Её невыносимый лжец - Жасмин Майер

— Привет, Свет!

Улыбка вышла немного нервной.

— Это Андрей. Света — моя начальница, — представила я ее ему.

Света моментально оглядела Андрея с ног до головы и многозначительно протянула:

— До-о-обрый вечер.

— Ты иди в машину, — сказала я ему, — буду через пять минут.

— Ничего себе, Соня! — вздохнула Света, когда мы остались одни. — Вот так видный мужчина встречает тебя с работы.

Ох. Слава богу, она решила, что он только заехал за мной и не знает всей правды о том, что Андрей здесь действительно делал.

— Да, я как раз уходила и только собиралась закрыть дверь и сдать студию под сигнализацию.

— Хорошо, что не успела, — обрадовалась Света. — А то я забыла кошелек, пришлось возвращаться! Даже в пробке отстояла.

Я уже хотела сбежать, но Света остановила меня вопросом:

— Соня, так что с конкурсом? Ты подумала? Или у тебя сейчас шумы-муры на уме? — она кивнула в сторону Андрея.

Я прекрасно понимала, как это выглядело со стороны. Для меня дело было не в Андрее, хотя и в нем тоже. Я долго думала об этом еще вчера, когда он ушел. Конкурс требовал от меня невероятной отдачи. А единственным, кому я могла поручить присмотреть за Алей, пока я буду тренироваться, был Андрей. Пусть Ира и согласилась помочь, но на деле подруга тоже не сможет пять вечером подряд сидеть с моим ребенком. У нее личная жизнь и двоечники.

А после нашего разговора в спальне, когда Андрей открыто говорил о том, что хочет помочь с мебелью в саду, теперь он просто не сможет отказаться от моей просьбы побыть для Али вынужденной няней. Ну, или я его плохо узнала за эти дни, но скорей всего так и будет. Он согласится.

Что же получается, я отдам Андрею — любовнику! — своего ребенка? А сама вместо этого пять дней в неделю по вечерам буду пропадать на тренировках? Сейчас! Когда у нас только все закрутилось.

Да и разве доверяют своих дочерей мужчинам, которых знаешь без малого неделю?

— Все еще думаю, Свет, — отозвалась я.

По лицу Светы было понятно, что она разочарована в том, что я выбрала секс, а не карьеру. Но как раз таки сексом и не пахло в случае моего согласия.

— Это твой шанс заниматься в жизни тем, что у тебя лучшего всего получается, Сонь. Не забывай об этом.

Мы распрощались, и я отправилась к машине. Вытянулась на цыпочках и поцеловала Андрея. Просто так. Потому что могу.

Он тут же притянул меня к себе и улыбнулся:

— Уверена, что не хочешь сесть ко мне? Я бы тебя отвез.

— Все в порядке, я поведу свою машину. Мне нужно Алю забрать из сада. Встретимся вечером?

— Нужно сделать еще одну поделку?

— На этот раз, слава Богу, нет, — рассмеялась я.

— Тогда я приду, — он еще раз поцеловал меня и прошептал: — Может быть, снова вымою посуду?

Я с сожалением расцепила объятия и вернулась к своей машине. Закинула спортивную одежду и каблуки в багажник, опустилась на водительское сидение. Помахала рукой Андрею, который первым выехал со двора.

Побарабанила по рулю. В принципе, могу успеть. Потянулась к телефону и набрала Свету.

— Напомни, пожалуйста, точный адрес, где проходят тренировки?

Света назвала.

Так и есть. К работе даже ближе, чем к моему дому. Если что, извинюсь и уйду с половины тренировки. Никто меня удерживать не будет, но я хотя бы буду знать, от чего отказываюсь. Буду знать, насколько сложные элементы требует конкурсная программа и смогу ли я вообще их осилить. А может быть, это и вовсе какая-то липовая контора?

Дорога не заняла много времени, хотя я и умудрилась свернуть не туда. Я давно не была в этой части города, поскольку не было поводов забираться так далеко от дома. Тренировки проходили в одном из торговых центров, где-то на верхних этажах, в которых был оборудован спортивный зал. Припарковавшись на втором уровне подземной парковки, я оставила машину, вышла сразу к фонтану в центре холле и через проходные магазины и толпы людей на распродажах двинулась к лифтам.

Я улыбалась и трепетала от давно забытого ощущения. Усталость как рукой сняло. Каждая мышца моего тела жаждала движения, ритма.

В косметическом отделе при виде мужчины возле стеллажа с декоративной косметикой тело моментально прошило реальной болью, а внутренности исполосовало острыми шипами, словно я налетела на преграду из колючей проволоки. Или словно меня заживо перекрутили на мясорубке на глазах у всего отдела, между новинками этого сезона и распродажей «1+1 = 2 бесплатно».

Передо мной стоял отец Али.

***

Шесть лет назад

— Я беременна.

В салоне автомобиля стало тихо.

Я совсем иначе представляла себе те первые мгновения, когда, набравшись смелости, все-таки произнесу эти слова вслух. В моем воображении были поцелуи, объятия, но никак не было этой тишины, которая удушливым шарфом стягивала горло.

Мужчина в кресле водителя вдруг шевельнулся, что-то достал из кармана, и мое сердце взмыло, как гимнаст под купол цирка.

Он развернулся ко мне. С тихим всхлипом, радуясь, что все страхи оказались беспочвенными, я посмотрела на него, чтобы запомнить каждое счастливое мгновение, а он пихнул мне в ладонь три смятых купюры, которые достал из портмоне. Это была вовсе не долгожданная коробочка, да и не откуда было ей взяться.

А после снова отодвинулся так далеко, насколько позволяли габариты салона. И процедил, глядя перед собой:

— Соня, избавься от этого, как можно скорее.

Непроницаемая тишина заполнила легкие. Ладони зачесались, и я отчетливо вспомнила, как сегодня утром рубила мягкое сливочное масло, готовясь к нашей встрече. Стало вдруг жаль, что я прихватила с собой именно выпечку, а не тот самый нож.

Свежие домашние пряники теперь жгли карман. Упакованные в красивый праздничный пакет они были явно лишними. Зря я затеяла этот кулинарный подвиг и даже стерпела ради него невыносимый запах корицы, от которого так хотелось блевать. А ведь, возможно, это был знак свыше.

И если во время готовки, я все-таки сдержалась, то теперь ненавистный аромат пробивался через все преграды и только усугублял мое состояние.

А пауза все затягивалась.

Я сфокусировала взгляд на куске картона перед собой. Поняла, что в моей нарастающей тошноте виноваты вовсе не пряники в моей сумочке, а этот дешевый ароматизатор на зеркале заднего вида.

Рядом с машиной взорвалась петарда, я вздрогнула. Купюры в моих пальцах хрустнули, и я с каким-то удивленным отчуждением снова уставила на них, успев позабыть о том, откуда они вообще взялись в моих руках.

Это вот столько стоит моя любовь?