Каменный клинок - Василий Горъ

Сказать, что это порадовало мое начальство — значит солгать вам в лицо: такое оружие радовать не может. И наша служба начала рыть землю, делая все для того, чтобы суперсолдат появился во Франции и, по возможности, пропал в России. Увы, воз и ныне там. Следов лаборатории не обнаружено, информации, позволяющей создать экземпляр, подобный вам — тоже. Надо ли говорить, что работа продолжается?

— Не стоит, понятно и так… — буркнул Коренев, и сделал хороший глоток апельсинового сока.

— В общем, как вы понимаете, средства на это мы не жалеем, и, рано или поздно, добьемся желаемого — у вас, в России, сегодня можно купить все. От подводной лодки и до атомной бомбы. Просто надо понять, кому за них заплатить. Мы пока не поняли.

— Мне платить бесполезно… — пожал плечами суперсолдат.

— Я это знаю. О вас и вашем характере информации хватает. И я не собираюсь это делать. Все, сказанное до этого момента было не более чем введением. А теперь, если позволите, я перейду к делу.

— Будьте так любезны, переходите… — не пытаясь изображать радость, заявил Коренев и криво усмехнулся.

— Историю с гибелью семьи тренера по Иай-до вам уже рассказали? — посмотрев на не находящего себе места Кириллова, поинтересовался майор.

— В общих чертах.

— Тогда я не буду заострять ваше внимание на деталях. Суть в следующем. Этот господин — опасность, которую служба безопасности первого лица государства предотвратить не в состоянии. Не хватит скорости реакции. А полностью изолировать Объект номер один от общения с публикой мы не можем. Поэтому я и попробовал воспользоваться своей дружбой с господином Кирилловым и попытался попросить у вас помощи. В решении этой конкретной проблемы. Ведь, если я не ошибаюсь, в настоящий момент вы не работаете на свое правительство?

— Вы не ошибаетесь. — Коренев испытующе посмотрел на Шарля, потом покосился на сидящего рядом Кириллова и произнес: — В общем, то, что осталось за кадром, тоже понятно — де факто вы «проигнорировали» появление моего сына на территории Евросоюза, не создали мне проблем, связанных с его вызволением, и рассчитываете на мою благодарность. Наличие у вас такта… или хороших аналитиков делает вам честь. Как, кстати, и то, что жизнь моего друга на территории вашего государства пока не использована как рычаг давления на меня. Однако я прекрасно понимаю, что все это — лишь голый расчет. Вы связаны по рукам и ногам целесообразностью.

— Здорово, что вы это понимаете… — не стал отпираться майор. Пока разговор не выходил за рамки схемы, построенной психологами. — И, тем не менее, я бы хотел подчеркнуть, что пришел сюда с добром, и за помощью…

— Ладно, не буду зря сотрясать воздух. Как вы понимаете, много времени я вам уделить не могу — некоторый период жизни я вынужден был провести вдали от семьи, и успел здорово соскучиться по жене и сыну. Откровенно говоря, хотелось бы принять участие в воспитании последнего. Кроме того, работать на французское правительство — это не совсем то, чем бы я хотел заниматься. Поэтому я сразу озвучу свои требования. Итак, первое: при любом раскладе я помогаю вам не более чем один месяц. То есть, если за этот срок покушения, которого вы боитесь, так и не случится, я все равно уеду домой. В связи с этим вашей службе надо будет поднапрячься и придумать ситуацию, которая сможет спровоцировать этого вашего самурая на действие. Если это условие не принимается, дальнейший разговор не состоится…

— Устраивает! — заметив сомнение, возникшее в глазах собеседника, Шарль пожал плечами и, подумав, добавил: — Полномочия для решения такого вопроса у меня есть.

Возможностей для маневра вы мне не даете. Значит, мы должны отталкиваться от того, что вас устроит.

— Понятно, убедили. Далее, я не хочу, чтобы в процессе работы на вас меня терроризировали ваши ученые, психологи и тому подобная шелупень. Этот вопрос тоже не обсуждается. И третье — я бы хотел, чтобы вы уяснили: я не бизнесмен и не юрист. Поэтому, вместо того, чтобы расписывать многостраничный договор и месяцами утрясать каждый пункт, предупреждаю — воспринимайте мое согласие помочь с защитой вашего президента согласно духу, а не букве закона, вернее, в данном случае, договора. Надеюсь, суть сказанного понятна? То есть если вы потом скажете мне, что отсутствие аппаратуры, «случайно» установленной под моей кроватью, не оговаривалась нашим соглашением, то я сочту вас нарушившим свое слово. И просто уйду. Или не просто — это уже по ситуации.

— А вы отличный переговорщик! — не скрывая уважения к собеседнику, хохотнул майор. — Пожалуй, мы с вами сработаемся… Да, я согласен. Только есть несколько нюансов. Первый — согласно специфике работы камер в местах, где бывает президент, более чем достаточно. Естественно, выключать их ради того, чтобы вы не попали в объектив, мы не будем. И не изучать этот материал тоже не обещаем…

— Ну, на это я и не надеялся… — слегка потеплев лицом, улыбнулся суперсолдат.

— Изучайте на здоровье. Камер не должно быть в моей комнате или квартире, где я буду проживать.

— Идет! Хотя, откровенно говоря, мне бы хотелось посмотреть на ваши тренировки… — позволил себе усмехнуться майор. — Если ваш сын умудрился поразить расследовавших дело экспертов, то вы должны быть еще интереснее…

— Вам остается только облизываться… — Коренев не принял шуточного тона. — Я же не золотая рыбка в аквариуме?

— Эх, если бы вы знали, насколько золотая… — сокрушенно вздохнул Шарль, и, видя, как напрягся Коренев, тут же замахал руками: — Камер не будет. Обещаю.

— Отлично.

— Кстати, не в качестве причины, способной изменить наши договоренности, а так, от чистого сердца — вы можете пригласить сюда вашу семью, и не расставаться весь период пребывания в Париже.

— Вы удивитесь, но я бы предпочел не давать вам таких козырей. Хотя вы один раз и смогли найти силы отказаться от захвата моего сына… — криво усмехнулся Коренев и пристально посмотрел на майора. — Согласитесь, что мои сомнения вполне обоснованы?

— В логике вам не откажешь… — не стал отпираться офицер. — Мнения моих боссов могут измениться, а, значит, есть гипотетическая опасность того, что мы вдруг захотим что-то переиграть. Не волнуйтесь — она только гипотетическая! Просто соблазн велик… не более того…

— Ладно, будем считать, что мы договорились. — Коренев кивнул замершему возле дома пареньку, и тот мгновенно исчез. — А теперь вы не будете против, если мы позавтракаем?

— Я имел возможность оценить кухню господина Кириллова, и с удовольствием отведаю русских яств.

— Вот и отлично. А все то, что вы мне хотели показать, можно будет посмотреть по дороге… — Коренев кивнул на дипломат майора, покоящийся на свободном кресле, и вздохнул: — Терпеть не могу думать на пустой желудок… В голову приходят только образы вкусных и здоровых блюд. Нет, вру — не здоровых, а здоровенных…

Приятного аппетита, господа!