Сила Немногих - Джеймс Айлингтон

Растерянность, ярость и жар схватки рвались наружу, и я едва сдержался — будь что будет. Но она слишком внимательно наблюдала за мной. Слишком ожидающе. Да, испытание. Но оно ещё не закончилось. Это было столь же проверкой моего характера. Моей выдержки. А с тем, что Надзиратель мог оказаться за каждым углом, даже громкое возражение было риском.

— Мне пришлось их убить, — процедил я наконец.

— Они уже были мертвы, юный, — был её серьёзный ответ.

Год назад я бы ушёл. Забрал Ахмосе и ушёл, и пропади всё пропадом — будучи уверен, что справлюсь сам.

Но Обитеум превратил меня в нечто менее гордое и более практичное. А ответственность научила меня сдерживать ярость. Ответственность перед Ахмосе. Перед Каэрором. Перед друзьями в Ресе. Боги, даже перед врагами там.

— Мне нужно твоё слово, Нетикрет. — Я произнёс это в пространство между нами, не в силах смотреть на неё. Почти на грани срыва. — Ахмосе остаётся невредимым. Если ты попытаешься причинить ему вред снова, любая сделка, которая тебе нужна со мной, будет закончена.

Закуй свой гнев в темноте, и он лишь вырастет.

Но иногда цепи — единственный выход.

Она медленно кивнула. Задумчиво. — Ты имеешь моё слово. — Она наклонилась вперёд, и впервые за время нашего знакомства в её царственной улыбке я увидел её призвание, отпечатавшееся в карих глазах. — Но, Сиамун? Больше никогда не говори мне «нет».

Я наблюдаю за ней сейчас, пока мы незримо скользим сквозь толпу. Женщина, привыкшая к власти. Женщина, которая нуждается в ней, думаю я. Это понятно, учитывая её занятие. Именно поэтому я ответил на её последнее требование достаточно неохотным кивком. Она привыкла добиваться своего. У меня нет намерения позволять ей это, но пока она будет считать, что её слова достигли цели.

— Наверняка существовали лучшие способы испытать меня. — Мы почти вернулись. Достаточно времени, чтобы она думала, что я кипю от злости, задыхаясь в этой ситуации. Если я буду слишком молчалив, слишком покорен — она усомнится в искренности моих чувств.

— Ни один не был таким быстрым или таким показательным.

— Возможно. Но это не строит доверие.

— Мне не нужно, чтобы ты доверял мне. У меня есть положение в этом городе. Ты — чужак, а твой юнктий — беглец. Ты существуешь лишь благодаря моей доброй воле. — Она говорит это с тихой уверенностью, направляя нас вправо, в стороне от широкого взгляда Надзирателя впереди. Мне кажется, я начинаю видеть те закономерности, что видит она, хотя и с опозданием. — Мы не союзники. Мы не друзья. Твои способности меня интересуют, но мне была нужна более полная демонстрация, прежде чем двигаться дальше.

Вэк. Такая спокойная и холодная.

— Чего же ты хочешь от Номарха? — Я приподнимаю бровь, поймав её взгляд. — В конечном счёте мне нужно это знать.

Она смотрит так, словно не намерена отвечать. Затем вздыхает. — Анонимности. Мне так же необходимо избежать проверки лица Надзирателями, как и тебе. Я хочу быть забытой Ка.

Она говорит это почти с неловкостью. Встречает мой взгляд слегка виноватым пожатием плеч.

Хороший спектакль. Я делаю вид, что верю. — Почему бы тогда просто не уничтожить Номарха, раз у тебя есть доступ?

Она фыркает. — Существуют защитные механизмы. Замещающие группы иунктиев, размещённые в других городах, всегда связанные с основным. Всегда знающие то, что знает Номарх. Уничтожь здешний — и Ка просто переправит дубликат на его место. — Она хмурится. — Не говоря уже о том, что без Номарха Дуат в конечном счёте рухнул бы. Он управляет механизмами очистки воздуха. Следит за системой фильтрации воды. Поддерживает сельское хозяйство на верхнем уровне. Лишись его — и все здесь, скорее всего, погибнут в течение нескольких месяцев. Что было бы контрпродуктивно, — добавляет она сухо.

Я ничего не говорю на это. Если Номарх управляет всеми этими системами, то он наверняка управляет и Собирателями. И, возможно, дополнительными уровнями защиты вокруг пирамиды.

С другой стороны, если именно Ка наделяет Номарха силой… Вэк.

— Как скоро ты сможешь меня туда провести?

— Подходящее окно должно открыться примерно через шесть месяцев. Мы можем обучить тебя…

— У меня нет столько времени. Мне нужны недели.

Мы отклоняемся немного вправо, огибая большую группу людей и выходя на относительно тихую улицу Нетикрет. Она хмурится. — Нам нужно подходить к этому осторожно, Сиамун. Ка, Номарх — если они почуют малейший намёк на то, что мы нашли слабость, они приспособятся. Разрушат наши шансы.

— Через шесть месяцев моя потребность добраться до Номарха потеряет смысл. — Ложь — я понятия не имею, сколько у меня времени, — но я и так уже потратил слишком много времени, просто добравшись до этого берега реки.

Мы останавливаемся у ворот резиденции Нетикрет. Она смотрит на меня. Раздражённая, но понимающая, что для того, чтобы это сработало, нужно идти на взаимные уступки. Вопреки своему прежнему заявлению, я — просто ресурс, которого ей не заменить.

— Это будет куда опаснее.

Значит, это возможно. — Лучше опасность, чем бессмысленность.

Она медленно кивает. — Наверное, лучше тебе поговорить со своим юнктием, прежде чем он увидит меня, — замечает она. — Позволь мне уйти и разузнать кое-что. Я скоро вернусь.

Она уходит, и я вхожу в успокаивающую уединённость дома, громко называя имя Ахмосе, чтобы дать ему понять, что это не очередной юнктий явился его убить. Тишина — мой единственный ответ. Я поднимаюсь на первый пролёт лестницы. Ахмосе сидит на стуле в дальнем углу тёмной комнаты. Он вздрагивает, когда я вхожу. Бронзовая сабля всё ещё сжата в руке — слишком крепко.

— Ахмосе. — Я сосредотачиваюсь на нём, стараясь не смотреть на тела и растерзанную плоть между нами. Делаю голос мягким. — Боги. Ты в порядке?

Он смотрит на меня, затем разражается горьким, слегка безумным смехом. — Превосходно.

Я занимаю место рядом с ним. Молчу. Не зная, что сказать. Мы сидим почти целую минуту, просто глядя на тела.

Ахмосе движется первым. Медленно протягивает руку, предлагая мне испачканный бронзовый клинок рукоятью вперёд.

— Я знаю, что тебе пришлось, — говорит он.

Я беру меч. Я не могу представить, каково это