Страшно сказать. Когда молчание ребенка говорит громче слов - Кэти Гласс

– Скажи им, пусть поздороваются, – попросил Оскар Луку.

– Поздоровайтесь с Оскаром, – повторил Лука.

Две маленькие девочки сказали в трубке в унисон: – Привет, Оскар! Мы по тебе скучаем!

– Привет! – крикнул в ответ Оскар, улыбаясь. – Я тоже скучаю по вам.

– Чем ты занимаешься? – спросил Лука у Оскара.

– Разговариваю с тобой, – пошутил Оскар.

– Нет, днем, дурачок. Ты ходишь в школу?

– Сейчас каникулы.

– Опа! А я забыл.

– Когда закончу говорить с тобой, я должен идти в кровать, – сказал Оскар.

– Я уже в кровати, но завтра смогу встать.

Братья принялись болтать, легко и весело.

Несмотря на то что в их разговоре не было особого обмена информацией, как бывает, когда беседуют взрослые, я чувствовала, как тепло они относятся друг к другу. Улыбка на лице Оскара говорила о его любви к брату. И снова я подумала – как жаль, что мы не звонили Луке раньше. Оскар, похоже, получил от этого разговора больше, чем когда-либо получал от разговоров с матерью.

В трубке опять послышались голоса Сэби и Тэми. Они снова крикнули «привет», а потом одна из них сказала:

– Папа хочет с тобой поговорить.

Видимо, это дядя Оскара и Луки.

– Привет, Оскар, – сказал глубокий мужской голос. Акцент в нем был едва заметен. – Как дела?

– Классно, – ответил Оскар, ухмыляясь.

– Ты хорошо себя ведешь?

– Бо́льшую часть времени. – Оскар посмотрел на меня. Я улыбнулась и кивнула.

– Твоя мама рассказала мне, что с тобой случилось. Если я поймаю тех мужчин, я оторву им яйца, так и знай.

Оскар притих, и я уже готова была вмешаться и сказать, что говорить такое неприемлемо, но тут его дядя добавил:

– Простите, мадама, я не должен был так говорить, но мы очень злимся. – Я услышала на заднем фоне женский голос, и дядя Оскара сказал: – Оскар, твоя тетя хочет поговорить с тобой. Пока, позвони нам еще.

– Я позвоню, – ответил Оскар. – Пока, дядя Иван.

В трубке послышался веселый голос тети Оскара, Дол.

– Привет, Оскар, как ты, милый?

– Я хорошо, тетушка, спасибо.

– Я слышала, ты едешь в отпуск. Да ты счастливчик! А куда вы едете?

Оскар посмотрел на меня.

– Крит, – подсказала я.

– Крит, – повторил Оскар.

– Чудесно. Знаешь, где он находится?

– Рядом с Грецией, – сказал Оскар. Я показывала ему на карте, где забронировала тур.

– Да, верно. Это очень красивый остров, там много солнца и голубое море. Ты знаешь, как долго туда лететь на самолете?

– Около четырех часов, – ответил Оскар. Это он тоже помнил из моих рассказов.

– Как здорово. Будешь плавать в море, как рыбы?

– Да. – Оскар лучился счастьем. – Кэти купила мне новые плавки с дельфинами.

– Фантастика! Хочу такие.

– Они для мальчиков! – Он рассмеялся. – Тебе не подойдут!

Оскар болтал с тетей, а я думала о том, как этот разговор не похож на разговоры Оскара с матерью. Несмотря на все тревоги, которых, я была уверена, у Дол хватало, ведь она заботилась о Луке и у нее была своя семья, на время беседы она сумела сосредоточиться на Оскаре, отставив их в сторону. И это именно то, что должна была бы сделать Роксана. Дол была такой яркой и полной жизни. Это было заразительно, и она передала свое настроение Оскару, который теперь сидел прямо, радостный и улыбающийся, и говорил не только об отпуске, но и о спортзале, о Лео, о школе и о том, чем он занимался вместе с нами. Они с Дол беседовали минут пятнадцать, и наконец она сказала:

– Пожалуй, мне пора идти, милый. Твоим двоюродным сестрам надо ложиться спать. Могу я быстро поздороваться с Кэти? Она здесь?

– Да. Пока, тетя Дол.

– Пока, Оскар. Береги себя. Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя.

Оскар передал мне трубку и ушел играть. Я отключила громкую связь и приложила телефон к уху.

– Здравствуйте, Дол. Это Кэти.

– Здравствуйте. Как там Оскар на самом деле? – спросила она. Ее голос немедленно посерьезнел. – Мы все так переживаем за него.

– Сейчас он в порядке, – заверила я ее. – Он был очень тихим и замкнутым вначале, но теперь он может говорить о том, что случилось, и он посещает арт-терапию, так что постепенно восстанавливается.

– Как хорошо слышать это. Я знаю, что Роксана видится с ним, но их встречи длятся недолго, и когда бы я ни спросила у нее, как он, она отвечает – в порядке. И всё. Мужчин, которые насиловали его, поймали?

– Нет, насколько я знаю, нет.

– Надеюсь, их скоро арестуют. Мы были в ужасе, когда узнали, что они сделали. И это произошло в его доме! Пока их не поймали, ни один ребенок не может быть в безопасности.

Я была с ней согласна.

– Ну хорошо, я пойду. Сабини и Тамари пора в постель, – сказала Дол, назвав своих дочерей полными именами. – И Луке надо принять ванну и устраиваться спать.

– Разве Роксана не ухаживает за ним, когда она у вас? – спросила я.

Дол коротко рассмеялась.

– Нет, она говорит, что у меня лучше получается. Но Лука предпочитает, чтобы о нем заботилась я, а не она, не поэтому, а потому, что он знает меня лучше, чем ее. Я присматриваю за ним с трех лет.

– Правда? Я не знала. Вы так добры к нему. – Я знала, что сейчас Луке двенадцать.

– Мне нравится заботиться о нем, – сказала Дол. – Роксана дает мне деньги для его содержания, и это помогает нашему семейному бюджету. Иван тяжело работает, но здесь низкие зарплаты. Бо́льшая часть денег, что зарабатывает Роксана, уходит на уплату долга, который ей оставил бывший муж. Бедняжка – она говорила вам, что из-за мужа лишилась дома?

– Нет, не говорила. Мне жаль. – Теперь стало ясно, почему Роксана так много работала: она изо всех сил старалась выплатить долг и также покрыть текущие расходы на жизнь для себя и сыновей.

Мы попрощались. Мне было приятно, что Дол захотела поговорить со мной. Это позволило мне лучше представить себе большую семью Оскара. Каждый вечер после этого в течение недели, перед тем как поехать в отпуск, когда Оскар звонил матери, мы разговаривали также со всеми членами его семьи. Было мило слышать их беседы. Я записала в свой дневник содержание их разговоров и в конце недели – в пятницу вечером – перед отъездом отправила по электронной почте Эндрю письмо с новостями. Затем уложила дневник в чемодан и в сотый раз проверила, уложила ли с собой наши паспорта, билеты, посадочные талоны и письмо с согласием Эндрю на то, чтобы Оскар путешествовал