Тарнсмен Гора - Джон Норман

– Понятно.

Сарм коснулся металлических предметов у себя на шее.

– Они тоже имеют значение, - сказал он.

– Украшение в честь праздника Толы, - предположил я.

– Больше этого. Посмотри на них внимательно.

Я подошел к Сарму и осмотрел эти куски металла. Одни из них напомнили мне совки, другие шила, третьи ножи.

– Это инструменты, - сказал я.

– Давным-давно, за много роев до этого, так давно, что ты себе и вообразить не можешь, с помощью этих инструментов мой народ начал путь к царям-жрецам.

– А как же видоизменения сети ганглий?

– Эти предметы древнее, - сказал Сарм. - Возможно, если бы не они и не те перемены, которые они вызвали в жизни, никакого видоизменения ганглий не было бы. Потому что сами по себе видоизменения нервных узлов имели бы малую практическую ценность и не стали бы постоянными.

– Может показаться, - невинно заметил я, - что, вопреки твоему вчерашнему высказыванию, именно эти кусочки металла, а не восемь нервных узлов есть подлинные источники могущества царей-жрецов.

Сарм раздраженно подергал антеннами.

– Нам пришлось их делать и использовать, - сказал он.

– Но ведь ты сам сказал, что они древнее модификации сети ганглий, - напомнил я.

– Это неясный вопрос, - сказал Сарм.

– Да, вероятно, ты прав.

Лезвия Сарма мелькнули и снова исчезли.

– Хорошо, - сказал Сарм, - источник могущества царей-жрецов в элементарных частицах вселенной.

– Хорошо, - согласился я.

Я с удовольствием заметил, что только с огромным напряжением Сарм сохранил самоконтроль. Все его огромное тело, казалось, дрожит от гнева. Он плотно прижал хватательные отростки, чтобы помешать непроизвольному появлению лезвий.

– Кстати, - спросил я, - а как можно убить царя-жреца? При этом я заметил, что бессознательно определяю расстояние до Сарма.

Сарм успокоился.

– Это нелегко с твоим маленьким оружием, - сказал он, - но Миск не сможет сопротивляться, и у тебя будет столько времени, сколько нужно.

– Я что, его просто зарежу?

– Бей по нервным узлам в груди и в голове, - сказал Сарм. - Тебе потребуется не больше полусотни ударов.

Сердце у меня упало.

Похоже, цари-жрецы неуязвимы для моего меча, хотя, вероятно, я могу их серьезно ранить, если перерублю чувствительные волоски на конечностях или соединение груди с животом, а также глаза и антенны, если дотянусь до них.

Потом мне пришло в голову, что, возможно, есть важные жизненные центры, не упомянутые Сармом; может быть, крестец или орган, перемещающий по телу жидкости и соответствующий нашему сердцу. Но, конечно, он мне о нем не скажет, не покажет, где он помещается. Он хочет, чтобы я просто изрубил обреченного Миска, как будто он куб нечувствительных грибов. Я этого не сделаю не только из-за тех чувств, что испытываю к Миску; даже если бы я хотел его убить, я не стал бы этого делать таким способом. Не так убивает обученный воин. Я должен отыскать сердце или соответствующий ему орган в груди; потом я вспомнил, что, предположительно, органы дыхания тоже должны размещаться в груди; однако я знал, что они у царей-жрецов в животе. Хорошо бы мне повнимательней ознакомиться с нитями запахов Миска, но времени на это у меня не было, да и если бы я их прочел, мой переводчик сообщил бы только термины-этикетки. Проще будет, приблизившись к Миску с мечом в руке, просто спросить у него об этом. Почему-то я при этой мысли улыбнулся.

– Ты пойдешь со мной, чтобы присутствовать при смерти Миска?

– Нет, - ответил Сарм, - потому что сегодня праздник Толы и я должен дать гур Матери.

– А что это значит?

– Людей это не касается.

– Хорошо, - сказал я.

– Снаружи тебя ждет транспортный диск и два мула: Мул-Ал-Ка и Мул-Ба-Та. Они отведут тебя к Миску и потом помогут избавиться от тела.

– Я могу на них полагаться?

– Конечно, - сказал Сарм. - Они верны мне.

– А девушка?

– Вика из Трева?

– Да.

Антенны Сарма свернулись.

– Мул-Ал-Ка и Мул-Ба-Та расскажут тебе, где ее найти.

– Они обязательно должны идти со мной?

– Да, чтобы убедиться, что ты хорошо справился.

– Но ведь тогда слишком многие будут об этом знать.

– Нет, - возразил Сарм, - потому что я приказал им по завершении твоей работы отправиться в помещения для разделки.

Я некоторое время молчал, глядя на нависшего надо мной царя-жреца.

– Куск может быть недоволен, - заметил Сарм, предвидя мое возражение, - но успокоится, к тому же он всегда может синтезировать новых.

– Понимаю, - сказал я.

– К тому же он подарил их мне, и я могу делать с ними, что захочу.

– Понятно.

– Не беспокойся о Куске.

– Хорошо, - сказал я, - постараюсь не беспокоиться о Куске.

Сарм отступил в сторону, открывая проход к двери. Он поднял свое тело почти вертикально.

– Желаю тебе удачи в этом деле, - сказал он. - Совершив его, ты окажешь великую услугу рою и царям-жрецам и тем самым заслужишь великую славу и жизнь, полную почета и богатства. И прежде всего ты получишь рабыню Вику из Трева.

– Сарм щедр и великодушен, - сказал я.

– Сарм твой друг, - донеслось из транслятора.

Покидая комнату, я заметил, что Сарм отключил переводчик.

Потом поднял конечности в благословляющем жесте.

Я несколько иронически в ответ поднял правую руку.

До моих ноздрей, теперь натренированных различать оттенки запахов в моей практике с переводчиком Миска, донесся новый легкий запах, компоненты которого я без труда распознал. Это была очень простая фраза и, конечно, не переведенная транслятором Сарма. Она означала: "Умри, Тарл Кабот".

Я улыбнулся и вышел из комнаты.

20. ОШЕЙНИК 708

Снаружи меня ждали Мул-Ал-Ка и Мул-Ба-Та.

Они прилетели на диске, и этого обычно было бы вполне достаточно, чтобы вызвать у них радость, но на этот раз они не казались счастливыми.

– Нам приказано, - сказал Мул-Ал-Ка, - проводить тебя к царю-жрецу Миску, которого ты убьешь.

– Нам также приказано, - добавил Мул-Ба-Та, - помочь тебе избавиться от тела в месте, которое нам назвали.

– Нам приказано также, - продолжал Мул-Ал-Ка, - поддерживать тебя в твоем намерении и напоминать о тех богатствах и почестях, которые тебя ожидают.