Оtцы и деtи - Наталья Андреева

– Что будешь: чай, кофе? – отрывисто спросил он, присаживаясь.

– Ты неважно выглядишь, – промурлыкала Нета, погладив его руку.

На них все смотрели, не разглядывали в упор, но исподтишка, прячась за занавеской, или за стойкой с газетами и журналами. Вокруг же их столика была почтительная пустота. Как только в кафе появился Кирсанов, все торопливо расплатились по счету и с озабоченным видом ушли, якобы или и впрямь по важным делам. По банку тут же прошел слух. Событие дня! К Самому пришла женщина! Которая гладит его руку!

– Допоздна работал, да? – томно посмотрела на Кирсанова Нета. И кокетливо стала играть пальцами руки, такой, видать, важной, что все, кто находился в зоне видимости, не отрывали от нее взгляда. Нета почувствовала свою значимость и осмелела. – Павел, тебе надо отдохнуть, – с намеком сказала она.

– Так чай или кофе? – Кирсанов не убрал свою руку, и Нета ничего не заподозрила. Рядом с их столиком замерла официантка, которая смотрела на Нету во все глаза.

– Мятный латте, пожалуйста, – сказала та, не отрывая ласкающего взгляда от Кирсанова. Завидуй, дурочка! И все прочие, кому не достался такой мужчина! – Хотя, нет. В нем слишком много калорий. Зеленый чай! Без сахара!

– Готовишься примерить купальник? – неприятно усмехнулся ПП, кивнув официантке.

– О да! – с воодушевлением сказала Нета.

– Но прежде сделай кое-что.

– Что именно? – с готовностью спросила она.

– Евгений Базаров лежит в больнице. Аркадий только что оттуда. Он говорит, что дело серьезное. Евгений, мол, при смерти.

– Мне-то что? – пожала плечами Нета.

– Разве между вами ничего не было? – ПП сделал вид, что удивился.

– Ничего серьезного, – торопливо сказала она.

– Уверена?

– Павел! Я тебе чем хочешь поклянусь, что после того, как я тебя увидела, все остальные мужчины перестали для меня существовать!

– Верю. В общем, так. – Павел Петрович посмотрел на часы. – Если ты сейчас же выезжаешь, к вечеру доберешься до больницы. Оттуда отзвонишься и, трезвым взглядом оценив ситуацию, доложишь мне: как и что? Все поняла?

– Никуда я не поеду! Еще чего! У меня сегодня маникюр, а вечером примерка! Я хочу быть на Катиной свадьбе красивее всех! Думаю, что ты тоже этого хочешь!

– Помнишь, при первой нашей встрече я сказал тебе, что ты никогда не поймешь, чем я действительно дорожу, а что мне безразлично? – тихо спросил Павел Петрович. – Так вот. Я думал, что ты умнее. Ну, хотя бы притворись умной! Неужели же только тряпки тебя занимают? И то, как ты выглядишь? Что-то же есть в твоей душе, а? – с надеждой спросил он. – Неужели я понапрасну потратил целый месяц своей жизни? Ведь я слушал, что ты говоришь, верил тебе и даже сочувствовал. Кому, спрашивается? Кукле бездушной?

– Почему это бездушной? – растерялась Нета. – Я люблю тебя. И все это видят.

– Да какая к черту любовь! – разозлился Павел Петрович. – Себя ты любишь! А меня, как самое дорогое свое платье! Конечно, тебе будет обидно, если это платье украдут. И все поймут: а королева-то голая!

– Я не понимаю, о чем ты? – наморщила лоб Нета.

– В общем, так. Пустой это разговор. Садись в машину и поезжай к Базарову.

– Я же сказала, что никуда не поеду! Да пусть помирает! Мне-то что? Я вообще забыла, что он есть!

Нетина рука все еще лежала рядом, и Павел Петрович схватил ее и стиснул изо всей силы:

– Нет, ты поедешь! Иначе ты пожалеешь, что на свет родилась, я тебе клянусь! Ты знаешь, как обходятся со шлюхами? Я тебе покажу, – зло сказал он.

– Пусти! – Ее рука дернулась. – Неужели ты меня ударишь?!

– Я?! – Павел Петрович рассмеялся. – Нет, ты точно дура!

Увидев выражение его лица, Нета испугалась. Он явно не шутил.

– Хорошо, я поеду, – торопливо сказала она.

– Умница. – Павел Петрович отпустил ее руку. – И веди себя хорошо. Если мой племянник и твоя сестра останутся недовольны – пеняй на себя. Катя, похоже, беременна, ей волноваться нельзя.

– Уже беременна?! – вскинула брови Нета.

– Не беспокойся: ты с этого ничего не поимеешь. Няня из тебя никакая, ребенка тебе никто не доверит. Гувернантка тоже, потому что ты тупая как пробка. Разве что молоко малышу разогреть? Да и с этим ты не справишься, – с иронией сказал Павел Петрович. – Ну и зачем ты такая нужна? А главное, кому? Запишите на мой счет, – сказал он официантке и встал. – Дешево обошлось.

И направился к дверям. Нета сидела, потрясенная, глядя на запястье, где расплывался огромный синяк. Что это было?!

«Это все Аркадий! – со злостью подумала она. – Интересно, что он наплел Павлу? Кирсанов просто разозлился. Он устал, с ним это бывает от усталости. Завтра-послезавтра все пройдет. Поеду. Не надо с ним ссориться. Скоро Катина свадьба, и там-то мы уж точно помиримся. Какой-то Базаров… Кто он вообще? И что до него Павлу?»

Она машинально допила остывший чай и вышла на улицу. Разумеется, надо заехать домой, переодеться, взять кое-какие вещи. Интересно, есть у них в городе приличные гостиницы? Не в больнице же ночевать?