365 дней - Бланка Липинская

Еще несколько дней назад я бы многое отдала за такой разговор, но сейчас он напоминал мне, где я и что произошло. Мой кошмар, превратившийся в сказку, подошел к концу, и я вернулась к исходной точке. Перед входом стоял припаркованный черный мерседес S-класса. Мы тронулись.

Был уже сентябрь, и в воздухе определенно чувствовалась прохлада осени. Я приоткрыла стекло и с силой втянула воздух в легкие. Я никогда еще не чувствовала себя так плохо, как сейчас. От отчаяния и печали у меня даже волосы на голове болели, и любая причина была хороша для того, чтобы слезы хлынули потоком. Я не хотела видеть людей, разговаривать с ними, есть, а больше всего не хотела жить.

Мы миновали аэропорт, и машина направилась в сторону центра города. «Боже, только не в центре!» - подумала я. Когда мы свернули в сторону Мокотова, я обрадовалась. Машина въехала в охраняемый микрорайон и припарковалась у одного из невысоких многоквартирных домов. Водитель вышел и открыл мне дверцу, подав ручную кладь. Некоторое время я сидела, роясь в ее содержимом, пока не нашла конверт с надписью «Дом». Там были ключи и адрес.

- Я отнесу ваш багаж, а еще одна машина с остальными вещами должна скоро подъехать, - сказал Себастьян, подавая мне руку.

Я вышла и направилась к двери, а когда уже приблизилась к ней, у обочины припарковалась еще одна машина. Водитель вышел и начал распаковывать вещи.

Я вошла в вестибюль и подошла к молодому человеку на стойке регистрации.

- Доброе утро, я Лаура Биль.

- Привет. Я рад, что вы уже приехали. Ваша квартира готова, она на четвертом этаже, дверь слева. Вам помочь с багажом?

- Нет, спасибо, думаю, водители справятся.

- До встречи! — крикнул парень, стоя за стойкой, и послал мне широкую улыбку.

Через некоторое время я уже стояла в лифте, направлявшемся на последний этаж здания. Я вставила ключ в дверной замок с номером, который нашла в конверте, и моим глазам предстала великолепная гостиная с окнами, выходящими на следующий этаж. Все было так стильно и строго, так сильно в стиле Массимо.

Водители внесли багаж и исчезли, оставив меня одну. Интерьер был элегантным и уютным. Большую часть гостиной занимал черный уголок из мягкой алькантары, под которым был белый ковер с длинным ворсом. Рядом стояла стеклянная скамья, а на стене висел огромный плоский телевизор. За ним был вход в спальню с двусторонним камином, который окружали медные плиты. Когда я вошла глубже, моим глазам предстала огромная современная кровать со светодиодной подсветкой, благодаря которой создавалось впечатление, что ложе парит в воздухе. Там также был проход в гардеробную и ванную комнату с большой ванной.

Я вернулась в гостиную и включила телевизор на новостной канал. Я открыла ручную кладь и села на ковер. Я развернула еще конверты, изучая их содержимое. Карты, документы, информация; в последней я нашла ключ от машины, на котором были три буквы: БМВ. Удивленная, я обнаружила, что являюсь владелицей квартиры, в которой сидела, а также машины. Прочитав очередные бумаги, выяснилось, что счет с семизначным содержимым тоже был моим. Зачем мне все это, когда его нет? Хотел ли он таким образом искупить свою вину за эти несколько недель? Оглядываясь назад, я подумала, что это я должна была заплатить ему за все чудесные моменты...

Когда я закончила распаковывать чемоданы, наступил вечер, и я не хотела сидеть здесь одна. Я взяла телефон, документы и ключи от машины и села в лифт, спускавшийся в гараж. Я отыскала место, отведенное под номер квартиры, и моим глазам предстал большой белый внедорожник. Я вставила ключ, и огни машины загорелись, когда я нажала кнопку. Безопаснее и эффектнее выбрать машину уже, наверное, не получилось бы, подумала я, забираясь в обтянутый светлой кожей салон. Я нажала на старт и двинулась через гараж в поисках выезда.

Я хорошо знала Варшаву и любила ездить по ней. Я проезжала по одним улицам, бесцельно сворачивая в следующие. После часа езды я остановилась у дома лучшей подруги, с которой не общалась уже несколько недель. Я больше никуда не могла поехать. Я набрала код домофона, прошла через подъезд, потом встала перед дверью и нажала на звонок.

Мы дружили с пяти лет, она была мне как сестра. Младшая, а иногда и старшая, в зависимости от случая. У нее были черные волосы и чувственно округлое тело. Мужчины любили ее, не знаю, то ли за пошлость, то ли за разврат, а может, за милое личико. Потому что Ольга, несомненно, была симпатичной девушкой весьма экзотической красоты. Ее наполовину армянские корни придавали лицу интересные, резкие черты, и что самое несправедливое - оливковый оттенок кожи.

Ольга никогда не работала, использовала по максимуму тот факт, как сильно она действовала на мужчин. Она была сторонницей крушения стереотипов, и особенно того, что женщина, живущая с несколькими партнерами - шлюха. Ее сделка с парнями была простой: она давала им то, что они хотели, и они давали ей деньги. Она не была проституткой, скорее содержанкой скучающих от глупых женщин мужчин. Многие из них были в нее до безумия влюблены, но она не знала слова «любовь» и знать не хотела. Она постоянно встречалась с влиятельным холостяком, владельцем косметической империи, у которого не было ни времени, ни желания связывать себя обязательствами с кем-либо. Она сопровождала его на официальных приемах, ужинала с ним и массировала виски, когда он уставал. Он обеспечивал ей все удобства и роскошь, которые она только могла себе придумать. Если смотреть со стороны, это можно было назвать отношениями, но никто из них не допускал такой мысли.

- Лора, мать твою! - воскликнула Ольга, бросаясь мне на шею. - Я тебя убью, я уже думала, что тебя похитили. Заходи, заходи, чего стоишь! - Она схватила меня за руку и потащила внутрь.

- Прости, я... мне пришлось ... - пробормотала я, и слезы залили мне глаза.

Оля стояла, глядя на меня в ужасе, потом обняла меня за плечи и повела в гостиную.

- Что-то я чувствую, что надо выпить, - сказала она, и через некоторое время мы уже сидели на ковре с бутылкой вина.

- Мартин был у меня, - начала она, подозрительно глядя мне в лицо. - Он расспрашивал о тебе и рассказывал, что случилось. Что ты исчезла, оставив письмо, и, по слухам, вернулась раньше него и уехала. Черт, Лаура, что там произошло? Я хотела позвонить, но я знала, что ты сделаешь это сама, если захочешь поговорить.

Я смотрела на нее, потягивая вино, и понимала, что не смогу сказать ей правду.

- Я уже устала от его безразличия, и к тому же влюбилась. Я знаю, как странно это звучит, поэтому я не хочу говорить об этом, теперь мне нужно все исправить.

Я знала, что она знает, что я не говорю правду, но она была моим другом, который всегда понимал, когда я не хотела говорить.

- А, ну вот и отлично, - с досадой бросила она. - Как было? Круто? У тебя есть где жить? Тебе что-нибудь нужно? - она выстреливала из себя очередные вопросы.

- Я что-то сняла у знакомого, большую квартиру, он должен был быстро уехать и ему нужно было оставить ее кому-то доверенному.