Избранница Серых холмов - Инесса Иванова

— Когда мы приедем на постоялый двор, я обязательно сообщу по магическому шару в столицу об этом происшествии, — продолжил Арлен, будто оправдывался за то, что вообще допустил оплошность. — Меры примут, лес снова заснёт и станет безопасным.

Ищейка задумался, опустив поводья, и каярд, бросая на меня странные взгляды, пошёл рядом с повозкой. Мы оба молчали, каждый задумавшись о своём, а потом, будто очнувшись, фейри легонько похлопал коня по холке, и тот замедлился.

— Я рад, что вы вернулись, Меви, — произнёс Арлен, смотря мне в глаза. И развернул коня, чтобы вернуться к напарнику.

Я долго смотрела фейри вслед. На душе сделалось спокойно и легко, будто я лишний раз убедилась: выбор сделан правильно, иного и быть не могло.

— Вот, держите, арта, — Кхира услужливо вложила мне в руки тёплую деревянную кружку, от мутного содержимого которой шёл насыщенный горьковатый запах. — Я приготовила его сама, не беспокойтесь.

Служанки Уны, дремавшие напротив и напоминавшие пичуг, заснувших рядышком на ветке, сонно зашептали обрывки молитв. Наверное, им снилось что-то тревожное.

— Ищейки разрешили остановиться и собрать травы, — продолжила Кхира, заставляя меня сделать большой глоток. Надо же, мы с ней почти ровесницы, а она ведёт себя как старшая сестра.

На моих глазах выступили слёзы благодарности, и я нашла слова, чтобы выразить её так, как чувствовала.

— Что вы, в самом деле, арта! — махнула рукой Кхира, утирая глаза краем шали, накинутой на плечи. — Эта моя обязанность. Помните, ваша матушка, покойная королева Нела, всегда выделяла меня и взяла в услужение, когда остальные чурались цвета моей кожи? Я всё помню и не оставлю вас. Куда вы, туда и я!

— Я очень рада, что ты у меня есть. И перестань величать меня артой, — произнесла я, стиснув её маленькую ручку. — Хотя бы, когда мы наедине. Расскажи-ка лучше, сестрёнка, что произошло, пока я спала?

И я подмигнула Кхире, легонько ущипнув девушку за плечо.

Она так громко захохотала, всплеснув руками, что чуть было не разбудила служанок и Уну, не встревожила фейри, прервавших разговор и с тревогой посмотревших в нашу сторону.

Я помахала Ищейкам рукой в знак того, что всё хорошо и придвинулась ближе к Кхире. Мне было так спокойно, как никогда с тех пор, как мама умерла, а отец исчез, предварительно сочетавшись браком с Жиннивер.

Кхира принялась во всех подробностях расписывать, что случилось после того, как Арлен и Маркус вынесли нас с Уной на руках из заколдованного леса.

— Деревья, будто сами расступались, выпуская вас, — рассказывала девушка, и хоть я знала, что она немного приукрашивает, слушала с удовольствием. — Тот, что старше, положил вас, Меви, в повозку и так раскричался на меня, будто это я была виновата в том, что вы попали в беду. Но я ответила, что не кричать надобно, а быстренько сбегать за подорожником и жимолостью. Вы обе с Уной выглядели, словно мёртвые, но я-то умею помочь. И знаете что, Меви? Вы улыбались. Я тогда сразу поняла, что всё пойдёт на лад. Дай, думаю, только в чувства вас приведу.

Я покачала головой и рассказала всё, что случилось в лесу, опустив самую малость. Поцелуй Арлена. Это ведь не был поцелуй в полном смысле слова, фейри хотел вернуть меня из мира иллюзий, и у него это получилось, так что случившееся — всего лишь средство. Не более того. Не стоит и вспоминать.

Я случайно дотронулась до губ, будто могла разбудить воспоминания о том прикосновении. Раньше меня никто не целовал, поэтому, наверное, это затронуло душу. Впрочем, не стоит жить прошлым. Его уже нет, а есть неизвестность и дорога, уходящая в никуда.

— Нам теперь ночевать в поле? — спросила я, глядя на небо, и безошибочно определила, что ещё нет и полуночи. Каждая мелиада легко читала знаки, написанные на огромном полотне жизни.

— Нет, я не успела до этого дойти, — обиженно надула губки Кхира и я уговорила её продолжить рассказ. — Мы едем к мелиадам, живущим в дубах. Представляете?!

Чёрные глаза служанки расширились от восторга, а я смотрела в них и не верила своим ушам: это не-ве-роят-но! Сказочно! Так не бывает! Может, судьба сохранила меня именно для того, чтобы в конце пути вознаградить за терпение?

— Мы едем к дубовикам! — прошептала я, приложив руки в груди, чтобы сердце, зашедшееся от восторга, не выскочило из груди и не бросилось вперед повозки. — Я поговорю со Старейшиной.

Это означало одно: если той будет угодно, я не поеду дальше. К сидам отправится Уна. Старейшина мелиад, поклоняющихся дубам, приходилась мне дальней родственницей и помнила мою мать. Как и тех, кто косвенно был повинен в её смерти.

Она подскажет, что делать. И поможет.

***

Путь к дубовикам не занял больше пары часов. Я, наконец, очутилась среди дальних родственников. Конечно, мы виделись, когда мне было не больше пятидесяти лет, с тех пор прошло столько же, и вот из девочки я превратилась в девушку.

А Старейшина Эвелин из рода Шайла всё так же оставалась зрелой женщиной. В той самой поре, когда дети уже выросли настолько, что могут не цепляться за материнскую юбку.

— Звёзды сказали мне, что вы близко и ищите нашей защиты на ближайшие ночи, — когда с приветствиями было покончено, произнесла она тихо, откинув назад гриву белоснежных волос, вьющихся до самых колен.

— Одну ночь, арта Эвелин, — поправил её Арлен, спешившись и передав каярда в руки лесным жителям.

На этот раз чудные кони не растаяли золотистой дымкой, а позволили взять себя под уздцы, на всякий случай обнажив острые зубы. Но мелиады, живущие в дубах, ничуть не смутились, а лишь поклонились плотоядным четвероногим, признавая их особость, и увели прочь, на окраину поселения.

— Пусть так, арт, — согласилась Эвелин. — Всевидящие Духи сами решают наши судьбы, не будем оспаривать их право.

— Позаботьтесь о девушках, — продолжил Арлен, давая знак засмотревшемуся по сторонам Маркусу.

Дома мелиад-дубовиков несильно отличались от наших, но всё же были иными, не такими, как в ясеневых рощах. В стволе дубов хватало место для нескольких семей, здешний народ жил более кучно, чем мы, и не считал это ущемлением своих интересов.

— Конечно, арт. Они никуда не денутся, будьте покойны.

И Старейшина указала худой рукой на ближайшее дерево, в котором располагались её личные покои.

— Мабон уже близко, — сказал на прощание Арлен. — Через восемь дней пути мы должны прибыть к Серым холмам, но ведь вам это и так известно. А мне известно, что лично вы находитесь в родстве с Меви из рода Леонориев.

Я вздрогнула. Они говорили обо мне так, будто нас здесь нет. Меня и Уны, уже пришедшей в себя и сонно обводившей взглядом всех присутствующих. Мы с Кхирой сошли на землю, а служанки моей соперницы остались сидеть подле своей госпожи, поддерживая и оберегая ещё слабую девушку.

— Никто не смеет противиться воле живущих в подземных чертогах, — с мягким укором произнесла Эвелин и дала знак своему народу расходиться. — Ни я, ни королева Фенелла. Она просила извиниться за отсутствие, но с некоторых пор её величество дала обет уединения, поэтому не может присутствовать на нашей встрече. Но если у вас, арты, есть просьбы или пожелания лично к её величеству, я ей передам.