Под знаком Вовки - Тамара Шатохина

Время у меня еще было.

Моя гинеколог предложила начать с инсеминации. Эта процедура не требует такой подготовки и безопаснее ЭКО. Теперь донор…

Хорошее здоровье, отсутствие отягощенной наследственности и даже профессия и внешность… правда только по детской фотографии, но все это я могла выбирать из того, что имелось. Хотелось, чтобы мой будущий ребенок был похож на своего брата. А значит больше на меня, чем на Илью. Важны еще кудри… в Вовкиной внешности они первым делом бросались в глаза. Хороший рост – от среднего. Цвет волос, глаз… это все было не так важно сейчас – главное, что я решилась.

Нужно было продолжать жить. Держать в уме свои ошибки, помнить чувства, делать выводы из своей вины и сожалений… и жить дальше.

Я физически не могла заставить себя открыть рот и спросить хоть кого-то о смерти Фаттахова. И даже не потому, что Заворотнюк предупредил о том, что информация не для разглашения – просто нужно было дозировать…

Я не выносила даже долгих размышлений на тему его смерти – шла в разнос изнутри. Начиная углубляться в тему, чувствовала, как медленно и неотвратимо умираю сама.

Я гнала мысли о нем, чтобы как-нибудь нечаянно не уйти следом – мне нельзя было. У меня Вовка.

Я не представляла себе, что так вообще бывает – вот такое позднее осознание.

Что человек может ходить рядом, говорить с тобой, даже целовать тебя, а ты не понимаешь, что без него мир вдруг возьмет и вылиняет, станет наполовину пустым… Просто потому, что его не стало на Земле.

Где-то там – далеко, он жил без тебя, а ты без него здесь и даже этого было достаточно, чтобы жизнь была полной. Чувства, мысли и эмоции, направленные на него – разные… хорошие и плохие, но они давали ощущение полноты этой жизни!

Сейчас у меня осталась ровно половина, посвященная Вовке. Нужно было вытаскивать себя из этого и как-то заполнять вторую половинку.

Это будет еще один ребенок. Я хотела его, сейчас уже очень хотела – и как спасения для себя, и как друга или подружки для сына, и как способа немного подправить свое здоровье.

Я хотела, готова была и могла прожить еще довольно долго. Поднять детей должна успеть.

В конце концов, собственными силами я уже определила их в систему, которая давала необходимые блага и надежную защиту, насколько она вообще может быть надежной в этой жизни и в наше время. Я добилась финансового достатка и наработала какой-то профессиональный авторитет, который скажется и на моих детях. Статусность важна, а я сейчас не в последней профессиональной линейке. И буду стараться дальше. Вплоть до того, чтобы достичь того самого уровня, когда становишься «достоин» внимания чужих спецслужб.

И пусть они боятся меня, а не я их. Наша с Ильей программа уже работает по принципу - обнаружить вторжение в систему, оценить его и самостоятельно принять решение о способах отражения хакерской атаки. Мы с ним создали сторожа и охрану, а сейчас мы с ребятами создавали под мягкой пацифистской шкуркой шпиона-диверсанта, который станет отслеживать явно направленную на нас агрессию и так же самостоятельно примет когда-нибудь решение и меры.

Ближе к лету, я поставила в известность о своей будущей беременности начальство. После недели то ли раздумий, то ли просто не до меня ему было… но Заворотнюк одобрил процедуру, назначенную на начало июля.

В мае мы с Вовкой купили переноску для Тигра, я подтянула дела на работе и сдала на СТО машину перед дорогой. Рассчитала ее так, чтобы на сутки задержаться в Ярославле и забронировала там маленький отельчик на завтраках в центре города. Рядом на берегу реки - ресторан «Ванильное небо» с хорошими отзывами. Посовещались с сыном - берем!

Изучив Ярославские достопримечательности, я составила короткую мини-программу, интересную мне и Вовке. В навигаторе забила на всякий случай маячки в конкретных местах – санитарные остановки все равно будут, так лучше провести их с пользой для дела. А там село Слобода с монастырем и старинными домиками, села Кукобой и Грязовец, где все буквально пропитано стариной и много архитектурных памятников. Посмотрим… Вовка поскачет и разомнется, перекусим спокойно.

До отъезда оставалась неделя, когда позвонила мама и сказала, что к ним приезжали люди…

- Не просто так керасин-то жгли, должно по делу что скажут? Хотели узнать твой номер, но раз уж мы скоро ждем вас здесь, то и они решили - сюда подскочат.

- Издалека, значит, люди? – не понимала я.

- Питерские. Или из-под него оттуда… Муж с женой. Его ты должна помнить – здоровый такой, но тихий, вежливый. Годов столько-то туристом к нам приезжал, вроде учился там же, где и ты.

- А фамилия его? Мам?

- Вспоминаю… сейчас… они тут свой номер оставили. Турков Виктор. И жена его Лариса.

- А что хотели? – насторожилась я.

- Что-то рассказать тебе. Сказали, что не по телефону даже лучше.

- Мама! Это не касаемо Ильи? – не выдержала я пытки неторопливым разговором.

- Если хорошо подумать, то только его касаться и может. Или нет… Я думаю о нем весточка. Кого другого и слушать бы не стала, а этого парнягу… Пускай приезжают. Я назначила на День защиты детей. Как раз вы пару дней уже отдохнете с дороги. Если там могилку нужно будет облагородить…

- Облагородим, - пробормотала я, - ну всё. Давай всё пока – нужно подумать.

- Телефон-то их надиктовать?

- Да, конечно! Что это я? – схватилась я за голову.

- Не волнуйся зря, еще ничего не ясно. Записывай…

В тот вечер я не решилась. Думала опять, думала…

Если новости об Илье, то что там может быть? Мама практически уверена, что нашли могилку. Я? Надежды на его возвращение давно