Время не властно - Роберт Энтони Сальваторе

Дроу, пригнувшись, двинулись в замеченное неподалеку укрытие – за два каких-то накренившихся камня.

Оказалось, что это было сделано вовремя: едва успев спрятаться, воины услышали характерный щелчок. Лишь присущий их расе острый слух и огромный боевой опыт помогли им: они бросились в разные стороны и покатились по земле, в то время как арбалетный дротик, рассыпая искры, ударился о камень там, где они только что находились.

Они взглянули в сторону ворот. Над воротами, на парапете, загорелся факел, затем второй, и несколько мгновений спустя огненный снаряд взмыл в воздух и шлепнулся на верхушку валуна. Почему-то факел не погас и продолжал гореть. За ним последовали еще несколько, и все они нарочно были брошены так, чтобы освещать участок, где скрывались двое воинов-дроу.

– Эй вы, псы, хватит прятаться! – крикнули со стены. – Покажитесь! Покажите свои рожи, чтобы мы вас сосчитали, или покажите задницы, и мы утыкаем их стрелами, когда вы будете убегать!

«Кто нас будет считать: дворфы или демоны?» – знаками обратился Закнафейн к Джарлаксу.

«И те, и другие».

– Мы посланцы Лускана! – крикнул Джарлакс. – Пришли поговорить с новыми хозяевами Тернового Оплота, которые заодно являются и его прежними хозяевами!

– Какое дело может быть здесь у жителей Города Парусов, чтобы ради него пускаться в такой далекий путь?

– Не такой уж далекий для корабля, – возразил Джарлакс.

– Что-то мы не заметили на море никаких парусов! – заорал со стены другой дворф.

– Если вы хорошо знакомы с положением дел в Лускане, вы все поймете, когда увидите нас, – загадочно произнес Джарлакс. – В городе есть официально признанные власти, а есть…

Он не договорил и, взглянув на Закнафейна, изобразил пальцами: «Наверняка до них дошли слухи о Джарлаксе».

«Джарлакс уверен в том, что все вокруг постоянно только о нем и говорят», – так же безмолвно отозвался Закнафейн.

Эти слова заставили Джарлакса широко ухмыльнуться, несмотря на опасное положение, в которое они угодили. Неугомонный Закнафейн отпускал едкие остроты даже в тех случаях, когда им приходилось объясняться знаками. Джарлакс вдруг подумал, что этот дроу, который никогда не проявлял к нему уважения и вечно ворчал, очень напоминает одного из его близких друзей. Он безмерно удивился тому, что это пришло ему в голову лишь сейчас. Оба говорили одинаковым тоном, оба от души ненавидели мир, который не могли покинуть, и поэтому им доставляло удовольствие обагрять клинки кровью тех, кто, по их представлениям, угнетал их и причинял зло невинным существам.

Этим другом Джарлакса был человек, и, возможно, именно поэтому Джарлакс увидел его в таком свете лишь сейчас. Трудно было сравнивать мир людей и мир дроу – по крайней мере, если судить о них поверхностно.

Однако Джарлаксу следовало задуматься об этом раньше. Короли расы людей, лорды, землевладельцы да и простые люди способны были проявлять такую же злобу и жестокость, как самые безжалостные жрицы Ллос.

И все же он порадовался, что один из друзей сейчас находился рядом с ним; и потому, что дружба его была прочной и нерушимой, и потому, что он вполне мог справиться с поставленной задачей.

– Тогда покажитесь, вы! – заорал дворф, прервав размышления Джарлакса.

Джарлакс знаком велел Закнафейну оставаться в укрытии, а сам извлек свое последнее приобретение – небольшую круглую деревянную пластину, состоявшую из основания и внутреннего диска. К дощечке было прикреплено несколько перьев. Джарлакс вытащил перья и вставил их вертикально в четыре дырочки, просверленные специально для стержней по периметру диска, на равном расстоянии друг от друга. Он прошептал слово «Акади», имя верховной богини Торила, контролирующей воздушных элементалей. Перья немедленно зашевелились, и внутренний диск начал вращаться на деревянном основании.

Движение перьев и магия создали над деревянным предметом небольшой смерч, поднимавшийся к небу.

Держа перед собой предмет, Джарлакс поднялся на ноги и показался из-за камня.

– Ты хотел меня видеть, – окликнул он дворфа.

Щелкнул арбалет, и со стены в сторону Джарлакса полетел дротик.

Наемник даже не дрогнул. Он слышал выстрел, но не мог видеть дротик. Однако он сумел разглядеть снаряд в самый последний момент, прежде чем тот угодил в цель: задел покосившийся камень и устремился Джарлаксу прямо в лицо.

Но выстрел оказался напрасным: воронка, предназначенная именно для этой цели, вовремя поймала дротик.

– Рано радуешься, эльф! Уж твой подельник-то получит стрелу в рожу! – крикнул дворф со стены. – До двух мы считать умеем!

Джарлакс пошел ва-банк.

– Вы атаковали друзей Дома Ханцрин. Как вы думаете, это понравится лорду Неверемберу?

Последовала довольно долгая пауза; со стены никто не отвечал. Джарлакс понимал, что сильно рискует и что он сейчас открыл перед противником свои карты. Однако ничего другого насчет того, как повести этот разговор, ему в голову не пришло, и он решил, что ради шанса вытащить Атрогейта и Амбру стоит выдать себя.

– Ты и твой друг, заходите! – крикнул дворф.

Джарлакс покосился на Закнафейна, который яростно мотал головой; Джарлакс был с ним полностью согласен.

– Наверное, после такого теплого приветствия будет лучше, если вы сами к нам выйдете, – отозвался он.

– Вы пришли нас увидеть, так входите, и поговорим! – проревел дворф.

– Лучше здесь, снаружи, – твердо произнес Джарлакс.

– Я уже устал вас упрашивать!

– В таком случае не стоит утруждать себя и дальше, добрый дворф! – крикнул наемник. – Выходи сюда, к нам; здесь мы можем без помех побеседовать о нашем славном будущем.

Наступила очередная долгая пауза, и факелы, пылавшие на стене, погасли. Джарлакс взглянул на Закнафейна и пожал плечами; затем оба уставились на ворота. Некоторое время спустя раздался крик:

– Мы идем к тебе, эльф!

И хозяева замка действительно вышли, но не через дверь. Из-за стены с оглушительным жужжанием вылетела целая стая тварей размером со взрослого мужчину, напоминавших гротескную помесь человека и комнатной мухи. Жужжание было мерным, словно песня, и, хотя оба воина принадлежали к расе эльфов, и потому на них не действовал этот звук, дроу поняли, что крылья гигантских мух «поют» магическую «колыбельную».

Закнафейн, однако, рухнул на землю.

Джарлакс бросил на него лишь один взгляд; он не знал, притворяется его друг или на него подействовала демоническая усыпляющая песня, но у него не было времени над этим размышлять. Он крепче сжал деревянное основание своего магического диска, мысленно обратился к предмету, напрягая остатки воли, и приказал ему действовать.

Он насчитал дюжину демонов – чазмов. Джарлакс понимал, что врагов слишком много, что двум воинам не справиться с ними.