Спасти Элвиса - Эдуард Веркин

– ...Такое со всеми бывает, – закончила она уже с оптимизмом. – Поражение – это диалектическая сторона победы.

– Да ладно, Антонина, я в норме. Не запариваюсь. Все сознаю.

– Ну и здорово. Ты сейчас как, занят?

– Так... Не знаю. Наверное, не занят. Хотя настроение не очень...

– Питер хочет попрощаться.

– Да? – спросил я. – Как трогательно. А что, он уже уезжает?

– Да. Уже время. Он хочет пожать руку, обменяться адресами...

– У меня голова... Ну ладно, приходите. Обменяемся.

Я отключился и растянулся на диване. Стал ждать. Хорошо было бы еще немножечко вздремнуть, однако сейчас вряд ли получится. Хотя... Нельзя отказываться ото сна. Я укрылся пледом и погрузился в дрему. Баю-бай.

Проспал, наверное, минут двадцать, потом в носу зачесалось, и я чихнул. Три раза, все как полагается. Правда, третий чих был так себе, не из глубины души, но тут уж ничего не поделаешь – Тоска шла не одна, а с князем Питером.

В дверь позвонили, я открыл.

– Заходите, – сказал я гостеприимно.

Тоска и Питер зашли. Проследовали ко мне в комнату, сели на диван. Рядком. Питер одет по-походному – широкие рэперские штаны, широкий болтающийся свитер. Как вчера, когда мы встретились в школе.

– Жаль, – сказал Питер, – жаль, что Элвиса так и не нашли.

– Да уж, – согласился я. – Это серьезная брешь в мировой культуре...

– Зачем ты так, Феликс? – с укором сказала Тоска. – Может, для мировой культуры, как ты говоришь, это и не большая потеря, но для Мэри большая. Она вся заплаканная ходит...

– Вся?

Тоска отвернулась и стала разговаривать вполоборота ко мне. И разговаривала как бы и со мной, и вместе с тем и с Питером, одним словом, держала речь.

– Так уж получилось, – говорила она, – никто не виноват, да. Мы приложили все силы для того, чтобы разыскать Элвиса, но не получилось. А Феликс мне сразу сказал, что шансов мало, но я надеялась... Знаете ведь как бывает? Трудолюбивым помогает случай. Вот и я думала, что он нам поможет. Но что-то не срослось...

– Да уж, – сказал я. – Не срослось...

– Ничего, – меня пустился утешать уже Питер. – Все бывает. Даже у самых лучших случаются провалы...

Питер замолчал. Замолчал, схватился за горло и покраснел.

– Что с ним? – спросила Тоска.

– Может быть, подавился? – предположил я. – Слишком сильно меня утешал, разволновался – и на тебе, готово. Надо его по спине стукнуть.

– Как?

– Вот так. – Я отодвинул Тоску и несколько раз хорошенько стукнул американца по спине, даже зубы у того лязгнули.

– Воды... – прохрипел Питер. – Это... спазм...

– Сейчас-сейчас... – И я еще пару раз приложил Питера кулаком между лопатками – а вдруг на самом деле подавился?

После чего не спеша отправился на кухню за водой, не стоило спешить. У нас в холодильнике всегда есть холодная кипяченая вода, но ее на князя мне было расходовать жалко, и я стал набирать воду из-под крана. Но не торопился, сначала долго сливал, затем набирал медленной струйкой.

Прибежала растерянная Тоска.

– Он говорит, что еще соды надо в воду!

– Соды даже? – ухмыльнулся я.

– Да, соды. И чуток лимонной кислоты.

– А капельку бренди не плеснуть? – поинтересовался я. – Или лучше виски. С содой хорошо виски идет, американцы должны знать в этом толк...

– Брось шутить, человек задыхается!

Человек задыхается, но соды с капелькой лимонной кислоты все-таки требует.

Я бухнул в стакан ложку соды, тщательно размешал. Добавил чуть кислоты. Размешал еще более тщательно.

– Готово, – сказал я.

Из комнаты послышался негромкий вскрик.

Тоска подхватила стакан и шустро упорхнула в комнату. Тоже мне колибри. Колибри и князь. Как красиво.

Я также не спеша вернулся в комнату.

Питер выглядел странно. Настороженно. Напряженно. А краснота сменилась бледностью. Просто даже синевой какой-то. Руки держал за спиной.

– Выпей! – Тоска подавала ему стакан, а он, судя по всему, от целебной влаги отказывался.

Однако, завидев меня, Питер взял стакан левой рукой, попробовал, поморщился, но пить не стал все равно.

– Как заказывал, – сказал я, – сода, лимонная кислота, все как надо.

– Да, спасибо... – промямлил Питер. – Мне уже легче...

И уставился на меня, как... Как крыса – носитель инфекции на старшего дератизатора Бердыкумандаралиева.

– Спазм прошел? – спросил я. – Все в порядке...

– Д-да... – растерянно ответил Питер. – Прошел...

– Как хорошо. – Я улыбнулся. – Теперь ты будешь жить. Долго и счастливо.

– Д-да... – Питер оглядывался.

– Что-то не так? – спросил я.

– А... – Питер начал опять краснеть.

– Ты чего-то не нашел здесь?

– Т-то есть?

– Ну, ты ведь тут искал кое-что. Пока нас не было.

– Я... – Питер снова краснел просто стремительно.

– Что ты такое говоришь? – спросила Тоска. – Что Питер мог тут искать?

Я театрально пожал плечами.

– Действительно, – сказал я, – что же Питер тут мог искать... Мой томагавк? Или мои записи? Или смысл жизни? Или еще что-нибудь невероятно ценное.

– Да ничего я не искал... – Питер резко вспотел. – Ничего...

– Покажи правую руку, – потребовал я.

– Зачем? – съежился американец.

– Как это зачем? Просто. Покажи.

– Я не хочу...

– Пит, давай не усугублять, а? – попросил я. – Или ты хочешь испытать, кто кому круче морду набьет? Так я могу тебя заверить, что я это сделаю лучше, и быстрее, и даже больнее. Тебе, Питер, хоть раз в жизни морду чистили? У вас там в Америке жизнь спокойная, а у нас тут, знаешь ли, варварство. Чуть что – сразу в глотку друг другу вцепляемся. Раша, ничего не поделаешь. Начищение морды – довольно неприятная процедура, могу тебя заверить. При этом может нос сломаться, могут зубы выскочить – и все усилия зуботехников быку под хвост... А кровищи бывает – море!

– Что тут происходит?! – занервничала Тоска.

– Покажи руку, – повторил я ласково. – Не вынуждай. Я человек крайне миролюбивый, Антонина знает. Но в случае вооруженного конфликта... Короче, беспощаден бываю.

Питер нерешительно помотал головой.

– Покажи... – прошептала Тоска.

Питер вытащил из-за спины руку. Поперек пальцев краснела неглубокая бороздка. Как будто по этим пальцам ударили чем-то. Хорошо так ударили, с чувством.