Дитя Меконга - Алёна Сереброва

— Иди. И возьми ключ-карту, чтобы вернуться.

* * *

Администратор в этот раз обнаруживается на своём месте, так что искать или ждать не приходится. Тонгу только и нужно, что спросить.

— Извините, — сжимая в пальцах тонкий пластик ключ-карты, он дружелюбно улыбается, подходя ближе, и, когда парень в униформе поднимает взгляд, продолжает: — У вас не найдётся льда и бинта, чтобы зафиксировать растяжение? И какое-нибудь обезболивающее. Кнух Нок повредил ногу…

— Да, сейчас, — парень тут же поднимается и исчезает в комнате персонала. По крайней мере, надпись на двери за стойкой ресепшен говорит именно об этом. Будто его уже кто-то предупредил и попросил посодействовать. Или роль играет названное имя?

Тонг едва заметно хмурится, переступая с ноги на ногу. Только сейчас, перестав отвлекаться на заботу о пострадавшем гораздо сильнее Ноке, он вспоминает и о своей травме. Повстречавшееся с асфальтом колено пощипывает при каждом соприкосновении с тканью брюк.

— К сожалению, с бинтом помочь не могу, обычный тут не подойдёт, а чего-то более специального у нас нет, — парень появляется с упаковкой таблеток. — Сейчас принесу лёд.

— И какой-нибудь антисептик, — останавливает его Тонг и получает в ответ удивленный и непонимающий взгляд. — На всякий случай.

Однако, несмотря на взгляд, парень ничего не уточняет и не спрашивает, просто вновь исчезает в комнате персонала и появляется уже с небольшой пластиковой коробкой, куда, судя по всему, положил и таблетки. За льдом он уходит в другом направлении и возвращается уже с пакетом и бутылкой воды.

— Кхун, а вы… — начинает парень едва пальцы Тонга касаются стоящей на стойке ресепшен коробки, поверх которой теперь лежит и пакет со льдом.

— Нонг Кхуна Нока, — отвечает Тонг с лёгкой доброжелательной улыбкой на так до конца не заданный, но вполне понятный вопрос, и всё-таки забирает коробку. Смотреть он старается так, чтобы вопросов у любопытного парня больше не возникло и тот, похоже, это понимает, потому как лишь кивает и растягивает губы в рабочей улыбке.

— Простите, это не моё дело.

Тонгу хочется вздохнуть и покачать головой, но он только благодарит, прежде чем развернуться в сторону лифта.

* * *

Из душа Нок выходит буквально через несколько минут после возвращения Тонга и вздрагивает, когда видит его. Будто и не ожидал.

— Мне уйти, Кхун Нок? — уточняет Тонг, окидывая взглядом облачённого во внезапно тёмный домашний костюм Нока и на мгновение задерживая взгляд на ноге.

Он уже собирается встать из-за стола, за который, вернувшись, присел, когда Нок отрицательно качает головой.

— Всё в порядке. Задумался просто.

— Как ваша нога? — Тонг всё-таки поднимается, забирая со стола лишь пакет со льдом, чтобы вскоре протянуть его Ноку. — Приложите, пожалуйста.

— А ты сходи в душ. Одежда и полотенце на полке. С левой стороны.

Тонг послушно кивает, отходя к шкафу и отодвигая дверцу. Стопка вещей действительно оказывается там, где и сказал Нок.

Под пристальным нечитаемым взглядом Тонг просто сбегает в ванную, слишком поспешно прикрывая за собой дверь, так что та громко щёлкает. Он понятия не имеет, о чём думает Нок, однако что-то явно изменилось за то время, пока Тонга не было в номере.

Ванна встречает его тишиной и бело-серебристым монохромом. Только деревянная полочка, на которую он складывает принесённые вещи, добавляет в окружение цвет, да бутылочки за матовым стеклом душевой кабины.

«Может всё-таки уйти? Выйти сейчас, извиниться и уйти…» — Тонг хмурится, глядя на себя в зеркало над раковиной. С гладкой поверхности на него смотрит в ответ усталый бледный парень со светло-карими глазами и чёрными, слегка растрёпанными короткими волосами, что уже успели подсохнуть, не оставив и следа от оседавшей на них всю дорогу до отеля мороси.

«Уйти? — Тонг вопросительно выгибает бровь, и отражение делает то же самое. Полные губы кривятся в усмешке, прежде чем он всё-таки решает: — Сначала душ, потом по обстоятельствам. В конце концов, предложение я уже принял».

* * *

Льющаяся из душа вода своим шумом напоминает дождь, что хлещет сейчас снаружи отеля, только гораздо теплее и одежда не липнет к коже. Она осталась за пределами матовых стенок душевой кабины, на полке по соседству с чистой одеждой, предложенной Ноком.

Всё-таки содранное колено щиплет, не давая о себе забыть. Да Тонг и не собирается. Выйдя отсюда, он непременно его обработает. Как и посмотрит, что там под кольцом, потому как основание пальца саднит, намекая на то, что и там может быть не всё в порядке.

«Что я тут делаю?» — задаётся он вопросом и тут же, не желая искать на него ответ, зажмурившись, ныряет макушкой под струи воды, позволяя им стекать по волосам и коже, обволакивая будто коконом. Только вот от мыслей не спрячешься, и они продолжают лезть в голову не желая давать покоя.

«Кхун Нок спонсор нашего клуба. В сложившейся ситуации ты должен был помочь. И ты помог. Но почему ты оказался здесь, Тонг?.. — прикусив на мгновение губу, он поднимает голову, подставляя лицо струям тёплой воды и зачёсывая мокрые пряди. Однако стоит её снова опустить, как они тут же съезжают обратно. — Нужно было не слушать Синга и взять скутер».

Стоит об этом подумать, как память тут же подбрасывает картинки произошедшего: сжавшиеся на щиколотке тонкие пальцы, напряженно замершая фигура, бледное, будто неживое лицо Нока и чёрный человек, скрывшийся в тенях, будто какой-то призрак.

Тонг пошатывается от накатившего вдруг головокружения и упирается ладонью в стену, чтобы удержать равновесие.

Если бы он взял скутер и не решил прогуляться, то Нок, быть может, не сидел бы сейчас в комнате за стеной. Его, возможно, нигде бы уже не было.

Коротко выдохнув, Тонг снова зачёсывает волосы назад, выбираясь из-под воды, и тянется к шампуню на полке.

* * *

Бело-голубые шорты на резинке оказываются впору, хотя Тонг и предпочитает носить более свободные вещи. А вот футболка с растительным принтом в тон ложится идеально по фигуре, будто изначально была большего размера, чем шорты.

Просушив волосы полотенцем, он выходит из ванной и снова сталкивается взглядом с Ноком. Впрочем, ненадолго, тот быстро опускает его, безошибочно находя разбитую коленку, судя по тут же нахмурившимся бровям.

— Нужно обработать, — подтверждает предположение Нок. В руках его больше нет пакета со льдом, а бутылка с коробкой, что стояли на столе, теперь оказываются на полу у кровати.

— Сначала ваша нога, Кхун Нок…