Кровь Амбера - Роджер Желязны

— Не валяй дурака. Я прошу тебя лишь ответить напрямик.

— На какой вопрос?

— Куда ты увел меня с берега в ту ночь?.. Где находитсяэто место?

— Это… это был лишь сон.

— Чушь собачья! — Она повернулась ко мне. Лицо еевспыхнуло, глаза заблестели, но на моем лице она не прочла ответа. — Ямного раз приходила туда, пыталась найти путь, по которому мы тогда шли. Тамнет пещеры. Ничего нет! Куда все это подевалось? Что происходит?

— Может, был сильный прилив…

— Мерль! Ты что, считаешь меня идиоткой? Дороги, покоторой мы шли, не существует. Никто в округе не слышал о подобных местах. Онигеографически невозможны. И время дня, и времена года несколько раз менялись.Единственное объяснение этому — сверхъестественное, или паранормальное, называйкак хочешь. Скажи мне, что произошло? Ты должен ответить и знаешь это! Чтослучилось? Куда мы попали?

Я отвел взгляд, посмотрел на свои ботинки, потом на цветы…

— Я… не могу сказать.

— Почему?

Ну что я мог ответить? И дело не только в том, что мойрассказ о Тени мог значительно поколебать, а то и вовсе разрушить еепредставление о реальной действительности. Главная загвоздка была в том, чтопришлось бы объяснять, откуда мне это известно, а значит, и сказать, кто ятакой и откуда. А я боялся открыть ей правду. Я сказал себе, что это положитконец нашим отношениям, так же, как и мой отказ ответить на ее вопрос. И раз ужнам все равно расставаться, лучше пусть она останется в неведении.

Позднее, гораздо позднее я взглянул на все это так, как онона самом деле и было: истинная причина моего нежелания ответить на ее вопросысостояла в том, что я не готов был довериться ей, да и кому-либо другому. Такблизко к себе я никого не подпускал. Возможно, будь мы знакомы дольше, лучше —например, через год, — я, быть может, и объяснил бы ей. Не знаю. Мыникогда не произносили слово «любовь», хотя, возможно, оно мелькало в еемыслях, как и в моих. Возможно, тогда я просто не любил ее так сильно, чтобыдовериться ей, а потом стало слишком поздно.

Итак, я ответил:

— Я не могу тебе этого сказать.

— Ты обладаешь силой, которой не хочешь делиться.

— Считай так, если хочешь.

— Я сделаю все, что ты пожелаешь; дам любое обещание,какое ты потребуешь от меня.

— Не могу ничего сказать тебе. Есть причина.

Она встала, подбоченилась:

— И что это за причина, ты, конечно, тоже не можешьсказать.

Я кивнул.

— Ты живешь в одиноком мире, маг, если туда не данопопасть даже теи, кто любит тебя.

В тот момент я счел это ее последней уловкой, еще однойпопыткой заставить меня открыться. Мое решение созрело окончательно.

— Я этого не говорил.

— Тебе и не нужно, ты достаточно красноречивомолчишь!.. Если знаешь дорогу в ад — можешь отправляться туда прямо сейчас!Прощай!

— Джулия, не надо…

Она предпочла меня не услышать.

Натюрморт с цветами…

Пробуждение. Ночь. Осенний ветер за окном. Сны. Бестелеснаяпульсирующая кровь жизни…

Я опустил ноги с кровати и сел, протирая глаза, массируявиски. Когда я закончил рассказывать Рэндому всю историю, был солнечный день, ион отправил меня отсыпаться. Я страдал из-за разницы во времени и был сильноизмотан, так что который сейчас час, сказать никак не мог.

Я потянулся, встал, привел себя в порядок и надел чистуюодежду. Все равно не засну, к тому же есть охота. Выходя из комнаты, яприхватил теплый плащ; чем спускаться в кладовку, лучше прогуляться иперекусить где-нибудь в городе. Я ведь не выбирался из дворца почитай чтонесколько лет.

Я спустился вниз, прошел через несколько комнат в большойзал, соединенный с коридором, в который я мог попасть сразу, спустившись слестницы. Но тогда я упустил бы возможность полюбоваться прекрасными шпалерами.Вот идиллия в лесу, где на траве парочка предается послеобеденным ласкам; вотохота, псы и люди преследуют великолепного оленя-вожака, и кажется, что у оленяесть шанс спастись, если он сумеет сделать гигантский прыжок…

Пройдя через зал и коридор, я подошел к боковому входу водворец, где скучавший стражник по имени Джорди, заслышав мои шаги, принялбдительную позу. Я решил поболтать с ним и узнал, что он будет дежурить дополуночи, то есть еще почти два часа.

— Собираюсь прошвырнуться по городу. Скажи, где здесьможно неплохо поужинать в это время?

— А что вы предпочитаете?

— Дары моря.

— Может, «Поющие кущи»?[3] По спуску доБольшой площади, не доходя примерно треть. Готовят отменно, модное заведение.

Я покачал головой:

— Не хочу в модное.

— Еще хорошим считается «Невод», ресторанчик на углуКузнечной и Скобяной. Он не из модных.

— Ты сам-то туда не ходишь?

— Ходил раньше. Но не так давно его завсегдатаями сталидворяне и богатые торговцы. Теперь мне там сидеть неуютно. Клубная атмосфера ивсе такое.

— Черт побери! Мне ни к чему ни болтовня, ни атмосфера.Я просто намерен съесть кусок хорошей свежей рыбы.

— Ну, тогда нужно прогуляться довольно далеко.Спуститесь к докам, на ту сторону залива, к западу… Хотя, пожалуй, туда вамлучше не ходить. Уже поздно, а когда стемнеет, там небезопасно.

— Это случайно не Закуток смерти?

— Да, сэр, его порой так называют, потому что поутрутам иногда находят трупы. Может, все же вам не стоит идти туда одному? Ступайтелучше в «Невод».

— Джерард как-то днем водил меня в тот район. Думаю, янайду дорогу. Как называется кабачок?

— Хм-м… «У Кровавого Билла».

— Спасибо. Передам Биллу от тебя привет.

Он покачал головой:

— Не выйдет. Заведение так назвали в честь смертиБилла. Теперь там заправляет его двоюродный брат Энди.

— Ясно. А как оно называлось раньше?

— «У Кровавого Сэма», — ответил он.