Янтарный амулет, или Первое правило детектива - Имоджен Уайт

Руи прижал к себе обезьянку и в страхе зажмурился.

Оккультисты переглянулись, а Снодграсс заныл, показывая на труп:

– Это он! Его истерзанная душа вернулась нам отомстить!

Снодграсс пошатнулся и оказался на краю могилы. Он вскрикнул и отчаянно взмахнул руками, но всё же сумел удержаться на месте и не свалиться.

– Тише, – осадил его Фаннел и окинул взглядом кладбище.

Роуз и Руи застыли за холодной статуей, прислушиваясь к хлюпанью ботинок по влажной земле. Фаннел наклонился и принюхался. Роуз чувствовала его тяжёлое мятное дыхание.

Внезапно по кладбищу пронёсся ледяной порыв ветра, сгибая деревья и высокую траву.

Руи беззвучно молился, не решаясь открыть глаза. Бахула сидел, вцепившись в мальчика, и дрожал. Роуз старалась не дышать, но сердце у неё колотилось как бешеное.

Тисовые ветви зашуршали, и Фаннел поднял взгляд.

– Что за… – начал он, и вдруг из кроны вылетела большая белая сова.

Птица пронеслась прямо над головами собравшихся у могилы и испустила оглушительный вопль. Все, кроме Фаннела, припали к земле.

Он стоял, расправив плечи, а затем спокойно произнёс:

– Видите? Всего лишь сова.

Руи, который уже открыл глаза, сжал ладони в молитвенном жесте, поднял взгляд к небу и кивнул, словно благодаря богов.

– Ладно, хватит глупостей, – с улыбкой добавил Фаннел, закручивая бакенбарды. – У нас нет времени на тревоги и сомнения.

Братья бодро закричали в ответ, соглашаясь с предводителем, но тут раздался жуткий треск.

ХРЯСЬ!

Роуз вздрогнула и осторожно выглянула из-за статуи. Фаннел бил тростью по пустому гробу. Он снова занёс её над головой, кряхтя от натуги. Девочка содрогалась от каждого удара, пока наконец исковерканный гроб не рухнул обратно в могилу.

Фаннел взял трость под мышку и размял пальцы.

– В мешок его, Гроббс.

Фаннел ушёл прочь вместе с Ормеродом и другими братьями, а у могилы остались Гроббс, Снодграсс и некто третий в кашемировом пальто. Гроббс был размером с быка, но с крошечной головой. Он перешагнул через мистера Гупту и с помощью неизвестного в кашемировом пальто переложил труп в джутовый мешок из-под табака.

– Роуз, как они могут так поступать с его телом? – прошептал Руи, всхлипывая, и закрыл глаза Бахуле.

– Потому что они – чудовища, – прошипела Роуз с нарастающей злобой и приобняла Руи за плечи.

Снодграсс подхватил развязавшийся тюрбан с земли, чтобы тоже сунуть его в мешок, но вдруг замешкался, и его тонкие усики дрогнули.

– Рубин заметил, жаба алчная, – проворчала Роуз.

Драгоценный камень блеснул в свете фонаря. Снодграсс отвернулся от собратьев, прикрывая тюрбан, и незаметно отцепил рубин. Он спрятал добычу в карман, и по лицу вора расплылась маслянистая ухмылка. А тюрбан – уже без украшения – запихнул в мешок.

– Надо уходить, – спешно проговорил Кашемировое Пальто. – Такое чувство, будто за нами наблюдают.

– Да-да, точно, – согласился Гроббс. – Это духи умерших.

Они потащили мешок по тропе, шурша и хлюпая ботинками.

Экипаж с эмблемой чёрного солнца укатил по дороге, и на кладбище не осталось никого из Братства.

– И где никудышный следователь? – сердито спросила Роуз, потирая виски. Зубы у неё стучали от холода. – Его же здесь не было, верно?

– А история намного более мрачная и запутанная, чем я себе представлял, – произнёс Руи, поднимаясь на ноги и глядя вдаль. – Бэнкс убил мистера Гупту, а теперь они намерены надругаться над телом моего наставника и использовать его для чёрной магии. Мы обязаны их остановить!

– А Энна… они ведь и с ней что-то сделали, – добавила Роуз, сжимая кулаки. Девочка не хотела даже думать о том, что могло произойти с цыганкой. – И кому мы теперь можем доверять? – добавила она, хмуря брови, пока друзья осторожно подбирались к воротам кладбища.

– Никому, – ответил Руи, сверкнув глазами. – А те, кто в этом не замешан, всё равно нам не поверят!

Роуз понимала, что мальчик прав. Слуги Верульфа собирались возродить своего господина, и только она и Руи могли им помешать.

– Значит, мы можем полагаться лишь на себя, – проговорила она.

Руи кивнул.

Перед ними нарисовалось громадное здание пивоварни Тамплинов, перекрывшее широкую дорогу. Друзья нырнули в узкий проход между пивоварней и соседним магазинчиком. Из труб до сих пор валил густой дым.

Роуз лихорадочно размышляла о том, что удалось выяснить. «Значит, мой кулон не у Бэнкса. Может, мистер Гупта ошибся, когда написал, что его забрал какой-то Д… И у кого он тогда?!» Девочка чувствовала себя совсем вымотанной после насыщенного дня, и даже на то, чтобы думать, у неё почти не оставалось сил.

Огромный, похожий на бочку газометр, где хранился газ, появился у детей на пути, обозначая пересечение с Саквилл-роуд.

– Надо им помешать, несмотря ни на что, – сказала Роуз, вновь нарушая тишину. – Не дать заняться этой Некро-Как-Её завтра ночью, когда сойдутся планеты!

Руи оглянулся через плечо и не заметил никого на дороге, но здание пивоварни частично закрывало обзор. Однако мальчик кивнул, удовлетворённый тем, что их никто не преследует.

– Нам нужен блестящий план, – сказал он.

– Ага, – пробормотала Роуз, её волосы окончательно расплелись и разметались по лицу.

– Будем надеяться, что кулон снова попробует с тобой связаться! – громко произнёс Руи, пытаясь перекричать свист ветра.

Роуз кивнула. Да, амулет – их единственная надежда. Янтарный кулон даст им ответы на все вопросы, в этом девочка не сомневалась.

– А раз он не у Братства, шансы ещё есть, – сказала она.

Друзья прошли мимо тёмной ниши неподалёку от дома тринадцать по Саквилл-роуд, и никто из них не почуял лёгкий запах сигареты «Вудбайн». Бэнкс усмехнулся себе под нос, бросил окурок на тротуар и раздавил его ботинком.