Время не властно - Роберт Энтони Сальваторе

Однако в этот момент взгляд его случайно упал на Ивоннель, которая в тот день также присутствовала в приемном зале Бренора. При помощи тайного языка дроу девушка послала ему сообщение: «Здесь кроется кое-что более серьезное».

– Можно мне воспользоваться своей комнатой, или ты уже сдал ее какому-нибудь приезжему торговцу? – спросил Дзирт, и Бренор возмущенно взревел.

– Бери хоть две, если нужно! Десять, клянусь Девятью Кругами Ада! И еще больше – наверху, в Виноградной Лозе! – орал дворф.

– Реджис у себя?

– Понятия не имею. Он в последнее время постоянно шныряет туда-сюда.

Дзирт поклонился, собираясь уходить.

– Сегодня посидим с тобой за бараниной и элем, а? – предложил Бренор, и Дзирт с радостью согласился.

Он покинул тронный зал и зашагал по извилистым коридорам; Ивоннель вскоре догнала его. Вдвоем они направились в огромную пещеру, служившую «вестибюлем» Гаунтлгрима, к подъемнику, который должен был доставить их наверх, в Виноградную Лозу. Дзирт и Ивоннель не могли переговорить без свидетелей в Гаунтлгриме, где у Бренора повсюду были уши.

Дзирт ездил на этой вагонетке множество раз, но его неизменно поражало и захватывало путешествие обратно, на поверхность. Спуск вниз, в недра горы, проходил как обычно: состав из вагонеток катился по наклонным рельсам в пещеру, располагавшуюся у главных ворот дворфского города. Там при помощи тормозов и хитроумной системы рельсов поезд снижал скорость. Он останавливался на «станции» – высокой платформе, выстроенной прямо перед подземным озером, напротив ворот Гаунтлгрима, видневшихся на другом берегу.

Однако путь наверх представлял собой чудо инженерной мысли и творение магии, какого Дзирту не доводилось прежде видеть – перед этой железной дорогой меркли даже прекрасные здания Чед Насада, города, сотканного из паутины. Сначала вагонетка съезжала вниз с платформы и пересекала пещеру, двигаясь под действием силы тяжести. Однако, приближаясь к крутому уклону, она переворачивалась вверх ногами вместе с рельсами и ехала по потолку. На самом деле в этом туннеле для поезда потолок был полом, а пол – потолком, потому что Громф Бэнр и несколько других могущественных чародеев сделали так, что на всем пути обратно из пещеры сила тяжести действовала «наоборот».

Вагонетка катилась «вниз», к вершине горы, и снова изменяла положение, прежде чем выехать на станцию у Виноградной Лозы.

Ивоннель, судя по всему, равнодушно относилась к этому чуду техники; едва дроу сошли с «поезда», как она взяла Дзирта под руку и отвела его в сторону. И там, в укромном месте, вдали от любопытных глаз и ушей, она сообщила ему, что Реджис снова покинул свое жилище. Он вернулся в Невервинтер, чтобы продолжать шпионить при дворе лорда Неверембера.

– Именно он стал свидетелем продажи замка клану Каменная Шахта, – объяснила она, – в том самом тронном зале. Именно Реджис обнаружил связь между дворфами и Домом Маргастер из Глубоководья, хотя существуют и другие обстоятельства, о которых он не мог знать.

Дзирт, услышав это, приподнял бровь.

– Я имею в виду участие Дома Ханцрин, – продолжала Ивоннель. Она рассказала ему и об отмывании денег, и о том, что Атрогейт и Амбра отправились на разведку в Терновый Оплот, и об опасениях Джарлакса, что в этом деле замешаны более страшные и гнусные существа.

– А почему обо всех этих интригах я узнаю от тебя, а не от Джарлакса? – не удержался Дзирт. В этом вопросе содержался недвусмысленный намек. Следопыт пока еще не полностью доверял странной женщине.

– Его здесь нет. Они с Закнафейном отправились на поиски пропавших дворфов.

– Пропавших?

– Вестей от них нет уже очень давно, – сообщила Ивоннель. – Возможно, они напиваются за столом клана Каменная Шахта, отмечая основание новой дворфской крепости. Но с другой стороны, Амбра и Атрогейт отправились на поиски преступников и до сих пор не вернулись. Принимая во внимание остальные кусочки головоломки, трудно избавиться от подозрений. Наверняка с ними случилось что-то нехорошее.

– Сколько времени прошло?

– Две декады.

– А Джарлакс?

– Он ушел пару дней назад, но он поехал верхом на своем…

– Адском жеребце.

– А Закнафейн – на магическом вепре. Думаю, сейчас они уже в Терновом Оплоте или возвращаются обратно.

Дзирт машинально оглянулся на юго-запад.

– Туда ведет только одна дорога, – произнесла Ивоннель, и это прозвучало как предложение.

Дзирт обошел «станцию», направился к дальней ее части и обогнул скалу; теперь его не было видно из Виноградной Лозы. Да, он собирался ехать в Серебристую Луну, как и сказал Бренору, но сейчас это показалось ему неразумным. Он подумал было вернуться к вагонетке и спуститься во владения дворфов, к порталу, который перенес бы его обратно во Дворец Плюща, к Кэтти-бри. Ему хотелось обсудить с женой последние тревожные события и выслушать ее точку зрения. Он мог отправиться к ней, поговорить и вернуться в деревню хафлингов довольно быстро: это заняло бы всего несколько часов.

Но затем Дзирт взглянул в направлении старой крепости и упрекнул себя за трусливые мысли. Путешествия и разговоры задержат его. Он знал это в глубине души. Его дорога лежала перед ним, дорога, по которой ушли навстречу опасности трое его друзей – и еще один, четвертый воин, его отец.

Его отец.

Дзирт в тот момент не знал толком, что значила для него эта родственная связь, поскольку, столкнувшись с предрассудками дроу, вернувшегося из небытия, он уже не знал, что и думать о характере Закнафейна. Разум твердил ему, что здесь нечему удивляться – в конце концов, мир поверхности был новым, удивительным и необычным для Закнафейна, который всю жизнь провел в Мензоберранзане. И все-таки…

Следопыт посмотрел на восток: там, далеко за горизонтом, находился Дворец Плюща, там была его возлюбленная, и он забыл обо всех оправданиях для Закнафейна. Там была его жена, его спутница, любимая, друг, боевой товарищ, и с нею – его будущий ребенок. И все-таки…

Он напомнил себе, что Закнафейн по доброй воле лег на жертвенный алтарь Матери Мэлис, чтобы спасти его, Дзирта.

Дзирт кивнул. Ему не нужно советоваться с Кэтти-бри. Он знал, куда следовало сейчас отправиться, несмотря на все опасения и дурные предчувствия. Он взял свисток в виде единорога, висевший на цепочке у него на шее, поднес его к губам и свистнул.

– Не хочешь ко мне присоединиться? – обратился он к своей спутнице.

Ивоннель в изумлении приподняла брови, глядя куда-то мимо Дзирта, и он понял, что Андхар, его магический единорог, уже приближается. И верно: обернувшись, он увидел ослепительно-белое создание; рог цвета слоновой кости сиял в лучах утреннего солнца. Андхар сделал несколько последних шагов к хозяину, и с каждым шагом он увеличивался в размерах, словно преодолевая огромное расстояние.