Гриф и Гильдия - Олег Бондарев

Нас преследовали. Я не мог определить точно, кто это, но в близости шпионов не сомневался. Кобольду говорить о своих догадках пока не решался, хоть и прекрасно видел, что он тоже чувствует наблюдение.

А может, это то самое предательство, о котором мне рассказывал Локи?

Может, Свэн прибился ко мне не просто так? Впрочем, никаких доказательств кобольдской вины у меня не было, поэтому поводов для волнения пока вроде бы возникать не должно.

Но тревожно все-таки!

Мы ехали как раз по тому месту Столинского тракта, где к северу виднелся Дремофоров лес. Можно попробовать спрятаться от шпионов под сенью деревьев, но потеряться в таких дебрях – дело немудреное, а следопытом я пока не стал и вряд ли когда-нибудь стану. Хотя…

– Зачем мы свернули в лес, мастер Гриф? спросил кобольд, жадно облизывая ложку. – Вы хотите узнать что-то у дремофоров?

– Да, пожалуй. Например, когда мой приятель кобольд перестанет рыгать за едой?

– Ладно вам, мастер Гриф! – степняк бодро хрюкнул, попутно разливая похлебку на рукав. Я же серьезно!

– Серьезно? Я хочу узнать имя того, кто решил спалить Выселки.

– Но вы же говорили, что это король?

– Для короля какая-то маленькая деревенька не большая проблема, чем лошадь без подков: знаешь, что с подковами лучше, но и так особо не жалуешься. Тут есть какое-то связующее звено. А ясновидцы-дремофоры могут мне помочь это звено отыскать.

– Ясновидцы? Ничего такого не слышал!

– Дремофоры очень много скрывают от остальных рас. Я знаю об их даре только по рассказам приятеля из Гильдии. Он, мой приятель, однажды выполнял задание дремофоров. Так вот… Из любопытства, а может и из-за чего другого, попросил он дремофора-заказчика прошлое его угадать. Вроде бы слышал-слышал, а и самому попробовать хочется. Так тот дремофор ему мало того, что все рас сказал, так еще и сообщил, мол, что убьют моего приятеля скоро. «Где-то месяц. Неделей больше – неделей меньше!» – так сказал ему лесной житель. Приятель, конечно, не поверил, грозился даже побить дремофора за такое предсказание – он ведь у него прошлое просил угадать, а не будущее. Но тот лишь пожимал плечами: мол, я тебя и так предостерег, чтобы ты завещание детям переписать успел. Короче, обошлось без драки: приятель поехал обратно в Тчар с удачно выполненным заданием, а дремофор остался в лесу. И что ты думаешь, Свэн? Умер мой приятель ровно через месяц после того страшного гаданья: жена отравила. Вот такой вот дар у этих дремофоров.

– Ого, – сказал кобольд после моего увлекательного рассказа. – Никогда бы не подумал, что кто-то может смерть предугадать! Вот бы мне знать!

– А толку с этого знания? Так бы жил мой приятель спокойно и умер бы, ни о чем не подозревая. А так он весь месяц на нервах ходил, каждой тени шарахался и от дел прибыльных отказывался. Да и с женой каждый день ругался, порой даже бил!

– Что ж, может, вы и правы, – сказал кобольд после небольшой паузы. – Давайте тогда действительно останемся здесь еще на денек и узнаем, кто же все-таки сжег ту деревню!

– Конечно, останемся, – хмыкнул я, отбрасывая пустую миску в сторону. – Я чего-то спать не хочу, так что можешь вздремнуть часок-другой покараулю.

– Спасибо, мастер Гриф. – Кобольд тут же завалился на бок и, закутавшись в одеяло, громко захрапел. Ему наверняка снились толстые розовые хрюшки, одна другой краше, и пара галлонов пива, которым он и обливал каждую зазевавшуюся поросю.

Короче, везло ему на сновидения.

Мне в последние пару ночей снились только Выселки. Я словно воочию видел всю их историю от создания и до самой гибели в колдовском огне и, могу сказать уверенно, я бы отдал половину всего своего серебра, лишь бы не видеть каждую ночь столько смертей.

В спину кольнуло холодом: ночной озорник ветер не был к нам ни ласков, ни мил.

Я просидел на посту до самой полуночи, не сдвигаясь с места и даже лишний раз не мигая. Затылок ловил на себе чьи-то любопытные взгляды, но нападать на нас пока никто не собирался. Судя по всему, шпионов было двое. Не слишком много, но и этого хватит, чтобы урезонить ловкого, но не слишком сильного Ловкача и сильного, но не слишком уклюжего кобольда.

Я уже хотел разбудить громко храпящего Свэна и передать ему караул, когда в чаще, совсем рядом, послышались чьи-то шаги. Хватился было за арбалет, но нежный женский голос ласково предупредил:

– Опусти культяпки, сволочь, а то мозги вышибу.

– Опускаю-опускаю, – быстро заверил я: несмотря на столь «добрые» слова, голос внушал спокойствие и приятное тепло, которое невообразимым образом меня успокаивало и говорило: «Все будет хорошо, глупыш!».

– Да ладно, шучу я – не вышибу! – Теперь голос раздавался из зарослей можжевельника прямо передо мной.

– Откуда мне знать, что ты не врешь? – Я не торопился поднимать руки: мало ли что может преподнести мне в подарок ночная гостья?

– Мы, дремофоры, в отличие от эльфов, никогда не лжем!