365 дней - Бланка Липинская

Массимо взял ведро с бутылкой и переставил его с большого стола на пол.

- Нет, я освобождаю себе место, - объявил он, отодвинув в сторону сервиз с чаем и молоком. - Я думал, что справлюсь, но когда ты выставляешься передо мной голая, мне трудно сосредоточиться, так что через минуту я поставлю тебя на стол и мягко, хотя и твердо, вставлю.

Я стояла как вкопанная, глядя, как он сдвигает все, что было на столешнице. Должно быть, у меня было очень глупое лицо, потому что, когда он положил меня на него, он не скрывал веселья. Он широко раздвинул мои ноги, встал между ними на колени и погрузил в меня язык. Это продолжалось всего мгновение и, очевидно, должно было служить не моему удовольствию, а уменьшению трения.

Позже он все сделал, как и обещал, мягко и решительно.

Я вышла на палубу, одетая только в солнцезащитные очки и чудесное белое бикини Victoria’s Secret. На корме лежало водолазное снаряжение, и парень, который его разворачивал, совсем не походил на итальянца. У него были ярко-золотые волосы и черты лица, свидетельствующие о том, что он, вероятно, был с Востока. Худое лицо озаряли большие голубые глаза и лучезарная улыбка. Массимо стоял по другую сторону палубы и разговаривал с Фабио, сильно жестикулируя. Я предпочла не подходить к ним, поэтому двинулась к ныряльщику. Спускаясь по лестнице, я споткнулась и чуть не упала в воду.

- Черт возьми, я убьюсь когда-нибудь, - пробормотала я по-польски.

При этих словах лицо юноши просветлело, он протянул ко мне руку и сказал:

- Я Марек, но здесь все зовут меня Марко. Вы даже не представляете, как приятно слышать несколько слов по-польски.

Я стояла как вкопанная, улыбаясь ему, пока в какой-то момент не расхохоталась.

- Поверь мне, это ты не представляешь, как я рада слышать любимый язык. От размышлений по-английски у меня кружится голова. Я Лаура, и умоляю тебя, зови меня по имени.

- Как вам отдых в Италии? - спросил он, возвращаясь к аппаратуре.

На мгновение я задумалась над ответом.

- Вообще-то это не отдых, - выдохнула я, глядя на воду. - У меня годичный контракт на Сицилии, и мне пришлось жить здесь, - сказала я, садясь на ступеньки. -Случайно ли я встретила здесь поляка, или они специально разыскали тебя для меня? - спросила я, снимая очки.

- Увы, это случай, хотя для нас обоих, пожалуй, очень удачный. Мой напарник должен был нырять с вами сегодня, но, к сожалению, вчера сломал ногу, и мне пришлось его заменить. - В этот момент Марек выпрямился, и с его лица исчезла улыбка.

Я оглянулась и на вершине лестницы увидела Массимо, который медленно спускался вниз. Они подошли друг к другу и поздоровались, немного поговорили по-итальянски, после чего Черный повернулся ко мне.

- Я сожалею, но мне предстоит встреча, поэтому я не могу плыть с вами, - сказал он, сжимая от злости челюсти.

- Встреча? - Я огляделась вокруг. - Мы же посреди моря!

- Скоро будет вертолет, увидимся, когда закончите.

Я повернулась к Марку и заговорила по-польски:

- И мы остались одни, не знаю, радоваться или плакать.

Массимо стоял, глядя на нас, и в его глазах кипела ярость.

- Марко - поляк, чудесно, правда? Это будет супердень, - я повернулась к Черному и поцеловала его в щеку.

Когда я отстранилась от него, он схватил меня за руку и прошептал так, чтобы это слышала только я:

- Я бы не хотел, чтобы ты говорила при мне по-польски, потому что тогда я ничего не понимаю. - Его рука крепко сжалась на моем плече.

Я вырвала у него руку и со злостью бросила:

- А я бы хотела, чтобы ты не говорил по-итальянски.

Я послала ему предостерегающий, полный ярости взгляд и направилась к моторной лодке, в которую Марек грузил вещи. Я подошла к нему и похлопала его по спине, спрашивая по-польски, не помочь ли ему и есть ли у нас все необходимое, после чего махнула Черному и повернулась к моторке.

Мы двинулись вперед, я повернула голову и посмотрела на Массимо, которому грузный вертолет развевал волосы. Он был изрядно взбешен, мне не нужно было видеть его лица, мне достаточно было того положения, в котором он стоял - широко расставленные длинные ноги и переплетенные на могучей груди руки не предвещали ничего хорошего.

- Ты каждый день учишь людей нырять? - спросила я, пока мы плыли.

Марек засмеялся и притормозил так, чтобы не пришлось перекрикивать ветер.

- Нет, уже нет. Мне очень повезло, и я попал в нишу на рынке. Теперь я владелец подводной империи, - он весело рассмеялся. - Представляешь, поляк в Италии имеет самую крупную компанию с оборудованием для дайвинга и всеми услугами, которые с этим связаны.

- Тогда что ты здесь делаешь со мной? - спросила я удивленно.

- Я уже говорил тебе, судьба и сломанная нога. Видимо, так и должно было быть! - крикнул он, прибавил оборотов, и моторная лодка с размаху двинулась вперед.

Солнце становилось ярко-оранжевым, когда Марек собирал оборудование.

- Это было фантастически! - сказала я, жуя кусочек арбуза.

- Хорошо, что ты уже ныряла, благодаря этому мы могли больше времени уделять плаванию и меньше тратить на теорию.

- Где мы, собственно, находимся?

- Недалеко От Хорватии. - Марк указал пальцем на едва заметную землю. - Ужасно поздно, а мне еще сегодня нужно быть в Венеции.

Когда мы подплыли, стало темнеть. На борту Титаника я увидела Фабио, который помог мне выбраться из моторной лодки. Я попрощалась с Мареком и направилась к лестнице.

- Парикмахер и визажист ждут в салоне у джакузи. Подать что-нибудь поесть? - услышала я голос из-за спины.

- Парикмахер? А зачем? - спросила я удивленно.

- Вы идете на банкет. В Венеции сейчас проходит Международный кинофестиваль, и у дона Массимо есть контрольный пакет одного из лейблов. К сожалению, из-за большого опоздания у вас на подготовку всего полтора часа.

«Чудненько, - подумала я. - Весь день я мокну в соленой воде, чтобы вечером ослепить всех на вечеринке сухой кожей!» Я покачала головой, гадая, будет ли когда-нибудь так, что я заранее узнаю собственные планы, не говоря уже о том, чтобы решать что-то. Я поднялась наверх.

Поли и Луиджи были примером стопроцентных геев. Замечательные, чудесные и фантастические, лучшие друзья женщины и более женственные, чем половина из нас. За час они разобрались с гнездом на моей голове и чешуей на лице. Когда они закончили, я отправилась в свою каюту, чтобы приготовить что-нибудь для одежды. Я вошла в спальню, а на вешалке рядом с ванной висело одно из платьев Роберто Кавалли, которое я выбрала в Таормине. А на нем записка с надписью «В этом». Значит, я уже знала ответ на вопрос, в чем выйду сегодня вечером. Образ был замечательным и очень смелым. Этот наряд был сделан из черного прозрачного сетчатого материала, со вставками, которые выглядели, как молнии или шнуровка. Длинные рукава обтягивали руки, от которых все внимание и так отвлекало отсутствие ткани на спине. Ибо платье имело лишь узкую перемычку чуть выше лопаток и начиналось снова на краю ягодиц.