Магический камень апостола Петра - Наталья Александрова

– Ну, пойди, поищи! Все же она пожилой человек!

– Да она всем нам сто очков вперед даст!

– Как ты можешь так говорить!

Вдруг кусты раздвинулись, и на обочину выбежала растрепанная пожилая женщина с выпученными глазами.

– Ну вот, наконец-то! – проворчал мужчина и тут увидел, что теща бежит в одном резиновом сапоге и разодранной куртке.

– Мама, мамочка, что с тобой? – Женщина бросилась навстречу матери. Та тяжело дышала и размахивала руками, пытаясь что-то сказать.

– Что случилось? – допытывалась дочь.

– Там… там… там… – бормотала пожилая женщина, показывая руками на лес.

– За тобой что – кто-то гонится? – спросила дочь, испуганно взглянув на кусты. Зять на всякий случай потянулся к багажнику, где у него лежала монтировка.

– Нет… – выдохнула пожилая женщина. – Нет… никто не гонится… но там…

– Что – медведь? – высказала дочь догадку.

Мать замотала головой.

– Кабаны?

– Нет… Там машина… и в ней человек…

– Какая машина? Какой человек? – недоверчиво протянул зять.

– Мертвый! – выпалила теща, округлив глаза. – Страшный, черный, как в фильме ужасов!

– Анна Степановна, вам, наверное, показалось.

– Показалось? – возмущенно воскликнула теща. – Людмила, твой муж считает, что я выжила из ума!

– Мама, мама, не надо… – привычно забормотала дочь. – Ну почему вы с Борей все время ссоритесь!

– Ты знаешь, я умею ладить с людьми, но твой муж постоянно делает из меня идиотку!

– Да тут и делать ничего не нужно… – вполголоса пробормотал муж.

Теща, однако, все расслышала.

– Ты слышала, Людмила, что он сказал? Ты слышала, что сказал этот человек? Твою мать оскорбляют, а ты молчишь!

– Ну, все, – мужчина шагнул к своей машине. – Хватит. Мне этот концерт по заявкам уже надоел. Пора ехать, если мы хотим добраться засветло…

– Я никуда не поеду! – грозно заявила теща. – Я вернусь туда! С вами! Я должна доказать этому человеку, что не выжила из ума! Должна показать ему…

– Лично я никуда не пойду! – заявил мужчина.

– Значит, пойдем мы с Людмилой! – отрезала теща.

– Но мама… Боря прав, нам нужно ехать… на шоссе будут пробки, и вообще…

– Ты, конечно, можешь уехать, – иезуитским тоном ответила мать, – но я пойду туда, даже если ты не пойдешь. Я должна что-то сделать. Нельзя же так оставить этого человека…

– Но ты сказала, что он уже умер! Ему ничем уже не поможешь! Мама, ты же сама сказала…

– Это неважно! Я все равно пойду!

– В одном сапоге? – язвительно проговорил зять.

– Хоть бы и в одном! А вы можете ехать домой! Я всегда знала, что вы черствые, равнодушные люди!

– Боря, – Людмила повернулась к мужу и заговорила вполголоса, – придется идти. Ты же знаешь, если мама что-то вбила себе в голову, ей легче уступить…

– О господи! – Мужчина схватился за голову.

Через несколько минут все трое брели через густой подлесок.

Теща была в запасных сапогах, она была полна энергии и довольна: все делалось по ее желанию. Она была у руля, она руководила.

Зять брел в хвосте, вполголоса чертыхаясь.

– Боренька, ну потерпи! – шептала Людмила мужу. – Ну, ты же ее знаешь!

– Еще как знаю! – огрызнулся тот. – Далеко еще?

– Совсем близко! – заверила его теща.

Она раздвинула кусты и отступила в сторону.

Перед ними был овраг с крутым склоном, поросшим черничником и вереском. Склон бороздила автомобильная колея. В самом низу оврага стояла накренившаяся, сильно обгоревшая машина.

– Ну вот, а твой муж говорил, что мне показалось! – торжествующим голосом заявила теща.

– «Ауди», дорогая модель! – с невольным уважением проговорил Борис и сбежал на дно оврага. Женщины поспешили за ним.

– Ой! – вскрикнула Людмила, заглянув в машину, и судорожно вцепилась в руку мужа. – Ой, Боренька, страшный какой! Правда, как в фильме ужасов!

За рулем обгоревшей машины сидел обугленный труп. Черными провалами пустых глазниц он смотрел на людей и нагло ухмылялся обгоревшим ртом.

– Я же говорила! – повторила довольная теща.

– Говорила, говорила! – с плохо скрытой злостью отозвался Борис. – Теперь полицию вызывать придется, ждать их… точно, до ночи домой не вернемся!

Через час полицейская машина остановилась на шоссе, из нее выбрался унылый мужчина лет пятидесяти, за ним – молодой лопоухий парень в форме сержанта полиции.

– Это вы сгоревшую машину нашли? – проговорил пожилой полицейский, подходя к Борису.

– Это я, я нашла! – выскочила ему навстречу теща. – Я грибы искала и вдруг смотрю – машина… а в ней – он! Труп! И такой страшный… просто кошмар! А потом уж я их привела… они еще не верили, думали, что мне привиделось…

– Мама, не нужно говорить лишнего! – одернула ее Людмила.

– Я никогда не говорю лишнего!

– Ладно, показывайте ваш труп! – И вся компания отправилась в лес.

– Странно… – пожилой полицейский вылез из обгоревшей машины и почесал в затылке, – как вообще эта машина здесь оказалась? Зачем этот человек заехал в лес?

– Может, грибы искал? – подала реплику теща.

– Мама, тебя не спрашивают! – одернула ее дочь.

– Может, в темноте с дороги сбился? – предположил сержант.

– Может быть, хотя и маловероятно. Ну ладно, скоро приедут эксперты из области, они разберутся. А пока возьми вот это, пригодится для опознания трупа, – полицейский протянул сержанту найденные на трупе поврежденные огнем золотые часы и обгоревший мобильный телефон.

– А нам можно уже ехать? – тоскливым голосом поинтересовался Борис.

– Можно, – смилостивился пожилой полицейский, – но оставьте сержанту свои координаты, возможно, нам понадобится уточнить ваши показания…

– Капитан Перченок, полиция Центрального района! – бодро проговорил Перченок, поднеся к уху трубку.

– Капитан Сойкин, полиция Пригородного района! – ответил ему хрипловатый, слегка простуженный голос немолодого, утратившего иллюзии человека.

– Чем могу быть полезен?

– Ничего, капитан, если я на «ты»? Мы вроде коллеги и в одних чинах…

– Не возражаю! – согласился покладистый Перченок. – Так чем могу помочь?

– Это ведь ты расследуешь убийство Эдуарда Канарского?

– Ну, допустим, я… – ответил Перченок с осторожным интересом. – А в чем дело?