из царапин обнаружила вот что… – она подтолкнула его к столу, где лежало что-то, прикрытое стеклышком.

– Лупу возьми! – посоветовала Варвара Михайловна.

И под увеличительным стеклом Перченок увидел небольшую темно-красную крупинку.

– Что это? – Он поднял глаза на Лялю.

– Акрил, – сказала она, – крошечный кусочек накладного ногтя.

– Ну… – заметил капитан Перченок, – охранник его отлупил в камере, но у него-то уж точно не было накладных ногтей.

После чего он окончательно покинул прозекторскую и тут же отправился в кафетерий на втором этаже и выпил там одну за другой три чашки горячего невкусного кофе, но еще долго не мог согреться.

Параллельно кофе капитан думал. А потом поехал в тюрьму. И там долго упрашивал охранника вспомнить, какова из себя была адвокатша, что приходила к подследственному Лапникову. И тот напряг память и вспомнил, что девица была молодая, одета хорошо и дорого, прическа там, духи и все такое. И маникюр вот такой… ногти длинные, темно-красные.

Из тюрьмы капитан Перченок вышел мрачнее тучи. По всему выходило, что с этим материалом нужно идти по начальству. Он заранее знал, что ему это начальство скажет. И как посмотрит. И вспомнит при случае. Но что-то надо было делать, и капитан решил наведаться еще раз в дом, где проживал покойный Канарский.

Так что Перченок прямым ходом отправился на место убийства Эдуарда Канарского – в элитный дом на Конюшенной улице. Капитан взглянул на украшавших дом кариатид и подмигнул одной из них, как старой знакомой, – той, которая была похожа на судмедэксперта Варвару Михайловну Голубец.

Проникнуть в дом ему и сегодня удалось без труда – из подъезда как раз выходила молодая женщина с коляской, капитан вежливо придержал для нее дверь и вошел в подъезд.

Тут он прямиком направился к кабинке охранника.

Охранник был знакомый, тот же, с которым капитан общался прошлый раз. И точно так же, как прошлый раз, он был погружен в разгадывание кроссворда.

– Спим на посту?! – гаркнул капитан, подойдя к кабинке.

Охранник вздрогнул, поднял глаза – но узнал капитана и успокоился.

– А, это ты, капитан… – протянул он миролюбиво. – Ты чего подкрался? Так ведь инфаркт заработать можно! Лучше скажи, что это такое – то, без чего нельзя есть? Шесть букв… я попробовал кетчуп – не подошло, майонез – вообще семь букв…

– Работа!

– Как – работа? – удивленно переспросил охранник. – Почему работа?

– Потому что кто не работает, тот не ест!

– А, в этом смысле… а смотри-ка, подошло! А ты вообще по какому вопросу пришел?

– По тому же самому! Мне нужно снова просмотреть записи с твоих камер за тот день, когда Канарского убили.

– Ты же уже смотрел!

– Значит, еще раз посмотрю. Только теперь не с одиннадцати часов, а с самого раннего утра.

– Ну ладно… – охранник нехотя отложил кроссворд, поднялся и достал из шкафчика нужные диски. Перченок устроился перед монитором и принялся внимательно просматривать записи.

Перед ним проходили жильцы элитного дома, отправляясь по своим делам. Гораздо меньше людей входило в дом – слишком раннее время. Капитан разглядывал незнакомые лица в надежде увидеть среди них Виталия Лапникова. В углу экрана мелькали цифры, отмечая время записи.