Липкий киллер - Дмитрий Щеглов

Дед Макар».

«Значит, разобрался», — злорадно подумал я. Как будто наши лица и внешний вид не говорили за нас, что мы сама честь и совесть глухой Верблюдовки. Незаслуженная обида новыми спазмами прошлась по горлу.

Я отложил письмо в сторону. Какой еще всякий случай, что, мы сами не сможем взобраться в гору? Я мысленно помирился с дедом Макаром. Ладно, съездим. На неделе и поедем.

Второе письмо я вертел с одной и с другой стороны. Что в нем может быть? Мы с нашей попутчицей не перекинулись и парой слов. Неужели она напишет, что простила меня за то, что у меня не по моей вине упали штаны? Я вскрыл конверт.

«Здравствуй, дорогой Максимушка.

Какие же вы с Данилой молодцы, что смогли выжить из Верблюдовки бандитов. А я с самого начала, когда увидела тебя в твоих сверхмодных штанах в стиле рэп, подумала, что ты с ними будешь в одной компании. Извини меня, глупую женщину. На Востоке говорят, что курице никогда не подняться в полете до высот орла. Я соглашаюсь с народной мудростью. А теперь постараюсь по порядку рассказать вам то, что вы с Данилой не знаете и что мне поведали мои дедушка с бабушкой. Это тайна деда Макара. Но, как всякая тайна, она неизвестна только приезжим, а для тех, кто долго живет в деревне, давно уже нет никаких секретов.

Представляете, мальчики, у деда Макара есть старый друг, седой медведь. Их много раз видели вместе, и на рыбалке, и в лесу. Мои дедушка с бабушкой говорят, что они вдвоем проверяют в лесу какие-то борти. Медведя все называют Президентом за ум. Сколько раз он выгонял из лесу заблудившихся коров. И меня, потерявшуюся, несколько лет назад он вывел на опушку. Только последние годы стал сдавать медведь. Голова у него стала седой и клыки поистерлись. Если бы не дед Макар, медведь бы давно сдох, он ведь без посторонней помощи не может теперь нагулять на зиму жиру. Вот дед перед берлогой его медом и подкармливает, своего старого дружка.

А вы с Данилой мне с первого дня понравились. Я понимаю, что нехорошо поступала, что за вами украдкой подглядывала, но все видела. Какой ты, Максим, бесстрашный, полез один вечером за винтовкой, а дружок твой, Данила, дурак. Зачем он напялил медвежью шкуру и решил тебя попугать? Разве друзья так поступают?

Сообщаю вам, что с Настей мы подружились. Она очень умная девочка. Не в обиду вам будь сказано, но она умнее нас троих, тебя, меня и Данилы вместе взятых. Когда я ей рассказала, как ты стрелял в медведя с сеновала на сарае, она сразу сообразила, что ты, не зная о дружбе деда Макара и Мишки — Президента, спасал деда от смерти. Но в Мишку, прошу тебя, больше никогда не стреляй. А еще ходят слухи, что наш бывший сосед Витек разодрался до крови с Мишкой — Президентом, испугался и убежал. Повторяю вам то, что слышала.

Если вы надумаете к нам приехать, Макс, не меняй прическу, она тебе очень идет, ты выглядишь очень мужественно. А штаны — трубы у тебя вообще класс, по земле они так модно телепаются, сразу видно, что ты москвич.

В Верблюдовке я буду до конца месяца, если приедете, заходите, угощу яблочным повидлом, сама варила.

С уважением, ваша попутчица Лейли».

После ее письма у меня как шоры спали с глаз. Стало сразу понятным, что, когда мы с дедом Макаром ходили в лесу, за нами исподтишка наблюдал Мишка — Президент. Не зря мне чудилась за деревьями пара глаз. А то, что дед Макар нас выставил, правильно сделал, я его старого друга чуть не ухлопал из карабина. Вот только до конца мне был не ясен один вопрос: почему дед Макар ничего не рассказал нам с Данилой про медведя? Намекал, намекал. А так и не рассказал. Так что, Лейли луноликая, хоть и много знаешь ты, но не все. Я решил предложить Даниле съездить в Верблюдовку. Мои дед с бабушкой на удивление легко согласились отпустить меня очередной раз в гости к незнакомым людям. С этими мыслями, поужинав, я уснул мертвецким сном.

Ни свет ни заря меня разбудил Данила. Я думал, он на рыбалку хочет меня пригласить, а он заглядывал в окно с ульем Дадана за плечами.

— Поехали, я от Насти письмо получил. С твоими дедом и бабкой я уже договорился, они тебя отпускают на тря дня. У нас еще час до автобуса остался, десять раз успеем.

Не знаю почему, но я постарался незаметно убрать со стола второе письмо, от Лейли. Убрал и стал кочевряжиться.

— Данила, мы же не бобики с тобой, захотели — пнули нас, захотели — конфетку показали, а мы сразу раз — и на задние лапки. Давай денек — другой подождем, может быть, нам не только письмо, но и телеграмму пришлют. Уважать себя надо. А улей куда несешь, деду Макару в подарок?

— Как получится, — философски заметил мой приятель. — Я попрошу деда Макара пересадить в него одну семью из колоды, пусть пчелки по-людски поживут. Он нам теперь не откажет, Настя пишет, что дед во всем разобрался и простил нас с тобой. Так что двери перед нами открыты, поехали.

— Цену надо себе набить, пару дней выждать, — убеждал я Данилу.

Но мой приятель меня не слушал. Он гнал своего ишака, пока не нашел компромиссное решение.

— Настя писала, нас будут зачем-то каждый день встречать, а я предлагаю за километр раньше сойти и преподнести им сюрприз — неожиданно появиться. Как придумал, здорово?

Я кисло улыбнулся в ответ.

— Здорово.

Попив быстро чаю, через полчаса с ульями за плечами мы были на автобусной остановке. Водитель поздоровался с нами, как со старыми знакомыми.

— В гости к медведям?

— Ага, только ты нас за километр до Верблюдовки высади пожалуйста.

— Нет проблем.

Так мы и сделали: вылезли из автобуса за километр от деревни и на всякий случай предупредили водителя, чтобы он о нас не проболтался. Сюрприз, мол, будет. Настроение у нас было радужное, утро солнечное. Ульи за плечами весили всего два килограмма. Из — под ног вспархивали птички. Данила шел и радовался жизни. А я решал непростую задачу. Куда подевались собаки? Деревни без собак не бывает. Киллер Витек не такой уж и живодер оказался, чтобы на него еще и собак повесить. А Данилу распирал восторг:

— Скажем, пешком пришли, пусть знают, что мы не только жрать можем лихо, но и тяжести таскать.

Когда мы вышли на излучину реки, с которой открывался вид на Верблюдовку, на пригорке уже никого не было. Встречающие, встретив пустой автобус, разошлись.

— Во сюрприз будет, — радовался Данила. — А хочешь, спрячемся в сарай и оттуда понаблюдаем за ними, а к обеду выйдем, тогда точно поверят, что мы пешком шли.

Такой вариант меня устраивал. Я тоже хотел незаметно понаблюдать за жизнью деревни. Так никого и не встретив, мы вышли точно на двор деда Макара. В нем никого не было. Как два диверсанта, мы нырнули в темень сарая и решили затащить ульи на сеновал, чтобы уж точно никто нас раньше времени не заметил. С ульем за плечами я полез наверх. Не успел я наступить на настил, как вдруг сено зашевелилось и на задние лапы встал огромный медведь.

Со страху я просто спрыгнул вниз. А вверху раздался грозный рык.