365 дней - Бланка Липинская

Черный молчал, глядя на меня сердитыми глазами.

- Анна - дело совсем недавнее, - бросил он.

- Насколько недавнее? - не сдавалась я.

- Я оставил ее в тот день, когда ты приземлилась на Сицилии.

«Нуда, это многое объясняет», - подумала я.

- Я не обманывал ее, твои портреты висели в доме уже много лет, но никто, кроме меня, не верил, что я когда-нибудь найду тебя. Меньше всего она. В тот день, когда я увидел тебя, я приказал ей уйти. - Он смотрел на меня, ожидая реакции. - Хочешь еще что-нибудь узнать?

Я стояла, глядя на него, и думала, что я чувствую. Ревность - это слабость, а я за эти годы научилась устранять недостатки в своем характере, к тому же я не чувствовала угрозы мне, потому что не заботилась о Массимо. Но так ли это?

- Лора, скажи что-нибудь, - процедил он сквозь зубы.

- Я устала, - сказала я, опускаясь во второе кресло. -Кроме того, это не мое дело. Я здесь, потому что ты меня заставил, но каждый следующий день приближает меня к Дню рождения и свободе.

Я знала, что то, что я говорю, было неправдой, однако у меня не было ни желания, ни сил на этот разговор.

Черный долго смотрел на меня, ритмично сжимая челюсти. Я знала, что мои слова ранили и разозлили его, но мне было все равно.

Он встал с кресла и направился к двери, взявшись за ручку, он повернулся, посмотрел и бросил бесстрастно:

- Она сказала, что убьет тебя, чтобы забрать у меня что-то самое важное, как я забрал у нее.

- Я слушаю! - закричала я в ярости. - И теперь ты хочешь просто уйти после того, что сказал мне? - Я обернулась в его сторону. - Ах ты, чертов эгоист!.. - прошипела я, когда увидела, что он вешает на ручку двери табличку «Не беспокоить» и закрывает дверь. Я стояла, беспомощно опустив руки, уставившись на него.

- Танцы с тобой сегодня, - начал он, подходя ко мне, -были самой электризующей прелюдией, которую я пережил. Но это не меняет того факта, что у меня было желание убить этого поляка, когда я видел, что он связался с тобой, хотя он знает, кто я.

- Видимо, ты не можешь этого сделать, - язвительно бросила я.

- К сожалению, ты права, а жаль, - сказал он, подходя ко мне.

Он схватил меня сильными руками и крепко обнял. Он никогда этого не делал, поэтому, удивленная, я не знала, куда мне девать руки. Я прислонилась лицом к его груди и почувствовала, как колотится его сердце. Он шумно вздохнул, опускаясь на колени, и так и остался стоять, прислонившись лбом к моей груди, так что я медленно запустила руку в его волосы и начала гладить его по голове. Он был уязвим, эмоционально истощен и полностью зависим от меня.

- Я люблю тебя, - прошептал он. - Я не умею с этим бороться. Я любил тебя задолго до того, как ты появилась, я мечтал о тебе, я видел и чувствовал, какая ты есть. Все оказалось правдой, - сказал он, хватая меня руками за бедра.

В голове гудел алкоголь, и ужас смешивался со спокойствием.

Я взяла в руки лицо Черного и подняла за подбородок, чтобы заглянуть ему в глаза. Он поднял их и послал мне взгляд, полный любви, доверия и смирения.

- Массимо, дорогой, - прошептала я, гладя его по лицу. - Зачем тебе было все это так портить?

Я вздохнула и опустилась рядом с ним на ковер, на глазах у меня выступили слезы. Я думала о том, как было бы, если бы мы встретились при других обстоятельствах, если бы я не оказалась в плену у него, если бы не все эти угрозы и шантаж, и, прежде всего, если бы он был не тем, кто он есть.

- Займись со мной любовью, - сказал он, укладывая меня на мягкий пол.

От этих слов у меня екнуло сердце. Совершенно сбитая с толку, я смотрела на него прищуренными глазами.

- Тут может быть небольшая проблема, - сказала я, устраиваясь между его руками.

Черный висел надо мной, опираясь на локти, его тело слегка касалось моего, идеально покрывая его, а глаза вопросительно смотрели на мои.

- Видишь ли, - начала я слегка смутившись, - Я никогда не занималась любовью. Я всегда трахалась, мне это нравится. Ни один парень не научил меня заниматься любовью, так что, с этим может быть проблема, и ты будешь разочарован, - закончила я и, смущенная собственным признанием, отвернула голову в сторону.

- Эй, малышка, - сказал он, поворачивая мое лицо к себе. - Ты такая робкая, я такого раньше не видел. Не бойся, это будет для тебя в первый раз, как и для меня. Не вставай, я серьезно.

- Просто скажи: «пожалуйста», - предложила я, переворачиваясь на живот. - Просто попроси, не всегда нужно приказывать.

Массимо постоял некоторое время и, полузакрыв глаза, наблюдал за моим лицом. В его взгляде не было льда, уступившего место похоти и страсти.

- Пожалуйста, не двигайся, лежи так, - со смехом выдохнул он.

- Ладно, - ответила я, поворачиваясь на ковре.

Я с любопытством смотрела, что он делает. Проходя мимо кресла, он снял пиджак и перекинул его через спинку, расстегнул бриллиантовые запонки и закатал рукава. «Ого!» - подумала я, хихикая про себя, готовясь к более серьезному заданию. Когда он исчез за дверью, мне оставалось только оглядеть номер. Толстый светлый ковер, на котором я лежала, идеально гармонировал с остальной частью огромного холла. Кроме него, здесь еще были только два мягких кресла и небольшая черная скамья. Далее, вероятно, была гостиная, но единственное, что я видела, лежа на полу, огромные окна с тяжелыми шторами, за ними широкая терраса и слышался шум вздымающегося вдалеке море.

Из радостного ожидания меня вырвала тревожная мысль о моих волосах.

Черт возьми, у меня ведь в голове килограмм искусственных кудрей, - выдохнула я и нервно принялась вытаскивать сотни заколок, удерживающих прическу. Я торопилась с ними, мысленно умоляя, чтобы Черный этого не увидел. Как только мне удалось освободиться от них, я в панике стала искать место, где можно было бы спрятать это птичье гнездо. Ковер! - осенило меня и я втиснула все волосы под тяжелую ткань. Я провела пальцами по своим волосам, и волнистые пряди упали мне на лицо. Я приподнялась и посмотрела в зеркало, которое занимало большую часть стены рядом с креслами, с удовольствием заметила, что выгляжу вполне аппетитно, и снова улеглась на ковер.

- Закрой глаза! - услышала я голос, доносившийся из другой комнаты. - Пожалуйста.

Я легла на спину и послушно выполнила то, о чем он просил. Я не знала, как мне устроиться, когда почувствовала, что он стоит надо мной.

- Лаура, в таком положении ты похожа на мертвеца в гробу, - он искренне рассмеялся.

На самом деле, мои переплетенные на груди руки могли наводить на мысль о мертвом человеке.

- Я не буду обсуждать с тобой тему смерти, - бросила я, глядя на него одним глазом с удивленной миной.

Черный поднял меня и взял на руки. Каждый раз он делал это с такой легкостью, словно я ничего не весила. Он провел меня по коридору, и вдруг на моем лице я почувствовала теплый, приятный воздух, пахнущий морем.