Цепной пес империи - Андрей Гудков

Снежные пики гордо поднимались передо мной во всей своей красе. На многие из них никогда не ступала нога человека. Да и не скоро ступит. Пальцы потихоньку немели от холода, несмотря на теплые перчатки. Горы возвышались над нами, с усмешкой глядя на дураков, решивших их перейти.

Я оглянулся назад. Из-за поворота показалась колонна солдат. Первыми шли драгуны. Дворяне вяло ругали холод и легкий ветер. На горы они предпочитали не смотреть. Они понимали, что нас там ждет.

К идее марш-броска через хребет люди отнеслись без энтузиазма. Особенно спорил командир полка кирасиров:

— Хорошо, допустим, есть перевал. И допустим, мы переведем через него лошадей. Но чем нам их кормить? Обоз мы через перевал зимой не перетащим! Вы представляете, сколько фуража надо только одному полку? А у нас три конных полка! — горячо заявил полковник Раэл Кобек.

— Понесем на себе, — равнодушно сказал я.

— Да мы просто не сможем утянуть столько! У нас замечательные боевые лошади. Они обучены не бояться стрельбы, магии, взрывов и крови. Но они не привыкли выкапывать себе корм из-под снега.

— До гор с нами пойдет обоз. Через перевал как-нибудь переберемся. А на той стороне нас встретят инариты с припасами для людей и лошадей.

Выйти из осажденного Риола и добраться до хребта оказалось проще, чем я думал. Тяжелые бои под Риолом и начавшееся преждевременно наступление корпуса Дорханина отвлекли все силы противника. От идеи взять корпус с собой я отказался сразу. Он был медлителен и неповоротлив.

Поэтому я взял всю почти не участвовавшую в боях дворянскую гвардию. Собрал лучших бойцов инаритов. Взял с собой всех своих людей. И отправился в путь. Полк Ричарда пошел за мной.

Идти в гору оказалось тяжело. Пока уклон был небольшим и снега было мало, мы ехали верхом. Холодный ветер пробирал до костей. Зато он же смел снег с нашей дороги.

Время от времени я недовольно поглядывал в небо. Там в высоте, среди ледяных вихрей, резвились духи воздуха. И они не были нам рады.

— Подтянуться! — звонко крикнул офицер, ехавший рядом со мной.

Его команду подхватили другие офицеры и передали дальше по цепочке. Я оглянулся на колонну солдат, растянувшуюся на несколько километров. И это здесь, в предгорьях, где дорога достаточно широкая. А что будет на перевале, где придется идти по одному?

Очередной порыв ветра сорвал с меня меховой капюшон и кинул за шиворот пригоршню снега. Я зло посмотрел наверх.

— Что случилось? — спросила Арья, заметив мой взгляд.

— Местные духи злятся.

— Ты можешь их прогнать?

Я неопределенно пожал плечами:

— Не знаю. Это их земля. Если они на нас сильно разозлятся, идти будет очень тяжело.

— Демоны постарались?

— Нет, — покачал я головой. — Стихии демонам неподвластны. И стихийные духи тоже.

На привал пришлось встать на открытом месте. Волшебники укрыли лагерь от ветра и от возможных нападений. Последнее было просто мерой предосторожности. Вокруг нас не было ни души.

Солдаты готовили ужин на небольших костерках и ставили палатки. При этом традиции и привычки проявлялись довольно сильно. Солдаты Восточной армии ставили похожие одна на другую небольшие пепельно-серые палатки. У дворян и волшебников были просторные и теплые шатры. Ну а кочевники просто заворачивались в шкуры и ложились спать на снег.

Как-то само собой получилось, что палатки командиров стали ставить в один круг в центре лагеря. Там же поставили и мою с Арьей. Так что вечерние посиделки у костра превратились в ежедневные совещания. Или, наоборот, ежедневные совещания превратились в посиделки у костра.

— Обоз завтра отсылаем обратно, — сказал Харальд, глядя в огонь.

Я кивнул, соглашаясь с ним. Груженые повозки дальше просто не пройдут. По этой же причине мы не смогли взять с собой артиллерию. Через заснеженный перевал мы бы ее не перетащили.

— Значит, прогулка закончилась, — вздохнул Кайал, командир драгун.

— Ага, рационы сокращаем до походных, — добавил Раэл Кобек.

— Бери, Маэл. — Ричард протянул мне открытую бутылку с ромом. — Надо допить что осталось. Не тащить же лишний груз.

Я молча отхлебнул из бутылки и протянул ее Арье. Девушка неуверенно попробовала и закашлялась. Я достал из кармана кусок шоколада и дал ей закусить.

Харальд поворошил угли в костре и посмотрел на сидящую рядом Лиру. Сегодня он еще раз попытался отговорить ее идти с нами. Девушка, несмотря на недавнюю рану, наотрез отказалась оставаться в Риоле.

Харальда я тоже брать не хотел. Думал оставить его командовать в Риоле. Но он не согласился.

— Маэл, а есть смысл защищать Риол, если они откроют врата?

— Нет, — скрипнув зубами, признал я. — Но что будет, если за время нашего отсутствия они захватят Риол?

— Ничего страшного. В городе остаются ополченцы и вся наша пехота. А рядом сражается целый корпус. Альба удержит город. Тебе я нужнее.

Честно говоря, я рад был видеть Харальда рядом с собой. Хладнокровный северянин быстро стал мне если не другом, то человеком, которому я бы без колебаний доверил прикрывать свою спину.

Где-то недалеко тоскливо завыл степной волк. Все невольно повернулись в сторону воя.

— Он чует беду, — медленно произнес Тейгар-кан.

Он тоже сидел среди нас как один из командиров. Но чувствовал себя неуютно. Не привык он на равных разговаривать с имперскими военными. Офицеры тоже не рвались общаться с ним. Кроме Ричарда. Он единственный активно пытался найти общий язык. И опыта в этом деле ему не занимать.

— Что? — переспросил Ричард.

— Волки так воют перед большой бедой.

— Животные чувствуют катастрофы, — сказала Арья. — И демонов тоже.

Разговор после этого затих. Я не стал ни от кого скрывать правду. Последний солдат в отряде знал, куда мы идем и что будет, если опоздаем. Но солдаты все равно не понимали всей опасности. А вот офицеры прекрасно все понимали.

Поле было залито кровью. Повсюду лежали тела разорванных на части людей. На небо я не смотрел, но чувствовал, что там тоже что-то страшное. Налетел порыв ветра. Злой, чужой ветер начал яростно трепать одежду.