Тютюнин против инопланетян - Алекс Орлов

Позавтракав наскоро остатками заливной рыбы и выпив чаю, Серега буркнул жене «пока» и отправился на работу.

Несмотря на ранний час, транспортные потоки на улицах быстро набирали силу. Впрочем, трамвай был обособленным транспортным средством – именно за это он Сереге и нравился. Если бы еще не эти стыки на рельсах, которые отдавались в головах страдающих с похмелья граждан.

– У вас проездной, гражданин? – строго спросила сонная кондукторша.

– Да, только он у меня в кармане, – ответил Тютюнин.

– Ну так доставайте, гражданин, доставайте! Я что, еще должна по вашим карманам лазить, что ли? Пооборзевали совсем.

– Сейчас, он у меня на самом дне кармана. Стараясь удержаться на подпрыгивающем трамвайном полу, Серега достал варежку и только затем извлек из кармана злополучный проездной.

– Вот посмотрите, – сказал он отвернувшейся к другому пассажиру кондукторше.

– Ой, да чего же вы мне его в харю-то тыкаете! Вы мне так все глаза повытыкаете своими проездными! Понапокупали!

Тут взгляд кондукторши упал на варежку, которую держал в руке Тютюнин. Не укрылось от ее внимания и то, что из второго кармана торчала другая варежка.

– Ты чего, больной, что ли? Может, заразу какую развозишь?

– С чего вы взяли? – возмутился Серега и перед тем как положить варежку обратно в карман, на всякий случай проверил температуру. Проверил и ужаснулся – термометр показывал двадцать шесть градусов.

– Замерзло! – невольно воскликнул Серега и, запихав варежку в карман, стал растирать ее прямо через штаны.

– Чего это у тебя замерзло? – снова спросила подозрительная кондукторша, привлекая к Тютюнину внимание всех пассажиров.

– Яйцо замерзло!

Кондукторша запыхтела, как паровоз, и рванула прочь. Придя в себя на средней площадке, она обернулась и проорала:

– Что за мужики пошли! Яйца у них мерзнут! И это в мае месяце!

Пассажиры трамвая не вмешивались в разговор, однако один молодой человек протиснулся к Тютюнину поближе и негромко сообщил:

– Знаете, я могу вам помочь, поскольку являюсь дипломированным терапевтом.

– Помочь? – переспросил Тютюнин, размышляя, стоит ли догнать кондукторшу.

– Ну да! Я могу легко выписать вам таблеточек. Сортов, знаете ли, пятнадцать. Если не поможет, я могу выписать и еще…

Серега недоуменно уставился на невесть откуда взявшегося терапевта и никак не мог понять, о чем тот говорит.

Терапевт же, истолковав это молчание по-своему, продолжал:

– Я могу отправить вас на прогревание. Тоже хорошая процедура. Затем я выпишу вам направление на «гемокод», потом купите билетиков «МММ», акций «Хопер-Инвест», ну и, в конце концов, существует же еще пластическая хирургия…

– Знаешь что, Айболит, тренируйся лучше на кошечках, – сурово отрезал Тютюнин и сошел на своей остановке.

Не успел он перебежать через дорогу, как следом за ним рванула старушка, которая перед этим притворно кряхтела и охала.

Возле тротуара старуху едва не сбил большой «БМВ».

– Эй ты, уродина! Не видишь, что тачка крутая едет, а? – крикнул из окна водитель.

Старуха моментально оказалась рядом с ним и, сунув вчетверо сложенный листок, быстро проговорила:

– Отчет…

– Чего?

– Отчет бери, придурок, – зло прошипела Живолупова. – Старшему передашь.

– А, это вы, мамаша! А я вас и не узнал.

– Только не ори так. – Живолупова огляделась. – У тебя пожарной машины случайно нету?

– Нету. А надо?

– Конечно надо, чтобы весь район знал, что ты на задание едешь, чмо.