Последний рубеж - Найо Марш

– Что нас больше всего беспокоит, – продолжала Джулия, – так это странное состояние, в котором он находился вчера утром. После того, как мы от вас уехали. А вы заметили?

Аллейн на мгновение задумался. Вспомнил Луи, и то, как он, такой суперэлегантный и суперостроумный, разыграл спектакль на набережной.

– В чем выражалась эта странность? – спросил суперинтендант.

– Он был какой-то притихший, и вместе с тем чувствовалось, что он в ярости. Извините, что спрашиваю… между вами не произошло ссоры?

– Нет.

– Он ничего не сказал о вашем «допросе с пристрастием», и вообще ему не понравилось, что я так сказала, хотя это была просто шука. Понимаете? Но ему почему-то не понравилось, вот я и задумалась.

– Поэтому вы попросили меня прийти?

– На самом деле мы рассчитываем на ваш совет, – ответил Джаспер. – Не хочется выносить все это на публику, и вместе с тем нельзя просто так сидеть и ждать у моря погоды.

– А раньше он так поступал?

– Так – нет, – ответил Джаспер.

– Не совсем так, – сказала Джулия.

Они посмотрели на Фокса и отвели взгляды.

– Миссис Фарамонд, вы не будете возражать, если я отойду? – спросил Фокс. – Мы по пути прокололи шину. Если я пока не нужен, сэр, то я схожу поменяю колесо.

– Да, конечно. Мы позовем, если будет нужно.

– Очень вкусный кофе, – сказал Фокс, слегка поклонившись Джулии, и сбежал по лестнице на нижнюю террасу, где был припаркован автомобиль.

«Хорошо, – подумал Аллейн, – что отсюда машину не видно».

– Ну надо же! – восторженно сказала Джулия, широко распахивая глаза. – Надо же! Сколько такта! Часто ли встретишь такого человека?

– У нас этому обучают, – сказал Аллейн. – В департаменте уголовного розыска.

– Что касается вашего вопроса… – продолжил Джаспер. – Луи всегда нас предупреждал, если ему приходилось неожиданно куда-то срываться.

– И часто такое случалось?

– Ну…

– О, давай не будем скрытничать, дорогой, – выпалила Джулия. – Мы сами попросили приехать такого занятого человека, так чего юлить? Да, Луи довольно часто уезжает по тайным делам, возможно, сомнительного свойства. Не может он не волочиться за женщинами.

– Джулия!

– И что это порой за женщины! Похоже, перед ним ни одна устоять не может. Стоит ему только показаться в казино в Лиме – и вокруг него уже целая толпа дам. Может быть, его похитили и продали в рабство каким-нибудь изголодавшимся по любви женщинам, а он и рад, потому что сочетает приятное с полезным?

– Ну что ты такое говоришь! – хихикнул Джаспер.

– Дорогой, признай же, ты и сам не в восторге от него. Просто мы очень любим Карлотту, – сказала Джулия. – А к Луи мы привыкли, ну, как привыкаешь к надоедливым мухам, например. Джасперу он вообще седьмая вода на киселе.

– Какие шаги, по вашему мнению, нам следует предпринять? – спросил Джаспер.

Аллейн ответил, что можно заявить об исчезновении Луи в полицию сейчас или немного еще подождать. Лучше, пожалуй, второе.

– А вы не проверяли, – спросил он, – на месте ли его документы: паспорт, медицинские справки и тому подобное? Раз он часто ездит в Перу, возможно, всплыло какое-то чрезвычайное дело? Например, он получил телеграмму, в которой говорилось, что необходимо срочно приехать. Может, он телеграфирует вам позже?

Джаспер с Джулией переглянулись и покачали головами. Аллейн пытался вспомнить, в какие латиноамериканские страны можно направить запрос об экстрадиции.

– Но если спросить вас как полицейского, – сказала Джулия, – а нам всегда так трудно помнить, что вы – полицейский, было бы очень затруднительно для полиции начать поиски? Ну, то есть вы же сейчас ужасно заняты делом Харкнессов, и все такое. Не сочтут ли в полиции, что заявление не стоит внимания?

– Не сочтут, – заверил ее Аллейн.

Все трое замолчали. Джаспер потянулся было за кофейником, но передумал. Он пристально посмотрел на Аллейна, потом на жену.

– Есть ли что-то, что вы знаете, а мы – нет? О Луи?

К ним вышла Карлотта, очень бледная, и без сил опустилась на стул.

– Я кое-что обнаружила. Пропали паспорт Луи вместе с чемоданчиком для бумаг и папкой, которую он всегда берет с собой, когда уезжает в Лиму, – мне удалось открыть ящик письменного стола. Не кажется ли вам, – произнесла она, – что он бросил меня?

– Ты будто бы и не удивишься, если это так, – сказала Джулия.

– Нет, не удивлюсь. У нас уже давно все сложно. Да вы и сами, наверное, заметили. Не могли не заметить.

Ответом ей было молчание.

– Конечно, я знаю, – продолжала Карлотта, – что вы всегда считали его весьма неприятным человеком. Что поделать. У меня есть такая теория, что многим женщинам нравятся мужчины, которых трудно удержать. Я принадлежу как раз к такому типу. Ну вот и не удержала.

– Карла, дорогая, давай не будем торопиться с выводами. Мы же все-таки не знаем, почему он сбежал. Если он вообще сбежал.

– Мне почему-то кажется, что Родерик – если нам по-прежнему позволено его так называть, – что-то знает. Что-то не связанное с тобой, Карла. – Джулия повернулась к Аллейну. – Я права?

– Если вы имеете в виду, что я знаю наверняка, что он сбежал, – медленно произнес Аллейн, – то нет, не знаю. У меня нет никакой информации о его последних перемещениях.

– Но он попал в неприятности, ведь так? Пора нам всем это признать.

– Что Луи натворил? – требовательно спросила Карлотта. – Он ведь что-то натворил, да? Я такое всегда чувствую.

– Девушки, думаю, следует помнить, что мы разговариваем с полицейским, как бы сильно он нам ни нравился, – сказал Джаспер с незнакомой ноткой в голосе.

– О, дорогой, ну конечно, – согласилась Джулия и продолжила, скорее раздраженно, нежели встревоженно: – Значит, нам следует скрытничать и юлить, а он будет пытаться нас подловить на лжи, и когда мы попадемся в ловушку, он скажет что-то вроде: «Я не знал наверняка, вы сами это только что сказали»? В полиции ведь всегда так? – обратилась она к Аллейну.

– Что-то мне не шутится сегодня, – ответил тот.

– Надеюсь, ты не будешь против, если я скажу, Карла, дорогая… – произнесла Джулия. – Я предпочитаю говорить открыто – я всегда считала Луи скользким типом.

Карлотта, которая до этого задумчиво смотрела на нее, встрепенулась.

– Правда? Да, похоже, ты права. Или нет? – Она повернулась к Аллейну.

Тот встал со стула. Все трое смотрели на него… как? С вежливым интересом? Озабоченно? Пожалуй, да, только Карлотта была бледнее обычного, рука Джаспера слегка дрожала, когда он ставил чашку с кофе на блюдце, а Джулия вдруг как по волшебству лишилась своей