Небо примет лучших - Ирина Сон

Заклинатель же стоял на коленях, как и полагалось высокородному гостю. Правда, на моей памяти ещё ни один гость не сохранял при этом столько достоинства.

Я прибыл в самый разгар спора.

– Нет, я не согласна! – звенящим от ярости голосом выпалила госпожа Сайна. – Октай мой по праву кровной мести, и я не отдам его!

– Однако он вам не принадлежит, госпожа, – спокойно возразил Лао. – Им распоряжается наследный принц.

– Конечно-конечно, им распоряжаюсь я, – елейным голосом пропел принц Чан. – И меня вполне устраивает его служба. Я готов сделать ценный подарок Долине Горечавки, однако Октай – мой раб и останется моим и впредь.

– А вот это мы еще посмотрим! – воскликнула госпожа Сайна, метнув на него гневный взгляд, и склонилась к императору Алтану. – Мой властительный племянник…

Император с такой тоской взглянул на меня, что стало ясно – он не хочет разбираться, кому там я принадлежу, а хочет, чтобы все убрались подальше от его рабочего кабинета и больше не мешали.

– Но что ваша месть, когда стоит вопрос платы за меня? – продолжал принц Чан издевательским тоном. – Ведь я – будущее этой страны. Что вам один потасканный наложник, не так ли?

– Это господин Гармонии! – задохнулась госпожа Сайна. – Единственный источник жизненных сил во дворце! Он стоит, как все ваши телохранители, принц!

– Правда? Что-то мне не показалось, что вы его так берегли и ценили, как положено ценить единственный источник жизненных сил. Вся спина в шрамах, да и тюремная стража рассказала мне много интересного о его пребывании в темнице. Год назад он пробыл там девять месяцев. Напомните, за что вы его туда отправили?

Госпожа Сайна гневно поджала губы и ничего не сказала. Причиной послужила моя неудача: у меня не вышло соблазнить супругу первого императорского советника, и у госпожи Сайны сорвались некие планы, которыми она со мной так и не поделилась.

– Впрочем, мне всё равно, – принц сел, оперся локтем на колено, с нарочитым безразличием окинул меня взглядом и повернулся к Лао. – Господин заклинатель, вы уверены, что желаете именно его? Поверьте, работницы столичного дома услад и то будут чище.

– Да, – вдруг сказал до этого молчавший император Алтан, и принц с госпожой замолчали. – Возьмите другого раба, господин заклинатель. Этот – недостойная плата за жизнь наследника. У нас есть прекрасные телохранители. А если вы ищете ученика, можете выбрать любого из придворной школы слуг… И даже не слуг. Любой аристократ будет рад отдать в вашу Долину своего отпрыска.

Он замолчал, словно бы и не требуя ответа, устало прикрыл глаза, повернулся к окну. Бисерные подвески императорского убора закачались, отбрасывая блики на изумрудный наряд.

– Нет. Мне нужен именно этот наложник, – повторил Лао.

– Послушайте, отец, тётушка. Это в первую очередь моё дело, поскольку именно по моей просьбе и благодаря мне заклинатель Лао прибыл сюда и именно мне он помог, – вмешался принц Чан и в упор посмотрел сначала на госпожу Сайну, а затем на императора. – Вам так не кажется?

Госпожа Сайна побледнела почти до синевы, и косметика превратила её лицо в посмертную маску – лишь жуткий огонь запылал в глазах.

– Конечно, мой принц, вы правы, – проскрипела госпожа жутким тихим голосом.

– И всё же, сын… – с сомнением произнёс император, словно призывая к остаткам сыновьей совести, но замолчал, наткнувшись на твёрдый, непоколебимый взгляд.

– Октай останется бесправным рабом, – перебил принц Чан, со скукой разглядывая меня, затаившего дыхание. – Моим рабом. Заклинатель Лао, со всем уважением, но я не могу отдать его вам.

Принц в упор посмотрел на меня – и его глаз дернулся в намёке на подмигивание, а губы на миг сложились в хулиганскую улыбку, от которой по моей спине прошёл холодок. Наследник явно замыслил что-то, и вряд ли это было что-то хорошее для меня!

– Давайте так. За моё исцеление мы подарим Долине Горечавки пару белых лошадей из императорских конюшен и заплатим двести тысяч золотом. Вполне справедливая цена. А Октая заменим изящным молодым рабом…

– Этот наложник послужил бы скромной наградой для скромного целителя, – возразил Лао и поспешно склонил голову. – Мой император, мне нужен раб для экспериментов. Этот раб подходит лучше всех.

– Тогда тем более я вам его не отдам, – скучающе произнёс принц Чан. – Белоснежная пара из наших конюшен, двести тысяч золотом, молодой раб лично вам – это всё, что мы можем отдать, заклинатель Лао. Но если вам так хочется…

Поникший Лао встрепенулся и вновь с надеждой поднял голову.

– Нам нужно восстанавливать школу Поднебесного Эха и набирать отряд императорских заклинателей. Почему бы не начать с обучения господина Гармонии заклинательскому искусству? Ведь, как вы говорите, он достаточно талантлив. С позволения императора вы можете остаться при дворе и обучать господина Гармонии, – довольный своей выдумкой принц Чан хлопнул в ладоши. – Чудесная мысль, не так ли, тётушка? Отец?

Император попытался выдать согласную улыбку, но она больше напомнила болезненную судорогу на окаменевшем лице. Госпожа главная врачевательница и вовсе выглядела так, словно её вот-вот хватит удар – так бешено раздувались её ноздри и тряслось тело. В её взгляде, направленном на меня, читалось пожелание долгой и мучительной смерти. Какой плевок в лицо! Какая оплеуха! Если бы дело не касалось меня, я бы восхитился. Увести из-под её носа главное лекарство, которое станет привлекательнее и полезнее, начисто оборвав возможность им пользоваться… Какая ужасная жестокость!

– О, это… это будет замечательно! Мне понадобится отправить несколько писем, но я уверен, Старейшины дадут добро на службу во дворце, – обрадованно согласился заклинатель Лао и повернулся ко мне. – Господин Гармонии Октай, не окажете ли мне честь стать моим учеником?

Словно от моего отказа что-то поменялось бы! После долгой растерянной паузы я открыл рот:

– …Да?

– Прекрасно, – удовлетворённо кивнул Лао.

Принц Чан же источал радость и жизнелюбие – особенно довольной его улыбка становилась, когда взгляд обращался к императору и госпоже.

– Но тогда я настаиваю, чтобы вы, заклинатель Лао, отправились с нами в ежегодный объезд провинций, – зловещим, не предвещающим ничего хорошего голосом прошипела госпожа Сайна и взглянула на меня с приветливой улыбкой питона, сжимающего в объятиях жертву. – Ведь, как вам известно, принц Чан в этом году поедет с императором. Для неокрепшего здоровья это будет большое испытание. Я настаиваю… Мы с императором настаиваем, чтобы вы присмотрели за нашим драгоценным наследником. Мы попросим, чтобы в случае необходимости вы помогли