Бешеный - Виктория Победа

— Где один, там двое, долго не мурыжьте друг друга. Я помогать буду, разумеется.

Еще бы, чтобы бабушка и не помогла. Она скорее всю работу на себя возьмет.

— Я в этом даже не сомневалась, моя радость, — мы обнялись, и снова по щекам поползли слезы. Так всегда, ничего не могу поделать. Не удивлюсь, если и на свадебных фото я буду зареванная. Пухлая, опухшая и зареванная. Прелестно.

Бабушка поправила мне прическу и тихо вышла, а я хоть и прибодрилась, но все равно думала о том, что не так как-то все. Куда эти мысли проклятые девать? Руки то и дело ложились на выпуклый животик, который не был большим, все аккуратно и нежно, но все равно я себя изводила знакомой темой «по залету», и казалось мне, что, если бы не беременность, Миша бы еще долго не думал о семье.

— Малыш, ты долго? Я волнуюсь уже.

— Миша, бляха муха! Нельзя невесту видеть до свадьбы!

— Детка, тебе не кажется, что ты и так достаточно расколупала мои мозги? Ну что еще за бред в твою светлую головку пришел.

— Миша!

— Ника! Да что за совокупление падших женщин?! — Миша подошел ко мне, обвил руками со спины, укладывая ладони на животе. — Авокадка, девочка моя, наша мама решила сожрать папке мозги, так что, когда ты родишься, я буду примерно как после нападения зомби — без извилин.

Я смеялась сквозь слезы, но чувствовала себя крайне уютно в руках своего жениха, который хоть и был немного дурашкой, но каким-то образом всегда мог забрать мой негативный настрой.

Авокадка — это отдельная тема. С самого начала нашу малышку Миша называл то горошинкой, то персиком, а все благодаря приложению, где визуально показывали размеры плода на определенной неделе. Авокадка прижилась до настоящего момента, хотя там уже полноценная дынька, но Миша непреклонен. Дыньки у него две, и обе у меня в лифчиках на несколько размеров больше, потому что грудь раздуло нехило. Кто-то очень даже рад.

— Миш, а мы женимся точно не из-за авокадки? — прошептала в пустоту. Волосы на загривке встали дыбом от того, как тяжело выдохнул мой жених.

— Да еб вашу налево и направо! — Багиров развернул меня к себе и впился в губы болезненным поцелуе, после чего осторожно подхватил меня на руки и потащил в уголок, где стоял стол-книжка в закрытом виде. Я моментально воспламенилась, и с этим уже ничего нельзя было сделать, кроме одного — удовлетворить потребность. С наступлением беременности секс у нас каждый день по несколько раз. Иногда я сама кидаюсь на Мишу, но чаще это обоюдное желание. Жили мы от визита к врачу к визиту, надеясь, что ничего не станет преградой к сексу. И когда мой врач снова говорила, что можно, мы срывались с цепи окончательно едва доехав до дома.

Да, живот стал больше и вариантов у нас не так много, но в целом оба довольны, особенно я, которая стала чувствительна буквально ко всему. Меня за ухом поцелуй, и все. Просто все. Я готова лететь в космос.

— Детка, быстро, и так чтобы с огоньком, да?

Я снова засмеялась, и откинулась к стене. Горячие ладони заструились по телу, обдавая жаром. Каждое касание до состояния жидкой лужицы на асфальте. Я не заметила, как муж быстро опустил брюки и достал член, только когда Миша плавно сдвинул полоску трусиков, прикрепленных к ажурным чулкам специальным поясом с завязками, и плавно вошел в меня до основания, я почувствовала, что могу дышать.

— Блядь, какая красота. Ну что ж, десерт я получил сейчас, а потом посмакую остальной вид, — толчок, поцелуй в шею, смазанный и влажный. — Вот так вот, моя сладкая. И чтобы больше никаких темных мыслей, поняла? — еще толчок. Я рвано дышала и прикусывала нижнюю губу, чтобы не застонать в голос от разрывающих меня на части ощущений всепоглощающего удовольствия. Неужели так будет всегда? Член мягко входил в меня, но ощущения, будто бы чистый кайф по вене пустили.

— Обещай не трахать мозг, а каждый день вот так вот проводить со мной время, детка, всю оставшуюся жизнь.

Пальцы на ногах сжались на очередной толчок, и оргазм обрушился на меня сладким упоением.

— Дааа, — я вообще не соображала ничего, что там меня просили, что я ответила, но четко понимала одну вещь: Мише Багирову отказать невозможно, он все равно сделал бы так, что я ответила бы «да» на любые просьбы и мольбы.

Прийти в себя после такого забега было ой как нелегко, но мы справились. Почти ничего не указывало на то, чем мы тут вдвоем в коморке занимались, ну разве что горящий взгляд выдавал с потрохами, да зацелованные губы слегка намекали на жаркие поцелуи.

На свадьбу приехали все, даже дети еще одного друга Руслана— Феликса. Ребята учились заграницей, но первым делом из аэропорта к нам прикатили. Такого обилия гостей я не ожидала, и потому опять начала нервничать, но во взглядах я читала чистый восторг и никакого упрека. Кажется, только сейчас я стала понимать истинное значение фразы «настоящие друзья». Руслану и Мише повезло получить таких людей, они однозначно были даны Богом.

— Никусь, красотка, — Саша подошел к нам и первым делом чмокнул меня в щеку, протягивая очередной букет белых роз.

— Явился, большая шишка, — Миша опять подколол его, но их перепалки меня даже забавляли. Друзья, которые могут пошутить по-всякому.

— Я не мог не прийти на свадьбу лучших друзей.

В этот момент мне снова захотелось рыдать. И как это описать? Саша тепло посмотрел на нас, отошел в сторону. Руслан и Настя стояли поодаль в обнимку. Максим и Аля рядом, кажется, всей дружной компанией они уже приняли на душу.

Меня всегда смешили эти высокопарные слова во время регистрации брака, но я не слушала. В голове мелькали события из нашей жизни. От радостных до грустных и по кругу. У меня с ним было все: и боль, и печаль, а затем всепоглощающее счастье, которое вдохнуло в меня новую жизнь.

И если человек не вызывает у вас желания рожать ему детей и видеть его любым каждый день, то не ваш это человек. А своего я нашла. Пусть меньше всего рассчитывала на то, что он в итоге станет моим.

Вот уж знать бы, где твоя жизнь кардинально изменится.

— Багиров Михаил и Багирова Ника, объявляю вас мужем и женой!

Зал взорвался овациями, но это все было на фоне. Впереди только мой муж и наша жизнь.

— Обещай, что будешь рядом всегда, — прошептала в губы своему мужу.

— Пфф, ты об меня больше никуда не денешься.

Мужские губы снова накрыли мои искусанные «пельмешки без спешки».