Папки памяти в сердце моем - Наталья Тимофеевна Касьянова

Я прочитала сборник тех стихов,

Которые сестре предназначались.

Как будто бы она из моих снов

Пришла ко мне, как будто не прощались.

Пронизанные болью и тоской

Твои слова о вере и надежде

Понятны мне, Володя. Я с тобой.

И с Вовчиком, и с Лидой, как и прежде.

Мы нашу боль сумеем пережить.

И пусть простит меня Андрей Дементьев.

Когда-нибудь мы сможем обсудить,

Закладками стихи его отметив.

Моему предку посвящается

«О Новой Сербии» указ царицы

Для войск наемных выпросил Хорват.

Покинув Северную русскую столицу,

Гонцы с известием на Родину спешат.

Велит наемникам Елизавета

На южном рубеже защитой быть,

Служить России честно, беззаветно,

За это их землею наделить.

И молодые сербы и хорваты

Пошли в Россию, Богу помолясь.

Оставили они свои пенаты,

Туманной неизвестности боясь.

Быть может, улыбнется им удача,

Получат землю, обретут семью,

А, может быть, все сложится иначе,

И кто-то сложит голову свою.

Пошел в Россию есаул Каприца,

Судьбу решил он тоже испытать.

Домой теперь уж не к кому стремиться,

Ушли в мир лучший и отец, и мать.

«Чего желать гусару молодому?

Коня горячего да шашку наголо!»

Подумал он и поклонился дому,

Прощаться не с кем, нет уж никого.

Обоз гусар под песню удалую

Идет вперед, дорога далека.

Пок5инули сторонушку родную,

Жизнь в Малороссии их будет нелегка.

Но не гусарам трудностей бояться,

Хорваты не привыкли отступать,

В лицо опасностям приучены смеяться,

Судьбу свою шальную искушать.

Построили поселок на границе,

Несли дозор, налаживали быт.

Построил дом и есаул Каприца,

Большой, просторный, Бог его хранит.

Пришла пора семьей обзаводиться,

Хорваты брали украинских жен.

Решили с малороссами сродниться.

«Букварки» был поселок наречен.

«Букварки», как созвучье «Вуковары»,

И герб украшен волком золотым,

В честь Родины, решили так гусары,

На память вечную и мертвым, и живым.

Привел жену и есаул Каприца

В свой дом большой из дальнего села.

Он, правда, не хотел пока жениться,

Но, все же, молодость свое взяла.

Так появился предок мой отважный

На новой и теперь родной земле,

Чтобы растить детей и чтоб однажды

Настало время появиться мне.

Текли года, сменялись поколенья,

Бог много испытаний им послал:

И революции, и войны, и лишенья.

Все выдержали, каждый устоял.

Природное упорство, вера в Бога

Потомкам Каприц выжить помогало,

Удачи и везения немного,

Совсем немного, чтобы легче стало.

Мой дедушка, как есаул Каприца,

Жизнь посвятил борьбе против врага.

В Чапаевской дивизии сражался,

За бедных дрался против Колчака.

Когда пришла война, он бил фашистов,

В атаку шел, как старший, впереди.

Он был всегда идейным коммунистом

И умер с партбилетом на груди.

Отец мой не участвовал в сраженьях,

Но у него была своя борьба –

БАМ, Целина, поля Нечерноземья.

Такая вот шоферская судьба.

А кто же я? Борец иль созерцатель?

Полвека пролетели, словно миг.

Что в жизни мне определил Создатель?

Чего еще мой разум не постиг?

Вся жизнь моя – борьба за выживанье,

И мне пришлось все в жизни испытать.

Осталось лишь покоя ожиданье?

И в вере Богу лишь спасенья ждать?

Памяти мамы посвящается

Уж восемнадцать лет, как нет тебя,

Ушла в Крещенье снежною зимою.

Ты не спешишь к себе забрать меня,

Хоть обращалась я к тебе с мольбою.

Ах, мамочка, ты знаешь, как живу,

Как мне тебя порою не хватает.

Ты помогаешь оставаться «на плаву»,

Когда уныние меня одолевает.

Я Богу о тебе всегда молюсь,

Прошу Его я о твоем упокоенье.

И знаешь, мама, я всегда боюсь

Уйти, как ты, в больном уединенье.

В твой день последний снова были все

Разбросаны по свету, как пылинки.

И даже муж не смог прийти к тебе,

Все собрались лишь только на поминки.

Из всех детей, лишь Людочка была

С тобою рядом, уходя на небо.

Она давно к себе тебя ждала,

Из нас троих никто с тобою не был.

Теперь и Света с Витей, и отец,

С тобою рядом, я одна живу.

И жду давно, когда придет конец

Снам страшным, что я вижу наяву.

Тебя я, мамочка, любила и люблю,

К тебе я мыслями частенько обращаюсь,

Ты руку протяни ко мне свою,

Я, милая, с тобою не прощаюсь.

Я так хочу прижаться к ней щекой

И пальчики твои согреть дыханьем.

Ты тоже не прощаешься со мной,

Не обходи меня своим вниманьем.

Будь рядом и словами поддержи,

Как только ты умела, дорогая,

Меня еще немного подожди,

Свободной дочь свою хочу, чтоб ты встречала.

Еще я не закончила дела,

И дети мои на ноги не встали,

Им не хватает моего тепла,

Лихие времена для них настали.

Мне очень не хватает твоих рук,

Поддержки и простого наставленья,

Как выйти за порочный этот круг,

Который давит до изнеможенья.

Как долго, мамочка, к тебе иду,

Я по тебе скучаю, дорогая.

Во сне приди ко мне, тебя я жду,

Чтоб рассказать все-все тебе, родная.

Памяти отца

Папа, милый, прости неразумную дочь,

Я, конечно, как лучше хотела.

Мысли все у меня о семье день и ночь,

Я спешила, но, все ж, не успела.

Ты меня не ругай, не изменишь уже,

Я полвека давно разменяла,

И науку твою берегу я в душе,

Хоть ее не всегда принимала.

Поступая, порою, как сердце велит,

Я свой разум совсем отключала,

А советы, что мне мой отец говорит,

Я тогда не совсем понимала.

Ты шесть лет ничего уже более мне

Не советуешь, но наблюдаешь.

Иногда лишь, отец, ты приходишь во сне,

Но и этим ты мне помогаешь.

Ну, а я, на могилу твою приходя,

Обещаю опять чаще разумом жить.

Силу снова подарит любовь мне твоя,

На плечах своих эту утрату носить.

Алексу

Так неожиданно ты в доме появился!

Ты был подарен мне на День рожденья.

Прошло пять лет, но ты не изменился

И радуешься мне до исступленья.

Ты не щенок уже, но сердце не обманешь,

Все смотришь вдаль и ждешь меня давно.

Недоуменно на хозяина ты взглянешь.

«Ну, где же мама?» – спросишь ты его.

А Виктор улыбнется