Мои палачи - Дана Блэк

— Для тебя?

— Ну да, — неловко улыбаюсь, избегаю взглядов. В его желании облегчить мне жизнь нет ничего особенного. И ещё летом я бы с гордостью хвасталась мужем, который дарит мне ресторан, но теперь нахожусь в полной от него зависимости, если он его купит, я стану его вечной должницей, и для его родителей, и для моих, для всех вокруг, шаг влево, шаг вправо — расстрел.

А учитывая нашу ситуацию.

Делаю глубокий вдох для обличительного монолога, но тут Настя говорит:

— Ничего себе, Юль. Вы же собирались расходиться. Месяц прошел, а кольцо не снимаешь. По курортам Артура таскаешь. Рестораны выпрашиваешь. А чего не уходишь-то раз хотела? Контакты адвоката подсказать?

С удивлением слушаю ее срывающийся голос. Она тушит сигарету, достает новую. Ломает ее, лезет за ещё одной.

— Ты меня обвиняешь в чём-то? — уточняю.

— Да, — Настя нервно щелкает зажигалкой. — Ты лицемерка. И балаболка. Решила расстаться — вперед. Чего до сих пор возле него крутишься?

— Настя, — Марина берет ее за руку.

— Что Настя? Я не права? Он с тобой носится целыми днями. Ах, Юля, Юля. А ты ещё и недовольна. Чего смотришь? Не так?

— Ты это из-за ресторана что ли? — все ещё не понимаю, фонарь на крыльце отбрасывает на ее лицо тени, делая черты перекошенными, и подругу я узнавать перестаю, — я сказала Артуру, что не нужно. У меня красный диплом, я и сама не дура, и…

— При чем тут твой диплом? — она отмахивается. Отворачивается к перилам, через плечо бросает. — Извини, но я тебе правду сказала. Мы не в Ватикане. Не любишь человека — уходи от него. Никто мешать не станет.

Она больше не поворачивается, молча дымит. Растерянно смотрю на Марину — та жмёт плечами.

— Понятно, — наваливаюсь на дверь, захожу в дом. В горле першит, от обиды дрожат губы. Я вижу, что он старается сохранить отношения, пусть и идиотскими способами, и я мирюсь со всем, что он делает, пытаюсь забыть, и заново его полюбить, не бывает чувств спокойных, никто не может вечно отсиживаться в тихой гавани, случаются штормы, и они не обязательно конец всему.

Настя несправедлива, сама килограммами вываливала жалобы на измены, так чего не ушла, чего замуж вышла?

Захожу в столовую и натыкаюсь на Олли со стопкой тарелок. Она ядовито улыбается:

— Юля, конечно, помогать мне не надо, сама накрою на стол, иди, общайся.

— Я на крыльце не одна стояла, — огрызаюсь.

— А зачем на других смотреть? Все с крыши прыгнут, и ты прыгнешь? — приводит старый гротексный пример правильного поведения.

Иду за ней на кухню, натыкаюсь на Артура, вырулившего из гостиной. Он удерживает меня за рукав, наклоняется к моим волосам.

— Курила? — подозрительно щурится.

— Рядом стояла.

— Врёшь.

— Артур, мне некогда.

— Мы же договорились, — он не отпускает. Сводит брови. — Никотин разрушает кожу и зубы. Я уже не говорю о будущих детях.

— Ты сам куришь.

— Не мне детей вынашивать.

— Настя с Мариной тоже курят.

— А если они с крыши прыгнут?

Быстро моргаю. Они с матерью надо мной издеваются похоже.

— Юля! — кричит она с кухни. — Долго мне ждать? Надо отнести на стол горячее.

— Слышал? Дай пройду.

На кухне торчат Олли и Андрей. Он раскладывает в тарелке нарезку, подвигает мне огромное блюдо с запечёным мясом, от которого поднимается пар.

Неловко подхватываю блюдо. Сервиз нагрелся, оглядываюсь в поисках прихватки.

— Тяжело? — замечает мою заминку Андрей. — Давай мне.

— Ничего, не принцесса, донесет, — влезает Олли. Попыхивает своей шоколадной сигаркой. — Совсем Артур разбаловал, тарелку поднять не может.

— Дело же не в тарелке? — с грохотом ставлю блюдо обратно на стол. — Что вас конкретно не устраивает?

— Мам, все, я отнесу, — Андрей встаёт между нами, берет ее за плечи. — Иди, посиди.

— Дело не в тарелке, — соглашается Олли. — Просто тебе надо не только о себе думать.

— Например? — чувствую, что меня втягивают в перепалку, но остановится не могу. — Я одна всегда виновата. Я трясу волосы на стол, я не помогаю, у меня нет щёчек.

— Ты и Артуру голову задурила, — Олли обходит Андрея, идёт в столовую, — ему работать надо. А не тебя развлекать по курортам.

— Он сам хотел.

— Мне-то не рассказывай. Я людей насквозь вижу.

— Знаете что, Олли, — решительно иду за ней с намерением послать ее к черту, всё с меня хватит.

— Юля, угомонись, — позади предупреждает Андрей, я не обращаю внимания, но вдруг он говорит то, что заставляет меня резко обернуться. — Ш-ш, стой ты. Плохая киса.