Водопад - Иэн Рэнкин

– Нет. – Уинфилд удивленно приподнял брови.

– А тебе нравятся компьютерные игры?

– Ну, на первом курсе я играл в «Дум»… Ну и в пинболл, конечно. В Студенческом союзе мы много в него играли.

– В компьютерный пинболл?

– Нет, в обычный.

– Филиппа играла в онлайновую компьютерную игру, немного похожую на «Охоту за сокровищами». – Шивон развернула лист бумаги и положила его перед юношей. – Эти головоломки… Они ничего тебе не напоминают?

Нахмурив лоб, Альберт внимательно читал распечатку. Наконец он выпрямился с негромким вздохом.

– Ничего. Абсолютно ничего.

– Ты изучаешь медицину, не так ли? – вновь вмешался Ребус.

– Да. Я уже на третьем курсе.

– Должно быть, это довольно трудно? – вставила Шивон, придвигая лист с распечаткой к себе.

– Еще как трудно! – воскликнул Альберт. – Вы просто не поверите…

– Постараемся поверить, – сухо заметил Ребус. – Мы в нашей работе постоянно сталкиваемся с врачами… – «Хотя некоторые, – добавил он мысленно, – делают все возможное, чтобы не сталкиваться».

– Раз ты изучаешь медицину, тебе наверняка известно, где находится сонная артерия? – вкрадчиво спросила Шивон.

– Конечно, известно, – подтвердил Альберт, вопросительно глядя на нее. – А что?

– Известно, что она делает…

– Она находится в шее… Собственно говоря, их не одна, а две…

– И они снабжают кровью мозг? – уточнила Шивон.

– Меня заинтересовало название «сонная», – снова вмешался Ребус. – Ты знаешь, почему эту артерию называют именно так?

Юноша пожал плечами.

– Потому что при ее сдавливании человек теряет сознание.

Ребус кивнул:

– Именно так: потеря сознания, напоминающая глубокий сон… А если сдавливать артерию достаточно долго…

– Господи!… – ахнул Альберт. – Так вот как она умерла?!

Шивон покачала головой.

– Нет. Мы думаем, что преступник сначала сдавил ей сонную артерию, а когда Филиппа потеряла сознание – задушил.

Последовала долгая пауза. Альберт в смятении переводил взгляд с одного детектива на другого, потом вцепился рукой в край столешницы и попытался подняться.

– Господи Иисусе! Уж не думаете ли вы, что это я?… Что я мог?!

– Сидеть!… – резко приказал Ребус, хотя Альберт едва-едва оторвался от сиденья. Казалось, ноги оказываются ему служить. – Сядь, кому говорю!… Альберт Уинфилд снова упал на стул.

– Мы знаем, что это не ты, – твердо сказала Шивон. – У тебя есть алиби: в тот момент, когда это произошло, ты сидел вместе с остальными в баре и ждал Флип.

– Да-да… – торопливо подтвердил молодой человек. – Я был там, спросите кого хотите…

– Раз ты там был, значит, у тебя нет причин волноваться, – резко сказал Ребус, отходя от стола. – Разве только ты сам знаешь за собой какие-то грешки…

– Нет, я… У меня…

– Кто-нибудь из вашей компании любит компьютерные игры? – спросила Шивон.

– Да нет, никто вроде бы не любит… У Триста, кажется, записано несколько игрушек вроде «Грабительницы могил» и прочего, но… Это ведь ничего не значит, верно? Многие люди держат у себя в компьютере подобную ерунду.

– Возможно, – согласилась Шивон. – Ну а кто еще из вашей компании изучает медицину?

Уинфилд затряс головой, но Шивон видела, как в его глазах промелькнула какая-то мысль.

– А все-таки? – спросила она.

– Может быть, Клер?… – задумчиво сказал он. – Клер Бензи. Я видел ее всего два или три раза, в основном – на вечеринках, но я знаю, что она была близкой подругой Флип. Кажется, они вместе учились в школе…

– И она тоже изучает медицину?

– Да.

– Но ты ее не знаешь?

– Она на курс младше, и к тому же у нее другая специализация. Совсем другая… – Он посмотрел сначала на Шивон, потом на Ребуса. – Уж не знаю почему, но она хочет стать патологоанатомом…

– Да, я знаю Клер, – подтвердил доктор Керт, шагая по длинному коридору медицинского факультета, расположенного позади Мак-Эван-Холла. Ребусу уже приходилось здесь бывать – именно в этом здании находились кабинеты Керта и Гейтса, однако в учебные аудитории и лекционные залы он никогда не заходил. Сейчас Керт вел его и Шивон в один из таких залов. Доктор уже выздоровел; в ответ на вопрос Ребуса Керт объяснил, что у него был приступ гастрита.

– Очень приятная девушка, – добавил он. – И отличная студентка. Надеюсь, она не передумает и не поменяет специальность.

– Почему она должна поменять специальность? – заинтересованно спросил Ребус.

– Возиться с трупами интересно, но не слишком престижно, – пояснил доктор Керт. – А Клер только на втором курсе, так что у нее еще есть время передумать.

– Среди патологоанатомов много женщин? – поинтересовалась Шивон.

– Совсем не много. Во всяком случае – в нашей стране, – ответил Керт.

– Странный выбор, тебе не кажется? – спросил Ребус. – Особенно для такой молодой девушки…

– Да в общем, нет, не кажется. Существует такая вещь, как призвание… В школе я всегда препарировал лягушек для уроков биологии, мне это даже нравилось. – Он ослепительно улыбнулся. – Ну а если сказать по совести, то иметь дело с мертвецами проще, чем с живыми, – не нужно бояться ошибки в диагнозе, не нужно успокаивать взволнованных родственников и думать об обвинениях в преступной халатности, если пациенту вдруг пришло в голову откинуть копыта… – Керт остановился у высоких двойных дверей и заглянул в зал сквозь застекленную верхнюю часть. – Да, она здесь. Осталась еще минута или две, – добавил он, посмотрев на часы.

Ребус тоже заглянул в окошко. Лекционный зал оказался довольно маленьким и старым; стены были облицованы шпоном, ряды столов с наклонными столешницами круто уходили вверх. Незнакомый преподаватель читал лекцию нескольким десяткам студентов, которые старательно записывали каждое слово. На доске было начерчено несколько схем; мелом была испачкана и кафедра, на которую то и дело опирался лектор.

– А где же труп? – ухмыльнулся Ребус.

– Мы бережем их для практических занятий.

– Вам все еще приходится ездить в морг «Уэстерн Дженерал»?

– Да, приходится, и чуть не каждый раз мы опаздываем туда из-за чудовищных пробок.

Ребус кивнул. Он знал, что университетский морг давно не используется – сыграли свою роль страх перед гепатитом и ветхая вентиляционная система. Средства на переоборудование анатомического театра не выделялись; больше того, не было никакой надежды, что в обозримом будущем ректорат сумеет сделать что-то в этом направлении, поэтому подготовку студентов-патологоанатомов пришлось перенести в морг одной из городских больниц.