Каменный клинок - Василий Горъ

— Фигня, братан! — Вовка, замечая ухудшение его настроения, мигом менял точку приложения своих шуток, и пытался его развеселить: — Запомни, не боги горшки наполн… обжигают, а, значит, сможешь и ты. Ну что ты чешешь репу, а? Посуди сам — среди твоих соплеменников ни одна падла не заканчивала МГИМО. Дуролом на дуроломе. Так что в принципе выбор посла — дело довольно простое. В кого ни ткни пальцем — попадешь. Хорошо, если не на бабки. Таким образом, мы приходим к тому, что твоя кандидатура — лучшее, что у нас есть. Почему? Ты что, совсем деревянный?

Столько дней общения с нами даром тебе не прошло! Ты уже облагорожен до предела.

И, кроме всего прочего, уже пил с самим Митькой. То есть, принят в число любимых друганов и собутыльников. Еще пара совместных походов по бабам, и вас водой не разольешь,… Усек?

Усекать у Будильника не получалось, но Щепкину на это было наплевать: «Главное, что мальчика пристроили. Теперь бы еще нормально пожрать… и можно что-нибудь замутить эдакое. Чтобы все тут вздрогнули и охренели»…

С последним особых проблем не возникло — к моменту, когда наша небольшая процессия выдвинулась из ворот императорского дворца, большинство придворных находилось в состоянии шока. Или близко к нему: волей Митриха Тринадцатого, весьма расстроенного перспективой нашего скорого отъезда, всем нам были пожалованы дворянские титулы, подарены нехилые поместья, дома в столице и всякая мелкая хрень типа коней, кубков, блюд, браслетов, колец, и тому фигни. Правда, по мнению Вовки все это нами было честно заработано:

— Только попробуй отказаться! — рычал он на Арти, совершенно не обращая внимания на охреневшие выражения лиц всяких там министров и местного бомонда, присутствовавших на церемонии. — Иггера нагнули? Нагнули. Его рейнджеров заколбасили? Заколбасили. ЦУ по поводу и без понадавали? Понадавали… Что еще тебе надо? Да если эти придурки воспользуются половиной наших советов, через пару лет империя станет раза в три больше и раз в двадцать богаче! И потом не все же время нам ютиться в этом долбаном дворце? Вот приедем в отпуск, а у нас тут собственный дом… Коники там, посуда… Лепота, дурень!

В общем, отказаться Арти не сумел. Да и не очень-то ему и хотелось…

До перевала «Стена Большой Крови» долетели дня за четыре. И то, потому что ленились вставать на рассвете. И нехотя отдали лошадей сопровождавшим нас гвардейцам императора: затащить бедных животных на отвесную стену можно было бы только с помощью грузового вертолета или какой-нибудь офигенной лебедки. Ни того, ни другого поблизости не наблюдалось; Эол с его ботом прохлаждался на Элионе, поэтому, попрощавшись с солдатами, мы вынуждены были слегка поднапрячься — подниматься по скале, хлопая ушами, смог бы, наверное, только Ольгерд. Хотя, в принципе, и я не особенно уродовалась. А вот Рыжик сдохла метров за пятьдесят до вершины: подниматься в таком темпе ей оказалось тяжеловато. Так что с этого момента я получила возможность издеваться над взвалившим ее на плечи Вовкой:

— Слышь, гад, ты за что это ее держишь? При живой-то жене! Эх, вот вечно вы так — стоит дорваться до молодухи, как начинаете распускать руки… Слюнки-то утри, старый развратник! А то забуду, что являюсь воплощением гуманизма, и взгрею так, что мало не покажется…

Вовка, «простимулированный» моими шуточками, пролетел оставшееся расстояние минут за десять. И, скинув с плеч красную, как рак, девчонку, вытер со лба выступивший на нем пот:

— Ну, ты и чучундра, Хвостик! Нет, чтобы помочь морально?

— А я чем, по-твоему, занималась? — притворно обиделась я. — Если бы не моя помощь, ты бы все еще дох там, внизу. Изображая из себя паучка с травмированными лапками… А тут р-р-раз, и на вершине!

— Ты был на редкость быстр… — поддержал меня Арти. — Я просто восхищен! Да и девочка должна быть в восторге…

— У-у-у, гады… — оглядев справившуюся со стеснением Огненную Гриву, Глаз кинул взгляд на небо, на котором собирались кучевые облака, и вздохнул:

— Может, пока погода летная, спрыгните со скалы сами? А то, боюсь, пока я вас буду ловить, погода окончательно испортится, и вы, упав в грязь, перепачкаетесь, как свиньи…

— Кстати, насчет погоды ты прав — ночью пойдет дождь… — подал голос чрезвычайный и полномочный посол. — Так что надо поторопиться. Ближайшее место, где можно нормально переночевать — в трех часах быстрой ходьбы… А до заката — два с мелочью… …Деревня клана Вепря выглядела, как рынок в Аниоре во время осенней ярмарки — взбудораженные нашим появлением горцы высыпали из своих шалашей, и, забыв про моросящий дождь, присоединялись к толпе, сопровождавшей нас к «шалашу Совета» с самой окраины. Причем, как ни странно, особой радости в их глазах лично я не заметила — скорее, они пытались поверить своим глазам или просто проснуться.

— Шо буркалы выпятили, лемурчики? — в какой-то момент не выдержал Вовка. — Эта ми, кошьки, абратно идьем!

Увы, шутка не помогла — на лицах горцев не появилось и тени улыбки.

— Ладно, намек понял… — буркнул Щепкин и, остановившись перед выбирающимся из шалаша вождем клана Каменного Вепря, мрачно уставился на него:

— Что за фигня, вождь? Где салют, оркестр, цветы? Вы тут что, обкурились с горя, что ли?

— Вовки Броска Змеи больше нет! — пропустив мимо ушей его вопрос, Вепрь поднял вверх ладонь, и в толпе его перешептывающихся соплеменников мгновенно затихли всякие разговоры. — Лиен Удар Копытом видел долину Серого Песка и его следы. Там нет врага. Но и Великого Военного Вождя тоже нет… Что за демон в тебе, воин?

Вглядевшись в небольшой топорик, украшенный какими-то непонятными узорами, перевитый шкурками змей и полосками непонятно чьей кожи, я вдруг сообразила, чем наш оппонент собрался от нас обороняться, и расхохоталась:

— Слышь, Вован, он решил, что мы — духи! И выступил на защиту племени с этой вот магической хренью!!!

— Я не демон, Вождь! — мигом изменившись в лице, Вовка пристально посмотрел в глаза нашему собеседнику, и глухо поинтересовался: — Где Удар Копытом? Я хочу его видеть!!!

— Он вот-вот будет готов, демон! — без тени страха ответил ему Вепрь. — Имей терпение, раз пришел незваным…

— Хорошо… — не стал спорить Щепкин. — Я подожду. Но недолго — у меня начинает портиться настроение…

— Я тебя не боюсь, дух! — Посмотри на небо — там, за облаками, солнце, а, значит, ты еще не в полной силе… — взмахнув топориком над головой, зарычал Вепрь. — И до восхода Черной Звезды еще седмица…

— Это я не в полной силе? — возмутился было Щепкин, но тут из шалаша показался Лиен, и я, разглядев его прикид, поняла, что еще немного, и в истерике рухну прямо на мокрую траву!

Воин был абсолютно наг. Если не считать одеждой искусно выделанную морду вепря на голове и узоры на теле, нанесенные чем-то красным, быть может, даже и кровью.

Вовка охренел не меньше, чем я: подобрав отвалившуюся челюсть, мой благоверный ошарашенно посмотрел на стоящего перед ним вождя и, слегка придя в себя, поинтересовался: