Её невыносимый лжец - Жасмин Майер

— Ты приедешь к нам на новый год? — спросила Лена.

Ее голос стал мягче, ведь она снова была беременна их вторым с Картером ребенком.

— Не знаю, сестренка, — вздохнул я по громкой связи в двух кварталах от дома. — Я взял отпуск сейчас и мне никто не даст еще один под самые праздники. Ты же знаешь.

— Ты слишком много работаешь, Андрей. Ты не приехал в прошлый раз с Никой, неужели не приедешь даже сейчас? Я рожаю не так часто, как тебе кажется.

— Уж точно чаще, чем я! — рассмеялся я. — Если что, я отправлю маму с папой вместо себя. Они очень хотят увидеть внуков.

— Ты всегда отправляешь их вместо себя, Андрей. А как же ты? У вас с Никой все нормально?

— Лена, у меня вторая линия.

— Не пытайся увильнуть от ответа, Андрей!

— У меня правда еще один звонок. Пока сестренка. Береги себя.

Я почти доехал до дома. Первой мыслью, что это Соня добралась раньше меня, даже несмотря на то, что сначала ей нужно было заехать в детский сад за дочерью.

Стараясь избежать неловких разговоров с сестрой, я переключил звонок, не глядя, и сказал игриво:

— Капитан Романов слушает.

— Андрей, я в аэропорту.

От неожиданности я чуть не врезался в фонарный столб. Уставился на телефон, на экране которого виднелась фотография Ники.

Женщина, которая все еще была моей женой.

И которая, очевидно, уже вернулась.

И ничего не знает.

— Здравствуй Вероника, — заставил я себя произнести. — С возвращением.

— Мне вызвать такси или ты приедешь?

Ни привета, ни ответа. Что ж… Я не ждал другого. Я помедлил с ответом, прикидывая, как поступить с Соней.

— Ох, ну конечно, — тут же отозвалась Ника. — Ты как всегда для меня слишком занят. Тогда Мишель отвезет меня.

Я вскинул брови в немом вопросе. Повисла пауза, и Ника нехотя ответила:

— Это французский фотограф. Мы работали вместе.

Так вот, кто ловил мурашки на ее коже и выстраивал родинки в объективе ради удачного снимка. Делали вы только это, мон ами, или позволили себе переступить через грань чисто деловых отношений?

— Зачем же ты звонишь мне, если тебя есть кому отвезти, Ника?

— Ты мой муж, Андрей! Забыл об этом?

— Забыл, — честно ответил я. — Ника, нам нужно поговорить. Отправляй своего Вермишеля на такси, а я приеду за тобой, примерно через час. Давай покончим с этим как можно быстрее.

— Его зовут Мишель! С чем покончим? О чем ты собираешься говорить?

В ее твердом голосе неожиданно появились нотки паники. А вот это уже интересно.

Хотя…

Я прислушался к себе.

Нет. Мне ни капли не интересно. Мы с Никой с завидным упрямством зачем-то держались друг друга, пока сами мечтали очутиться в объятиях других людей. Какого же хрена мы продолжали портить друг другу жизнь?

— Просто дождись меня.

— Ладно, — неуверенно отозвалась она.

По дороге я только и думал, что о Соне. О ее танцах и невероятно гибком теле. О том, сколько всего она делала одна и какой была настоящей, когда открывалась мне.

Я обещал ей, что вернусь к ним на ужин и, может быть, еще успею. И может быть, даже сегодня расскажу Соне всю правду о том, кто я такой. Номинально, я все еще женат. И сомневаюсь, что она вот так открылась бы мне, если бы знала правду. Не поверила бы в сказки, которые женатые мужики рассказывают женщинам, когда хотят забраться к ним под юбку.

Я мог разрушить все, что сейчас неожиданно обрел, собственными же руками. Каждый день, что я утаивал от нее правду, автоматически превращал меня в лжеца.

А я не хотел ее терять.

Даже звонок Картеру и его советы сейчас мне уже не помогли бы. Формально, его совет я уже выполнил — вино, презервативы и секс.

Но это только моя жизнь и только моя жена. И если я хочу быть честным… То должен ей во всем признаться и сказать, что хочу развода.

Это низко — расставаться с женой через соцсети после десяти лет брака, и я не мог с ней поступить иначе, но и ситуация у нас такая, что как ни крути, я буду изменником в любом случае. Впрочем, не думаю, что мы останемся друзьями после развода. Мы не были ими даже, когда были женаты.

Но даже признание в разводе может не спасти меня от Сониного гнева. И она будет права. Но я, надеюсь, что сумел доказать, что она может на меня рассчитывать. И что она поверит в то, что я не такой, как все.

На днях я должен буду помочь с мебелью в детском саду. Перенести детские кроватки и стулья из одного крыла в другое, пока в группе Али будут ремонтировать крышу. Я буду помогать ей каждый день, что остался у меня от моего отпуска. А после… Когда снова надену форму и стану капитаном Романовым, обязательно попрошу пересмотра своего летного графика.

Я не собираюсь терять эту женщину из-за работы. Раньше я считал, что нет ничего плохого в том, что я всецело увлечен карьерой. Теперь я знал — для счастья одной работы мало.

Судя по цифре спидометра, я практически летел в аэропорт и чувствовал, как у меня словно гора с плеч свалилась. Я летел на свободу. Не грех ради такого было даже немного превысить скорость.

А потом был еще один звонок, которому я так обрадовался, когда увидел имя.

Зря.

Кажется, я успел поседеть за эти три секунды разговора. Соня всего лишь назвала мост, на котором застряла, и впервые попросила о помощи.

А после только короткие гудки. И мое бьющееся невпопад сердце.

Как она там оказалась, если по моим расчетам уже должна была быть дома? Что случилось? С ней или с Алей? Успела ли она вообще забрать ребенка?!

Решение я принял моментально.

Мне даже не пришлось делать выбор.

Глядя в зеркала, я развернул руль, перекрывая полосу движения. Нельзя разворачиваться и пересекать двойную сплошную, но черт возьми! Сейчас я не могу ехать аж до развилки и потом обратно. Я ей нужен! Должен помочь.