Шалость судьбы - Ольга Готина

– Да-а, здорово тебя развезло! – Ухмыльнувшись, парень похлопал меня по плечу.

– А вот пойду и скажу все ректору, – тихо пробормотала я и предприняла попытку встать.

– Э-э-э! Сидеть! – Схватив меня, Айк дернул назад, усаживая обратно. – Так вот про кого ты… Нет уж, ему мы ничего выговаривать не будем, вот утром проснешься и скажешь.

Вздохнув, я положила голову на плечо Айка и снова задумалась. А ведь ректор и правда очень даже милый, и стыдно-то как, что я все время попадаю впросак. Он меня прикрывает, а я постоянно доставляю ему неприятности.

– Эй, эй, эй! – Айк обхватил меня за плечи, приобнимая. – Ты чего снова накуксилась?

– Я такая дура, – всхлипнула я, – постоянно в неприятности влипа-а-аю…

– Боже мой, вам, женщинам, нельзя пить, – с благоговейным ужасом заметил Айк.

– Эй, у нас что, голубки уединились? – крикнул нам кто-то из парней и захихикал.

– У меня тост! – вскочил другой парень, тут же пошатнувшись. – За нового ректора!

Вот этот тост я просто не могла пропустить и, оставив Айка, вернулась к столу. Место свободное, правда, оказалось только рядом с Исаром, и садиться я не торопилась. Остановилась, подхватив выпивку, чокнулась с остальными. Девчонки переглянулись и захихикали и музыка в комнате внезапно сменилась на медленную и мелодичную.

– Пойдем, – внезапно сказал Исар, поднялся и схватил меня за руку.

– Ты чего? – поначалу испугалась я, не понимая, что происходит, но парень лишь положил руки на мою талию и начал танцевать.

Исар молчал, прижимая меня к себе и двигаясь под музыку, рядом возникло еще несколько парочек. Хоть я и была пьяна, но сознавала, что это был Исар, и упрямо уперлась руками ему в грудь.

– Да не дергайся ты, – прошипел парень, все равно удерживая меня в объятиях.

– Ты чего? – повторила я ошарашенно, не в силах больше найти слов. Голова немного закружилась, и руки парня сильнее вцепились в меня, крепко удерживая.

– Танцую с тобой, непонятно, что ли, – угрюмо ответил мне Исар.

Не одна я, похоже, напилась. А может, у меня уже горячка началась и мне все это просто видится? Мамочки! Точно! Вот ведь напилась…

– Капец, глюки, – вымолвила я вслух.

– Какие глюки? – удивленно спросил Исар.

– Ты! – Я ткнула пальцем парню в грудь. – Вот ведь приглючится! Танцевать с тобой!

– Я не глюк! – оскорбился Исар.

– Не глюк? – Даже мурашки побежали по телу. А может, глюк и не обязан признаваться в том, что он глюк?

– Сама ты глюк!

– А кто ты тогда, если не глюк? – с сомнением протянула я, по-прежнему находясь в объятиях Исара-глюка.

– Исар я, – буркнул парень, – до чертиков уже допилась?

– До чертиков пока нет, – вяло ответила я, – а вот до Исаров, похоже, уже допилась.

Руку внезапно охватила боль, и я ойкнула.

– Ты чего щипаешься, глюк?! – возмутилась я.

– Если больно – значит, не глюк, – хмыкнул парень, и на его лице появилась самодовольная ухмылка, в то время как я осмысливала сказанное.

И правда ведь, если глюк ущипнет, больно не будет.

– Мамочки, – прошептала я, – настоящий, что ли…

– Дошло наконец-то.

Я испуганно дернулась, снова пытаясь вырваться, но руки парня удержали меня, не позволяя убежать.

– Это мстя, что ли, такая? – пискнула я, боязливо уставившись на парня.

– Да что ж ты все изворачиваешься, – проворчал парень. Ребята, танцевавшие рядом, начинали на нас коситься.

Нахмурившись, Исар неожиданно резко втянул в себя воздух, и огонь, дающий свет в комнате, мгновенно погас.

– Что такое! Кто свет вырубил? – послышались недовольные вскрики и звук падения. В пьяном состоянии очень непросто было себе подчинить стихию, и многие думали, что освещение вернет именно сосед. Я же стояла в полной темноте, ничего не видя и только чувствуя обнимающие меня руки Исара. Я помнила, что дверь справа, и меня посетила мысль скорее вырваться и ускользнуть, как вдруг почувствовала на себе чужие губы. Они скользили по моей щеке мягким поцелуем до тех пор, пока не наткнулись на мои. И можно было не гадать, кто имел наглость поцеловать меня. Я вздохнула, в то время как парень настойчиво прижался ко мне, целуя еще сильнее, и мурашки побежали табуном. Что это он задумал? К такому я готова не была, среагировала инстинктивно и со всей силы решительно отдавила ногу парня. Он вскрикнул, отпрянув, а я тут же кинулась в сторону, нащупывая стену, а затем и ручку двери, дернула ее и выскользнула наружу до момента, как в комнате снова появился свет. Оказавшись в коридоре, я испуганно обернулась и поторопилась убраться подальше, боясь, что Исар пойдет на поиски. Рука взметнулась вверх, касаясь губ. Что это было? Может, он все же глюк? Голова снова закружилась, и пошла я уже медленней, по стеночке, держась, чтобы не упасть. Мысли путались, и внезапно мне пришла идея вернуться не в свою комнату, где меня снова мог бы найти Исар, а пойти к Шете. Шета был мягким и теплым, и в его башне меня точно никто не стал бы искать. Уже проделывая оставшийся путь, я пошатнулась на лестнице и упала. Немного посидела, подумала и поползла на четвереньках, испугавшись, что могу скатиться вниз и сломать себе шею, если рискну подняться на ноги.

– Раз ступенька, два ступенька, три ступенька, еще-е одна ступенька, – тихонько приговаривала, поднимаясь все выше. – И еще одна ступенька, и самая послед… Ой, ботиночки!

Я застыла, уставившись на начищенные, черные и определенно мужские ботинки. Медленно стала поднимать голову, изучая брюки, чтобы увидеть, кто был их владельцем. Сверху вниз на меня смотрел ректор собственной персоной, но я совсем не расстроилась, даже наоборот, широко улыбнулась.

– Ре-е-ектор! – радостно выдала я, продолжая смотреть на него снизу вверх.

– Адептка? – послышался удивленный голос Дакара.

– Как хорошо, что я вас встретила, – пробормотала я, пытаясь обползти ботиночки ректора.

Ответом мне было немое удивление, я же, наконец преодолев лестницу, медленно и неуверенно стала подниматься с четверенек на ноги.

– С-сейчас я вам все расскажу, – уверила я мужчину, вспоминая все, что недавно хотела ему высказать. Стены закружились, и я ойкнула, на четвереньках определенно было лучше.

– Вы что, пьяны? – Сильные руки подхватили пошатнувшуюся меня, фиксируя на месте.

– Ну вот, – вздохнула я, уловив уже знакомые нотки, – опять сейчас ругать будете. А ведь такой хорошенький, когда не ругаете.

– Что вы сказали? – И снова вместо злости – изумление в голосе.

И вот ведь непонятливый, я ему снова комплимент сделала, а он мне не верит! А вот скажи я, что он тролль, сразу бы поверил.