Карт-бланш - Джеффри Дивер

Теперь тот стонал, прижимая к груди сломанную руку.

— Ты оставил моего брата умирать! Ты бросил его! Он отправился на задание вместе с тобой!

Выходит, младший из двух агентов БИА, что помогали Бонду тем воскресным вечером неподалеку от Нови-Сада, был братом Ратко.

«Мой брат всегда курит на заданиях. В Сербии куда подозрительнее не курить».

Теперь ясно, как его отыскали в Дубае. Желая обеспечить сотрудничество с БИА, ГМП и «Шестерка» сообщили настоящее имя Бонда высшему руководству госбезопасности в Белграде. После гибели брата Ратко и его коллеги развернули полномасштабную операцию по поимке Бонда, задействовав свои контакты в НАТО. Они установили, что объект направляется в Дубай. Очевидно, именно Ратко, а не Осборн-Смит пытался осторожно выведать ближайшие планы Бонда через МИ-6. В бумагах серба нашлось и разрешение на вылет военным бортом из Белграда в Дубай — вот как ему удалось попасть туда первым. Кто-то из местных приготовил для Ратко черную «тойоту», не засвеченную ни в каких базах данных.

А цель? Вряд ли просто захват. Ратко хотел заснять, как Бонд созна́ется и принесет извинения. Не исключено, что его собирались пытать, а потом убить.

— Как тебя звать: Ник или Николас?

Бонд опустился на корточки.

— Yebie se!

— Послушай, мне жаль, что твой брат погиб, но ему нечего было делать в БИА. Он работал небрежно и не выполнял приказы. Из-за него мы упустили объект.

— Он был еще молод…

— Это его не оправдывает. И меня не оправдало бы. И не оправдывает твоей связи с «Тиграми Аркана».

— Он был просто мальчишка. — В глазах серба стояли слезы — не то от боли, не то от тоски по погибшему брату.

Бонд заметил, что вверх по улочке уже мчится Бхека Йордан в сопровождении полицейских. Он подобрал нож и перерезал натянутый через дорогу провод, затем присел над распростертым сербом.

— Доктора сейчас вызовут.

Внезапно он услышал решительный приказ:

— Стоять!

— Все нормально, он обезоружен.

Бонд вдруг понял, что капитан целится именно в него.

— Отойди! — рявкнула Йордан.

Двое полицейских загородили Ратко; один из них, помедлив, осторожно забрал у Бонда нож.

— Он агент сербской разведки и пытался меня убить. Он же позавчера убил в Дубае человека из ЦРУ.

— Это не значит, что ему можно просто так перерезать глотку. — Глаза Йордан от злости превратились в узкие щелочки.

— О чем вы?

— Вы в моей стране. Извольте соблюдать закон!

Бонд заметил, что кое-кто из полицейских смотрит на него с откровенной враждебностью, и жестом пригласил Йордан побеседовать в стороне. Та не стала спорить, однако, едва они отошли подальше, продолжила:

— Вы победили. Он лежал совершенно беззащитный. Почему вы собирались его убить?

— Я не собирался.

— Не верю! Вы велели мне оставаться дома с бабушкой и не просили вызвать полицию. Вы хотели пытать его и прикончить без свидетелей!

— Я был уверен, что вы вызовете подмогу и без моей просьбы, а с бабушкой велел остаться потому, что он мог быть не один.

Однако Йордан не слушала. Она так и кипела:

— Явились в мою страну с этими вашими «ноль-ноль»!.. Уж я-то все о вас знаю!

Бонд наконец понял, почему она постоянно на него злилась. Дело вовсе не в легкой попытке пофлиртовать и не в том, что он отъявленный самец. Просто она всей душой восставала против тех редких «особых» заданий, что Бонд выполнял в ГМП.

Он шагнул к ней и зашептал, понемногу раздражаясь:

— Да, мне действительно доводилось убивать — несколько раз, когда не было иной возможности защитить мою страну. Мне это не нравится, но я делаю это, чтобы спасти людей, которые того заслуживают. Назовите меня грешником — но я грешу по необходимости.

— Убивать его не было необходимости, — прорычала Йордан.

— Я не собирался его убивать.

— Я видела… видела нож.

— Он натянул поперек дороги провод, — Бонд повел рукой, — а я его перерезал. А ему, — он мотнул головой в сторону серба, — я просто сказал, что сейчас вызовут доктора. Спросите, он подтвердит. Для убийства человека не надо везти в больницу. — Бонд оттолкнул с дороги полицейских и обжег их яростным взглядом. Не оборачиваясь, он бросил через плечо: — Пленку нужно проявить как можно быстрее. Выяснить, кто приехал к Хайдту, — тоже. — И зашагал вниз по склону.

Вскоре «субару» уже несся по живописным кривым улочкам между ярко раскрашенных домишек района Бо-Каап гораздо быстрее, чем разрешают правила дорожного движения.