Магия лжецов - Сара Гэйли

– Как поживает ваше плечо, мисс Гэмбл?

С целью проверить я повела им.

– Оно, э-э. Лучше, кажется. Мэм. – Я не просто думала, я знала это. Мое плечо полностью зажило. Воспаления не было, жжения – тоже. Как и пореза. Повязка исчезла. Вместо шрама на руке чувствовалась невероятно гладкая кожа. Даже родинки остались на своих местах.

Миссис Уэбб некоторое время не отрывала глаз от списка имен. И ничего не говорила. Я переступила с ноги на ногу и набрала воздуха в легкие, чтобы спросить, можем ли мы с ней переговорить, как она неожиданно вскинула руку. Я вздрогнула, сердце испуганно забилось в груди, но женщина всего лишь выпроваживала меня взмахом руки.

– Теперь все, – пробормотала она.

– О, хорошо. Спасибо. Большое спасибо, – уходя, промямлила я. Шагая мимо окна, я заглянула в него. На этот раз женщина не щипала себя, зато держала ладонь над рукой и давила пальцем туда, где должен быть синяк.

«Забудь», – подумала я, и все же по пути в библиотеку мне не давал покоя вопрос: насколько сильно переполнен чулан миссис Уэбб.

Вернувшись в библиотеку, я обнаружила, что свет в помещении выключен; только серое пасмурное утро, проникая в окна, наполняло комнату тенями.

И я была здесь не одна.

Между стеллажами эхом гулял шепот вместе с несмолкаемым шелестом книг по теоретической магии. Я как можно тише затворила за собой дверь, медленно поворачивая ручку, чтобы не было слышно ни щелчка. Затем спряталась в тени шкафов и начала пробираться вперед между полками, навстречу голосам.

Их звук отчаянно манил меня к себе. Я почти сумела разобрать слова – какможнобыло, очемты, зачемтыэто – и задумалась: причудливое заклинание, наложенное на книги, было призвано отпугнуть или привлечь учеников. Зачем вообще нужно было заставлять их шептать? Я приникла к табличке между двумя секциями, силясь понять, о чем говорят книги.

– Ты никогда но как жаль что я не могу тогда бы мы возможно могли кто это сделал ты но она не должна узнать ни за что не должна узнать постой здесь кто-то есть…

Раздался грохот. Из секции «Ядов» вылетела тележка с книгами и врезалась в стену передо мной. Я едва сдержала удивленный вскрик. Затем завернула за угол и заглянула в секцию «Теоретической магии», но я оставила пропуск в сумке, и у меня тут же закружилась голова. Слишком поздно. Я отступила и увидела, как две тени в секции «Ядов» отделились от темноты. Метнувшись от меня прочь, они обогнули стеллажи; я бросилась за ними, но те уже ушли, только хлопнула дверь в библиотеку. Я выглянула в коридор – никого.

Опоздала.

Книги в секции «Теоретической магии» хранили молчание. Тут до меня дошло, что они молчали все это время.

Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить последние услышанные слова.

Кто это сделал – ты?

Она ни за что не должна узнать.

Я снова вернулась в секцию «Ядов» и обнаружила на полу смятый лист из блокнота. Поднесла его к окну, чтобы посмотреть на просвет. Странный узор из сгибов казался знакомым. Тогда я вынула из кармана пятничное послание и сравнила два листа.

Совпадение.

Чернила на найденной записке не расплывались, как на первой, однако бумага складывалась в ту же самую замысловатую звезду.

«Давай встретимся в библиотеке, – говорилось в ней. – Нам нужно поговорить. Мне известно о случившемся, но я все равно тебя люблю. Мы не позволим ей больше встать между нами».

Я смотрела на слова и ждала, когда они растворятся, но ничего не происходило. Перечитывала строки снова и снова, пока для разговора ко мне не прибыл первый ученик. Чем больше крошек я находила, тем сильнее убеждалась: целый торт следует искать в самом Осторне. Сильвия была убита не кем-то из случайных людей. Убийца находился в школе. Должен был.

– Э-э, мисс Гэмбл? – На моем имени голос Дилана Декамбре надломился. – Эй?

Я спрятала обе записки в карманах пиджака, разорвав удерживающие их стежки, которые до сих пор не распорола после покупки.

– Да, Дилан. Привет. Можешь включить свет? – Над головой у меня вспыхнули люминесцентные лампы, залившие темную комнату тусклым мягким светом. Я посмотрела на потолок и среди квадратов мерцающих панелей заметила одно темное пятно: лампы над секцией «Теоретической магии» не горели. – А вот это уже слишком, – пробормотала я и подошла к столу, где лежали мои папки. Переложила несколько документов, затем покосилась на Дилана.

– Здравствуйте. Э-э, мисс Гэмбл. – Он протянул мне листок бумаги. – Миссис Уэбб передала, что вы хотели видеть меня. Она вытащила меня прямо с урока физики, который…

– Не желаешь присесть? – Не забирая у него разрешение на выход, я опустилась на стул.

– Конечно, – отозвался он, старательно избегая моего взгляда. Трудно было сказать: то ли он нервничает, то ли злится.

– С физики? Ты имеешь в виду физическую магию? Которую ведет мистер Чаудхари? – Не то чтобы это имело какое-то значение.

Дилан закатил глаза и, плюхнувшись на стул, основательно устроился на нем, будто его позвоночник сейчас рассыплется. А вот и объяснение его нервно-злобного состояния.

– Нет, я имею в виду физику. У нас сегодня лабораторная, и мне нельзя ее пропускать. – Он посмотрел на меня так, будто мне было не наплевать на его лабораторную.

Пока он кипел от негодования, я демонстративно открыла блокнот на чистой странице, запустила приложение диктофона и положила телефон на стол между нами. Своим обликом Дилан напоминал длинную вытянутую ириску; интересно, его рост уже остановился или Дилану предстоит промучиться еще один сезон с короткими штанинами брюк? Он выглядел немного недоделанным. Смазанным, что ли. Как если бы его вытащили из-под пресса до того, как чернила успели бы высохнуть. Волосы по-прежнему лежали в беспорядке: я заметила, что он не проводил по ним рукой, а время от времени взъерошивал у корней кончиками пальцев. Таков был его Образ – он пытался произвести впечатление. Я вспомнила наш разговор об Избранном и вновь окинула его взглядом. Да, он безусловно создавал определенный имидж. У меня появился план. Сделав глубокий вдох, я одернула манжеты пиджака и постаралась подыграть ему. Его легенде.

– Мне жаль, Дилан, что из-за меня ты пропустишь лабораторную. Я знаю, как это важно, и уверена, твоему партнеру без тебя не обойтись. Но дело вот в чем… В Осторне происходят более важные вещи, чем урок по физике. Ты же наверняка понимаешь, о чем я? – Я многозначительно подняла брови: большего сказать не могу, нас могут подслушивать. – Мне нужна твоя помощь.

Он задержал дыхание всего на пару секунд, но этого времени хватило, чтобы мои слова осели в его голове. Неужели это происходит? Боже мой, наконец меня кто-то слушает.